Омут морока и тайн - Мария Щедрина

– Про Хоффмана?

– Ну да…

Девушка даже как-то удивилась моей реакции. Только сейчас я заметила, что она почему-то волнуется. Нервно заправив прядь длинных, выкрашенных в блонд волос за ухо, она продолжила:

– Просто… Олеся сказала, что вы с ним вроде общаетесь… Вернее, она другое сказала, но ты, прости, такая… обычная, а он такой… В общем, вы, наверное, просто друзья. Но ты его хорошо знаешь? Как пригласить его на корпоратив, чтобы он согласился?

Несмотря на то что у меня некоторые проблемы с выражением эмоций на людях, я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться. Да уж, хорошо, что Артем предупредил меня о празднике, а то я бы решила, что это какой-то розыгрыш. Вот оно что! Оказывается, все так просто, а я уже испугалась. Эти новенькие еще не успели стать очередными однодневками для Хоффмана и, разозлившись, перевести его в разряд парней «красавчик, но козел».

А что касается меня… Черт бы побрал эту Олесю! Наверняка назло слухи распускает. На какой-то миг мне захотелось, чтобы именно она оказалась убийцей. Как минимум за слишком длинный язык ее следует отправить на пару дней в обезьянник СБМС.

Девушка продолжала смотреть на меня с доверительным ожиданием. Я перебирала в голове варианты: предупредить ее об опасности связываться с Хоффманом, поддержать слухи и ответить с намеком на то, что мы с Артемом встречаемся (это я отмела сразу), или еще что-то сказать? Я ограничилась кратким замечанием:

– Прежде всего стоит навлечь на себя гнев богов, чтобы они послали на тебя такое проклятие.

Медсестра поджала пухлые губки и скрестила руки на груди.

– Ну чего ты такая злая? Я же по-хорошему спрашиваю! И на полном серьезе.

– Да! – подтвердила ее, видимо, более стеснительная подруга.

Если минуту назад я ощущала какое-то сочувствие к этим двум очередным поведшимся на внешность Артема девочкам, то теперь начала чувствовать раздражение.

– Я тоже на полном серьезе. Найдите кого-нибудь получше, хорошо?

Увы, медсестра неправильно истолковала мой ответ.

– Он уже пригласил тебя, что ли?

– Нет, я иду с другим человеком, – честно сказала я, снова вспомнив о Денисе.

Только бы снова не покраснеть, а то подумают, что я вру, и этот очень некстати начавшийся разговор еще затянется.

– Тогда почему не хочешь помочь? – робко спросила стеснительная подруга.

Я вздохнула.

– Потому что ничего хорошего вам это не принесет. Спросите у любой другой девушки, которая работает тут хотя бы пару месяцев. Но, если вам нужны проблемы, просто подойдите к нему и предложите. Он как раз в поисках пары, – едко закончила я, вспомнив, что Артем и правда предлагал мне пойти.

Что ж, может сказать мне спасибо, я ему нашла замену, сама того не желая.

Медсестра недовольство облизнула губы.

– Ну ладно, попробую… Посмотрим на корпоративе, с кем ты придешь, раз уж тебе Тема плохим кажется.

С этими словами они ушли, а я покачала головой им вслед. Дурочки!

Хотя я, наверное, немногим лучше них, если тоже пошла приглашать парня. Одно радовало: у меня причина другая. Я не восхищалась внешностью Дениса, его деньгами или чем-то еще. Я просто предполагала, что он убийца и что его нужно увести из больницы.

Впрочем, после разговора с этими девчонками идти к нему как-то расхотелось. Наверное, лучше сначала проверить, не соврал ли Артем и действительно ли жена Игоря Змеева здесь. Проверю и пойду.

Уже точно пойду. Только из-за этого нелепого разговора я так медлю.

Даже если бы я хотела удлинить путь до палаты Дениса и отдалить момент разговора с ним, этого бы не получилось. Довольно быстро я убедилась, что Артем не лгал насчет жены Змеева. Как только приблизилась к кабинету косметологии, я сразу столкнулась с двумя врачами, на весь коридор обсуждающими то, как их успела вывести из себя госпожа Змеева. Что ж, вероятно, отсутствие вежливости и вредность – отличительные качества всех членов этой семьи аспидов.

Мне оставалось только отправиться к Денису.

Перед его палатой я снова застыла на месте на какое-то время, изучая гладкую поверхность двери. Да что ж такое! Злясь на саму себя, я резко схватилась за ручку и с трудом сдержалась, чтобы дверь, открывшись, не ударилась о стену. Денис, лениво валяющийся на кровати, закинув длинные ноги на ее спинку, аж подпрыгнул.

– Ты чего?

– Ничего, – ответила я, прикрывая за собой дверь.

– Точно? – переспросил Денис с какой-то опаской. – У тебя такой вид, как будто ты меня убивать пришла.

«Вообще-то, раз уж на то пошло, я пришла спасать, и не тебя, а другого человека. Вернее, аспида».

– Ничего подобного.

Денис пожал плечами.

Только сейчас я обратила внимание, что с его лица сняли повязки. Теперь можно было смотреть не только на его волчьи карие глаза, а на все лицо. Он и правда симпатичный. Пожалуй, даже достойный конкурент для Хоффмана в вопросах женского внимания. Я не ошиблась, когда еще несколько недель назад решила, что даже рубцы Дениса не испортят.

Я несколько раз глубоко вдохнула, потому что от этих мыслей почему-то снова ускорился пульс. Может, я заболела? Если так, то очень некстати, учитывая, что я только вышла с больничного. Да я и не болею никогда.

– Как себя чувствуешь? – будто прочитал мои мысли Денис, отчего я вздрогнула.

– Прекрасно.

– Так прекрасно, что даже рука на перевязи?

С чего вдруг такой допрос?

Что сегодня за день такой вообще?!

– Твой кудрявый друг говорил, что ты заболела, а ты, оказывается, ранена. Это та женщина, которую ты пошла ловить тогда, тебя так?

«Черт бы тебя побрал, Кирсанов, сейчас твое любопытство абсолютно ни к чему! Заткнись и дай мне пригласить тебя и убежать отсюда!»

– Это не твое дело, волчонок. Ты пациент, я врач. Не нужно меняться местами.

Денис почти разочаровано вздохнул и положил одну ногу на другую.

– Тогда ты зря пришла. Ко мне уже приходил твой друг, сделал все, что надо было.

Я об этом знала, Тимофей мне писал. Я и не собиралась заходить к Денису, если бы не…

Ладно, сейчас или никогда.

Не замечая, что завела руку за спину и сжала ее в кулак, я набрала побольше воздуха в легкие и выпалила:

– Я по другому вопросу. Дело в том, что у нас, у врачей, завтра корпоратив. Можно привести по одному не работающему у нас гостю. Я бы хотела пригласить тебя.

В палате повисла тишина. Если у безмолвия есть оттенки, если иногда оно бывает приятным, а иногда пугающим, то сейчас я кожей почувствовала, что нас с Денисом накрыла тишина неловкая. И она показалась мне намного хуже, чем, скажем, то молчание, которое стояло в больнице, когда к нам пришла СБМС. Потому что тогда было просто страшно, а сейчас… Щеки снова горели, ладони потели, в горле пересохло. И мне все еще было непонятно, что за чертовщина со