Призрак «Х» ранга: Живой товар - Андрей Мельник
Из этих сведений мы с ИИ собирали историю несуществующего пациента, для которого мальчишка подходил бы как донор. И не хватало ещё выдать себя несовместимыми результатами обследований… Я возвращался к исходным данным и снова лез в клинику, проверяя непонятные записи и внося правки, пока получившиеся документы не перестали вызывать вопросы хотя бы у меня.
Оставалось надеяться, что среди утырков, которым попадёт эта история болезни, не окажется гения, способного с одного взгляда распознать фальшивку. В любом случае заявка и электронные медицинские данные были отправлены, а вместе с ними и вирус. Я достиг первой цели: получил маяк, к которому смог притянуться и с головой влезть в их систему. Так что теперь могут хоть все две недели изучать заявку и донора искать. Впрочем, прикроется эта лавочка явно раньше…
Я намылил голову и смыл пену, затем снизил температуру воды. Чуть взбодрился от холода, выключил воду и потянулся за полотенцем.
Через сам мессенджер, увы, проникнуть к ним было невозможно. Ну, почти невозможно… Защит там наворотили столько, что у меня скорее мозг бы сломался, чем получилось незаметно выйти на неизвестного абонента. Мне ведь ещё нужно было сохранить заказ, а не заставить собеседника выбросить телефон и предупредить остальных. В общем, с файлом получилось удачно: его они приняли сразу, ведь деньги уже пришли, значит, пора работать.
Вытираясь, я мысленно перебирал, всё ли из нарытого я переслал полковнику. После первого сигнала всё утро и большую часть дня провёл за сбором информации. Переходил из одного устройства в другое и старался незаметно выкачать доступную информацию. Сперва базовую: геолокацию, данные владельца; а затем и внутреннюю: переписки, фотографии, пароли… И так, осторожно пробираясь от телефонов к компьютерам и дальше, я постепенно собрал данные более чем о тысяче устройств по всему миру и их примерное местоположение. Много всякого удалось найти… Но я не всё скачивал: всё же важно, чтобы они не заметили моего вмешательства, а резко возросшие объёмы передачи данных могли бы заметить.
Организация разрослась прилично. Причём люди, принимавшие заказ, сами пленниками не занимались. Это были «менеджеры». И они уже связывали по своим каналам все ниточки, получая на выходе готовое решение. Счёт, на который пошла предоплата, был вообще в какой-то богом забытой и переживающей очередную гражданскую войну африканской стране. И деньги оттуда утекали и выводились чуть ли не мгновенно, так что взломать и обчистить их счета пока что невозможно. Можно было бы ещё поискать нити этой цифровой денежной паутины, но это не первоочередная задача. Куда важнее было составить чёткую карту их агентов, филиалов и офисов как у нас, так и за рубежом.
Постепенно забираясь всё дальше в недра совместных контактов и отсекая случайные и не имеющие отношения к очередной ячейке группировки контакты, я добрался до тех, кто творит дичь уже у нас. И до китайца в том числе.
Примерно в ста километрах от города, на хуторе, находится так называемый Трудовой дом. Название хорошее, особенно для тех, кто думает, что внутри помогают начать новую жизнь. Там устроился Лян Чжэн со своими подручными, и туда же попал мальчишка, ради которого я сочинял медицинскую историю.
В списках нашлись и другие пленники, так что Лян Чжэн без дела там явно не сидит. Что там происходит на самом деле, я пока не знаю и лишний раз даже думать об этом не хочу. А насмотреться ещё успею, потому что у меня теперь есть доступ к камерам, телефонам, компьютерам и даже охранной сигнализации. Да я даже котёл могу им выключить в теории, если захочу. Но не сейчас. Сейчас надо восстановиться и дождаться «танков» Кречетова. А уж потом накрывать как этот «Трудовой дом», так и остальные его аналоги по всей стране.
Пусть полковник готовит операцию, связывается с Интерпсиполом и решает, кому передавать зарубежные адреса. Ну а я приготовлюсь к битве за пацанов и девчонок моего родного города.
Я положил телефон на зарядку и посмотрел, сколько осталось времени до выставки. Ну, пару часов есть. Хорошо, что я закончил уже и настроил автоматическую выкачку оставшихся материалов и информации идёт в фоновом режиме. Можно немного поспать. И даже нужно! Не хотелось бы нарушать своим храпом это прекрасное мероприятие…
Будильник поставил с запасом на сборы, телефон вместе с зарядкой перенёс к кровати, чтобы потом за ним не бегать, и рухнул на одеяло, довольный собой. И только я провалился в сон, как зазвонил будильник…
Некоторое время я лежал и отказывался понимать, что происходит. Только ведь устроился! Нащупал телефон, выключил звон и посмотрел на часы. Класс… Поспать я, конечно, успел, да только вообще не отдохнул! Я сейчас даже более разбитым себя ощущаю, чем до этого. Лучше бы вообще не ложился…
Я сел на кровати и провёл ладонями по лицу. Телефон снова зазвонил. Ким. Вот теперь точно не дадут полежать…
— Да, Анна, слушаю, — ответил я и поднялся, пока не потянуло устроиться обратно.
— Ты чего так говоришь, будто сейчас уснёшь? О выставке не забыл? Может, тебя забрать?
Я ответил, что всё в порядке, но буду рад сегодня побыть пассажиром. Подумал недолго, стоит ли ей называть мой домашний адрес. Хотя она, может, уже и вычислила его, но будем надеяться, что моё уютное гнёздышко всё ещё в неведении специального агента из столичного департамента, приставленного ко мне для наблюдения.
В общем, назвал перекрёсток в паре кварталов от квартиры. До него дойду, заодно хоть немного проснусь…
Вернул телефон на зарядку и открыл шкаф, доставая один из тех костюмов, что мы выбирали со Светой в наши воскресные походы по магазинам. Ничего настолько дорогого, как в первый раз, больше не брали: она не позволила, — но всё равно число приличных вещей в моём гардеробе выросло. Вот часть даже на квартиру перевёз. А для выставки важно выглядеть прилично.
Повесил вешалку с пиджаком на дверцу, чтобы не мять его, и отправился умываться. Холодной воды на этот раз не пожалел, даже сердце заколотилось с бешеной силой.
Брюки, майка, рубашка, пиджак, галстук, ремень… Туфли не помню, куда засунул… Пять минут искал, пока не нашёл коробку под грязной одеждой, что скинул, когда переодевался. Даже не помню, когда её успел прихватить и