Академия Равессар - Ксения Кано

О населении он рассказывал, пока мы записывали требования к снаряжению.

В Кхар-Заре жили представители всех рас. Однако основную часть населения составляли низшие демоны.

Слово «низшие» Мэрден велел не путать с оценкой того, насколько легко с ними справиться.

— И не ждите одинаковой внешности. Некоторые почти не отличаются от людей. Других вы не примете за человека даже в темноте. Рост, строение тела, кожа, конечности — различия могут быть значительными.

Он показал несколько рисунков.

На первом был мужчина с лицом, в котором я не нашла ничего необычного. На втором — широкоплечее существо с тяжёлой челюстью и роговыми пластинами вдоль шеи. На третьем демоница с длинными пальцами и слишком крупными для человеческого лица глазами.

Мэрра посмотрела на соседний стол, где двое адептов начали перешёптываться.

— Если собираетесь разглядывать встречных так же, хотя бы рты не открывайте.

Преподаватель не сделал ей замечания.

— Ещё один полезный совет: внешность не сообщает вам должность, достаток или право отдавать приказы. Сначала выясняйте, с кем разговариваете.

После этого он перешёл к воде.

Её следовало иметь при себе, расходовать по установленному порядку и пополнять только в разрешённых местах. Открытая ёмкость возле дороги могла оказаться не источником, а запасом, за который отвечал конкретный человек.

— Желание умыться после перехода понятно, — закончил Мэрден. — Делать это питьевой водой без разрешения хозяина не советую.

Перед выходом Иара осмотрела браслеты.

За последние недели я почти перестала ждать боли от каждого её прикосновения. Кожа давно зажила, руны оставались прежними, и проверки чаще заканчивались коротким разрешением идти на занятия.

Сегодня она задержалась дольше.

— Нагрев был?

— Нет.

— Необычные ощущения при усталости?

— Только желание лечь.

Иара подняла глаза.

— Его ограничители не вызывают. Можете не записывать в неисправности.

Я улыбнулась прежде, чем поняла, что это была не шутка.

Артефактор провела инструментом вдоль второго обода.

— Переход работу контуров не нарушит. Если на той стороне появится жжение или давление, сразу сообщаете Ра'Хаду. Не ждите возвращения.

Я кивнула и опустила рукава.

Кулон под рубашкой лежал неподвижно.

Его работу здесь не проверяли.

К портальному двору мы пришли до открытия торговых рядов.

У грузового въезда уже стояли повозки. Возчики спорили с приёмщиками, служащие пересчитывали тюки, кто-то пытался протащить под навес длинную балку и застрял между опорами.

Нас провели вдоль стены.

Переход в Кхар-Зар выглядел почти неприметно: две каменные стойки, металлические пластины между ними, колеблющийся воздух. За ним угадывалась другая площадка.

Я смотрела на неё, пока Ксарен проверял документы.

Последний раз я проходила между мирами слишком давно, чтобы считать предстоящее обычной частью занятия.

Эрвин, стоявший впереди, поправил сумку и шагнул в переход.

Его фигура расплылась.

Я двинулась следом.

Привычного ощущения отклика не было. Браслеты не позволяли почувствовать работу перехода, и короткий шаг показался более странным, чем я ожидала.

Затем в лицо ударил горячий воздух.

Я вдохнула и почти сразу закашлялась.

— Освобождаем площадку, Вейл, — произнёс Ксарен за спиной.

Я отошла под навес.

Перед нами лежал чужой мир.

Красная звезда висела над невысоким каменным хребтом.

Её свет менял всё: лица, ткань одежды, пыль на дороге. Тени под навесом казались густыми, а открытая площадка — выжженной до белёсого блеска.

Дальше начиналась равнина с пологими складками холмов.

Лесов не было.

На склонах росли низкие фиолетовые кустарники. Между камнями тянулись полосы тёмной травы, местами собиравшейся в плотные подушки. Крупные растения стояли поодиночке, раскрывая к свету толстые лиловые листья.

Я смотрела на них, не сразу понимая, почему не могу отвести взгляд.

Один лист дрогнул под ветром.

По его поверхности прошла тень. У основания, между жёсткими стеблями, виднелись маленькие светлые бутоны.

Растение росло здесь само.

Не в ящике под артефактным светом. Не за стеной теплицы, где каждый стебель существовал благодаря чужому труду и привозной воде.

Я подошла к краю навеса.

От земли пахло нагретым камнем и горькой травой.

Запах был совершенно незнакомым. И всё же от него так резко вспомнился сад за домом, что я на мгновение перестала замечать жару.

Мокрые дорожки после дождя. Куст, за которым я прятала испорченный учебный клинок. Мама, которая стояла на ступенях и ждала, когда я сама решусь рассказать.

Я опустила глаза.

Возле сапога рос тонкий фиолетовый побег.

Не похожий ни на одно растение Элларии.

— На листья не наступайте, — сказал кто-то сзади. — Шипы по краям. Потом замучаетесь вытаскивать из сапогов.

Я отступила.

К нам подошёл мужчина в свободной серой одежде. Если бы не узкие тёмные пластины у висков, я приняла бы его за человека. Рядом с ним остановился другой демон — значительно выше, с тяжёлыми руками и широкими ступнями, для которых явно шили обувь отдельно.

Ксарен поздоровался с первым.

— Харвен. Маршрут не изменился?

— До промежуточного поста открыт. На верхней дороге идёт ремонт, возвращайтесь нижней.

Он посмотрел на нас.

— Первый год?

— Да.

— Тогда воду проверим сейчас.

Каждую флягу пришлось показать.

Харвен не интересовался тем, сколько нам кажется достаточным. Проверял заполнение, крышки, крепления. Одного адепта отправил менять протекающую пробку.

За навесом находилась закрытая цистерна. У крана стоял служащий, выдававший воду по отметкам в дощечке.

Сайлас посмотрел на собравшуюся очередь.

— Здесь всегда считают каждый сосуд?

Харвен услышал.

— Этот запас рассчитан на станцию и проходящие группы до следующей доставки. Если вам кажется, что считать лишнее, можете принести собственную цистерну.

Сайлас поднял ладонь, показывая, что спорить не собирается.