"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
— Мы не можем позволить себе долгую войну на истощение. У нас просто нет на нее ресурсов. Мы отчаянно сражаемся с тенью, с призраком, пока настоящий враг методично, без спешки, перерезает нам горло.
— А если это не Алекс? Если это его двойник? — спросил Аргенталь.
Рэйвен выпрямилась во весь свой рост. Вся ее усталость, вся подавленность будто испарились, сменившись холодной, закаленной сталью решимости. В ее глазах вспыхнул знакомый многим огонь — огонь готовности идти до конца.
— Алекс это или нет, он должен быть уничтожен. Уничтожен в приоритетном порядке. Это цель номер один. Без его сил у нас появится шанс дать отпор пришельцам. Но мы сражаемся на своей земле, мы знаем Пустоши, в этом наша сила.
Хоть она смотрела прямо на Глитч, ее слова были обращены ко всем, кто собирался сражаться за их дом.
— Я прекрасно вижу, на что вы все надеетесь в глубине души. На то, что он одумается. Что наш Алекс, настоящий, где-то там, и он вот-вот вернется, появится из тумана Пустоши и спасет нас, как делал это десятки раз. Забудьте. Выбросьте эту мысль из головы. Он не придет. На этот раз мы одни. Совершенно одни. И если мы не устраним эту угрозу, Вольный город падет. Это приговор, который уже вынесен. Осталось лишь привести его в исполнение.
Рэйвен безжалостно, одним точным ударом, вырвала последнюю опору из-под их ног — веру в чудо, в возвращение героя.
Именно в эту гробовую тишину вперед шагнул Аргенталь.
— Тогда мы должны немедленно изменить сами правила этой игры, — сказал он. — Мы не можем выиграть эту битву здесь, на поверхности. Они слишком сильны, слишком многочисленны. Но мы можем выжить. Мы должны сохранить не стены, а людей.
Он указал на карту, лежащую на столе. На ней были обозначены руины Черной Цитадели.
— Здесь, под руинами, в самых глубоких недрах скального основания, существуют обширные, многоуровневые подземные убежища. Старые предания и немногие уцелевшие архивы гласят, что они были построены в последние годы перед Падением, чтобы пережить любую, даже самую глобальную катастрофу. Системы жизнеобеспечения там полностью автономны, и есть шанс, пусть и призрачный, что они функционируют до сих пор. Геотермальные источники, подземные водоносные пласты, сложнейшие системы рециркуляции воздуха. Их глубина и свинцовые защитные купола делают их невидимыми для любых, даже самых совершенных сканеров.
Он повернулся к Рэйвен, и в его взгляде была не просьба, а твердая уверенность.
— Ты — прожила в Цитадели много лет. Ты знаешь эти подземные лабиринты лучше любого из нас. Ты можешь провести туда людей. Ты можешь стать нашим проводником в небытие.
План был отчаянным, граничащим с безумием. Эвакуировать весь город — стариков, детей, раненых — сквозь негостеприимную, кишащую опасностями Пустошь, под самым носом у вражеской армии, в давно заброшенные тоннели, которые могут в любой момент обрушиться и стать их могилой. Но это был единственный план, который предлагал не призрачную победу, а реальный, осязаемый шанс на продолжение жизни.
Рэйвен в течение долгих секунд изучала старую карту. Она помнила эти тоннели. Помнила сырость вековых камней, скрип древних, проржавевших механизмов, давящую, абсолютную тишину, нарушаемую лишь шепотом ветра в вентиляционных шахтах, словно сами развалины что-то рассказывали
— Я смогу, — наконец сказала она, поднимая голову. — Мы сможем вывести жителей города, но это не решит проблем с водой и провизией. Мы выиграем немного времени, однако проблему можно будет решить, только устранив ее источник.
Обсуждение стало жарким, даже яростным. Все спорили о логистике, о порядке эвакуации, о том, кого спасать первым, а чьи жизни, возможно, придется принести в жертву. Глитч молча вычисляла вероятности успеха, и цифры, которые возникали перед ее внутренним взором, были удручающе низкими. Но они были. И это уже было лучше, чем ноль.
Именно в этот момент, когда комната уже была накалена до предела, а голоса сорвались на хрип, дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. В проеме стоял молодой связист, его лицо было белым как мел, а в дрожащих руках он сжимал коммуникатор, из которого доносились лишь шипение и треск.
— Срочное сообщение… От кочевников— выдохнул он, едва переводя дух.
Все замерли.
— Передавай на общий динамик! Немедленно! — скомандовала Глитч, ее голос вновь заскрежетал, выдавая напряжение.
Связист нажал кнопку. Голос, прорывавшийся сквозь шум помех и свист искаженного эфира, был хриплым, надтреснутым и полным какого-то первобытного ужаса.
— …повторяем для всех, кто может слышать в Вольном городе! Мы видели его. Видели Алекса. Он был один. Шел на восток, не скрываясь, словно сама смерть шла по его следам. Он направлялся в сторону Неизведанных земель.
В комнате повисло ошеломленное, абсолютно безмолвное недоумение. Рэйвен, не веря своим ушам, широко раскрыла глаза.
— Опиши его! Детально! — резко приказала она, делая шаг к связисту.
— Он выглядел… изможденным до предела. Одиноким, как последний человек на земле. Одежда его была в лохмотьях, лицо покрыто пылью и старыми шрамами. Он шел твердым шагом, не пытаясь скрыться. Мы наблюдали за ним с укрытия целый день, боясь пошевелиться. Он пересек Реку пепла и направился прямиком к Туманным хребтам. Дальше мы не забирались. Считается, что там ничего нет. Только смерть.
— И вы не попытались вступить с ним в контакт? Не окликнули его? — спросил Аргенталь с надеждой.
Голос вождя стал еще суше, переходя в шепот, полный суеверного страха.
— Ни один живой человек, вошедший в Неизведанные земли за всю нашу историю, не вернулся назад. Ни один. Там заканчиваются все карты и начинается чистое безумие. Там обитают тени, не отбрасывающие отражения, существа, которые сводят с ума одним своим видом. Мы не трусы. Но мы