Шёпот - Анастасия Пименова

Глава 11

Запястья. Мои запястья!

Открываю глаза из-за боли именно в них и щурюсь от яркого солнца, что ослепляет на короткие мгновения, поэтому не могу сразу понять, что происходит.

Правда, даже через минуту и две перед глазами также мутно.

Я начинаю часто моргать и хочу пошевелить руками, когда понимаю, что… нахожусь в крайне странном положении. Мои ступни ног едва касаются земли, а руки находятся над головой. Такое ощущение, будто… будто я подвешена.

Постепенно, слишком медленно, картинка начинает проясняться.

Да. Я действительно подвешена. Руки над головой, что-то жесткое впивается в запястья, кажется, железные оковы.

Что происходит?

Поворачиваю голову и на цыпочках переступаю с ноги на ногу, чтобы немного разгрузить вес.

Вижу Акселя, который уже открыл глаза и смотрит вперед спокойным взглядом. Он, в отличие от меня, просто стоит, а не балансирует.

Парень чувствует мой взгляд, поэтому поворачивается и произносит:

— Наконец-то очнулась. Вроде это я получил двойную дозу снотворного, а не наоборот.

— Что происходит?

— Не видишь? — он шевелит руками у себя над головой. — Мы в дерьме. Причем в таком… свежем ещё, оттого и вонючем.

Несмотря на сарказм, в голосе сквозит напряжение, которого он, похоже, сам не замечает.

Я с трудом сглатываю, горло пересохло так, будто в нём пыль. Пытаюсь снова пошевелиться, но только рывок железа по коже… и новая волна боли. Металл холодный, острый, оставляет ощущение, что если пошевелюсь не так, то порежет до кости.

Оглядываюсь и только сейчас смотрю на то, где мы оказались.

Мы на площади. Не знаю на какой именно, но это точно площадь или когда-то ей была.

Вокруг нас люди. Много людей, но лишь некоторые из них смотрят в нашу сторону, остальные просто проходят мимо, будто им нет никакого дела. У всех них я вижу оружие, у тех, кто его не прячет. За их спинами я вижу небольшие дома, постройки, по которым понимаю, что это городишка. Совсем маленький, вероятно, но всё же да, это точно не лес.

Мы в каком-то городе.

Нас держат посреди площади.

И никто не собирается объяснять, за что.

Смотрю в сторону и замечаю ещё три столба рядом со мной, по другую сторону от Акселя. А рядом с ними… мертвые люди, руки которых подвязаны, как и наши к верху, к оковам.

Головы свисают, будто шеи давно не держат черепа.

Ужас пробирается под кожу. Не вспышкой, а медленно, как яд. Сначала он щекочет где-то внутри груди, потом цепляется за горло, и наконец застывает в животе, как кусок льда.

Я отворачиваюсь, глотая воздух, словно он вдруг стал ядом.

— Аксель… — голос дрожит. — Они мертвы.

— Да, я заметил. Они не болтают.

— Что с ними сделали…? — шепчу я, и тут же понимаю, насколько глуп этот вопрос. Ответ очевиден. Они тоже были подвешены. И не пережили.

Может, от голода.

Может, их убили.

Может, просто оставили… до конца.

Лишь у одного мертвого мужчины я замечаю кое-что… его одежду. Та же, что и у нас. Значит, он был из города или из бункера. Тот рейдер не врал. Я сжимаю челюсти, ощущая, как где-то в груди начинает шевелиться паника.

— Нам надо выбираться, — тихо говорю. — Мы не можем тут остаться. Не как они. Надо что-то делать!

— Правда? Спасибо, капитан Очевидность. — Он поднимает брови. — А я думал, давай повисим, подождём, пока нас тут прикончат.

Я резко выдыхаю, отворачиваясь. Спорить нет сил. Хочется кричать, но голос едва держится.

— Ты всегда такой спокойный перед концом? — спрашиваю глухо, смотрю на деревянный подиум, на котором мы стоим.

— Нет, — тихо говорит Аксель, но уже без прежней язвительности. — Но если мы начнём паниковать, конец наступит быстрее.

Облизываю губу и щурюсь от солнца, радуясь тому, что хотя бы одежда сохраняет прохладу. Правда макушке головы и лицу все также жарко.

Нужно подумать.

Нас усыпили и притащили сюда… Куда? Вероятно, в один из городов, который теперь находится в подчинение у рейдеров. Только для чего все это? Разве не проще… было бы нас сразу убить? И как далеко мы вообще находимся от остальных?

— Есть предположения, что это за город, Аксель?

— Нет. Ни на одной карте, что я видел в том лесу не было чертового города посреди «ничего».

— Но не мог же он появиться за два года.

— Не мог, Брайс.

— Тогда…

— Нас вероятно куда-то привезли, — заканчивает парень за меня.

Как? На машине? Значит, мы тогда были неподалеку от дороги.

Шевелю руками в надежде расшатать оковы, но ничего не происходит.

Ноги постепенно затекают, как и остальные части тела.

Не знаю, сколько так проходит времени, но солнце уже начинает скрываться за макушками деревьев, которых здесь не так много. Именно тогда я и замечаю приближение.

Несколько людей в обычной на вид одежде, но черного цвета, отделяются от остальных и движутся точно к нам, так как тот, что идет посередине целенаправленно смотрит на меня и Акселя.

Мой уставший взгляд подмечает оружие и внешность незнакомого мужчины, который годится мне в отцы.

Он высок, пожалуй, такого же роста, как и Джеймс.

Он становится всё ближе, и я вглядываюсь, напрягая уставшие глаза, стараясь разглядеть его лицо. Сначала оно кажется обычным: темные волосы, коротко подстриженные, строгое выражение, почти без эмоций. Но когда он подходит ближе, остатки солнечного света скользят по его чертам, и я едва сдерживаю резкий вдох.

Его лицо… изуродовано.

Нет, даже не так. Не изуродовано, оно будто… высохло. Одна