Омут морока и тайн - Мария Щедрина

Нет. Этого не может быть. Не здесь. Не сейчас. Не после того, как меня отделили от Урала три, даже три с половиной года жизни и несколько тысяч километров. Я все еще нетрезва. Мне кажется. У меня галлюцинации.

Наверное, первое, чему учат ребенка в поселении раньше, чем алфавиту, раньше, чем первому колдовству, – отличать своих от чужих. И не только поселенческих от людей и аристократов. В наших деревнях частенько проходят гуляния, на которые собираются из разных поселений, а среди колдунов тоже встречаются дурные люди, которые в своем поселении гадить опасаются, а в чужом могут навредить кому-то беззащитному, в том числе маленькому ребенку. Понятное дело, что сотню, а то и не одну жителей запомнить в лицо малышу не под силу. Его учат другому.

Нарядной одеждой в поселении считаются юбки в клетку у женщин и вышитые рубашки у мужчин. Именно здесь заключается загвоздка, любопытная особенность, которую колдуны и, наверное, другие магические существа когда-то подглядели у людей. Клетка и узоры у каждого поселения свои. Не существует двух одинаковых, и это не нам так внушают. Так писали ученые, которые изучали быт поселений для переизданий «Кощунских тварей…» Ярослава Чернокнижного. Именно эти символы своего поселения дети учат чуть ли не с младенчества, да так, чтобы от зубов отскакивало. Их узнает любой поселенческий колдун, ребенок или взрослый, видел он такой в последний раз вчера или три года назад, пьяный он или трезвый.

Стоящей передо мной девушке лет восемнадцать, не больше. Высокая, худая, зеленоглазая, с длиннющими ресницами. Кудрявые каштановые волосы собраны в косу. Я бы сказала, что что-то в ней есть знакомое, но мелькнувшее было сходство напрочь отбила пугающая злоба на лице. Однако самое страшное оказалось в другом. На девчонке были блузка и юбка. Я бы подумала, что даже это мимолетное сходство мне показалось, но тут я ошибиться не могла. Клетка была наша. Нашего поселения.

У меня появилось ощущение, что я нахожусь в одной комнате со стаей кровожадных волков. Или с магическими существами-киллерами – такие в нашем жестоком мире есть, и немало. Или со взрывчаткой. Не говоря ни слова, я медленно попятилась. Боковым зрением я поймала взгляд Артема и увидела, что он почти обеспокоенно что-то говорит, но звон в ушах не давал расслышать, что именно. Однако сейчас мне было плевать на него и на все остальное. Я могла думать только о стоящей передо мной девушке.

Шаг, еще шаг, и еще. Мои ботинки начали чуть скользить на той части плитки, на которую брызнула вода из бассейна. Я замерла и судорожно вздохнула. Тут ходить опасно, вода совсем рядом. Идти вперед, к девчонке, еще опаснее, но… Что же делать?

В зале с бассейном, кроме меня, Артема и поселенческой ведьмы, не было ни души – в холод никого не тянуло купаться, портить прическу и снимать красивое платье. Тимофей и Денис были далеко, я бы до них не докричалась. Да и кричать я не могла – язык онемел от страха.

Что. Черт возьми. Делать? У меня всегда есть ответ на этот вопрос. А если нет, то я его быстро нахожу. Но сейчас…

Сейчас я только с ужасом думала о том, что она пришла за мной. Нет, не маленькая ведьма, а карма. Расплата. Я думала, что полностью оборвала связи с поселением, сбежав из него, что буду сталкиваться с проблемами, тяжелыми и многочисленными, но эта, самая страшная, будет преследовать меня только во снах и на руках в качестве напоминаний. Я была глупа. И сейчас было неважно, как девчонка здесь оказалась, как открылось, где я нахожусь, есть ли кто-то еще из поселения здесь. Важно было только то, что как минимум пришла она.

Девушка приближалась ко мне. Чувствуя, что меня уже бьет дрожь, я вновь отступила. Шаг, второй, тре… Каблук моего ботинка наступил в пустоту. Я хотела сделать еще шаг назад и перенесла тяжесть как раз на эту ногу.

Чертов бассейн. Чертов корпоратив. Чертово шампанское. Зачем я сюда пришла?

Чувствуя, что сердце уже не колотится, а ухает куда-то в пятки, я потеряла равновесие. Наверняка со стороны я очень карикатурно замахала руками, словно воздух способен был удержать меня, и упала. Прямо в огромный, глубокий, доверху наполненный водой бассейн.

Вода показалась очень холодной. Одежда тут же намокла и потянула вниз. Я уже и думать не думала о ведьме из моего поселения. Теперь мысли о ней заменила одна-единственная: выплыть. Мне нужно выплыть на воздух. Я изо всех сил начала дергать руками и ногами. Нога ударилась обо что-то, а одна рука еще была слишком слаба после укуса. Но я не сдавалась и все равно пыталась выплыть. У меня это даже почти получилось, как вдруг… желудок скрутило, а здоровую руку свело судорогой. Отец в детстве учил меня плавать, и первое, что он сказал: когда тонешь, ни в коем случае нельзя вдыхать воду и открывать рот. Но происходящее с собственным телом так испугало меня, что я в ужасе глубоко вдохнула. Вода тут же залила нос, пройдя по нему больнее огня, и опалила легкие.

Последнее, что я услышала, потому что видеть под водой не могла, – это тяжелый всплеск, будто кто-то еще прыгнул в воду. А потом наступили тьма и тишина.