Академия Равессар - Ксения Кано

Я больше не искала слов.

Я повернула ладонь и коснулась его запястья.

Терен посмотрел на меня.

— Что вы…

Он попытался отдёрнуть руку, но продолжал передачу. Я чувствовала это так же отчётливо, как его кожу под пальцами. Он мог разорвать воздействие, отказаться от начатого, но всё ещё тянулся к моей силе.

Я удержала его.

На этот раз я понимала, что делаю, когда позволила возмездию пройти по созданной им связи.

Давление развернулось.

Терен резко выпрямился. Рот открылся, но звука не было. Удержание с моих плеч исчезло, и я приподнялась, не выпуская его запястья.

Боль отступала от меня и возвращалась туда, откуда пришла. Следом дрогнула сила, которой он питал преграду. Терен попытался закрыться, на шее и руках проступила чешуя, между нами вспыхнула защита.

Но воздействие уже было внутри неё. Он сам связал себя со мной и всё ещё не разрывал эту связь.

Я чувствовала, как она меняется: извлечение силы сменилось попыткой подавить меня, заставить отпустить. Возмездие приняло и этот удар.

Терен упал на колени.

Теперь он смотрел прямо на меня. В его лице появился страх, который я узнала бы где угодно.

Он шевельнул губами, но вместо слова вырвался хрип. Свободная рука сжалась, собирая последние силы.

Он всё ещё пытался.

Я не отпустила.

Сила отозвалась в последний раз. Тело Терена выгнулось, пальцы разжались, и связь оборвалась.

Преграда рухнула.

Я услышала сразу слишком многое: крик Эрвина, звон осколков, быстрые шаги.

Запястье Терена выскользнуло из моей руки. Он упал возле алтаря, а я осталась сидеть, глядя на собственную ладонь.

Сила возмездие исчезло вместе с силой Терена, удерживающей меня. Я больше не чувствовала чужую магию, не знала, как вызвать тот ответ снова. Браслеты по-прежнему лежали на запястьях, и под ними болела натёртая кожа.

Ксарен опустился возле Терена. Сарвейн заслонил меня, провёл рукой над камнем, гася остатки ритуала.

— Ния.

Эрвин коснулся моего плеча. Я дёрнулась, и он сразу убрал руку.

— Это я.

Я посмотрела на него, на повязку, на глаза. Потом снова перевела взгляд на Терена.

Ксарен проверил пульс, задержал ладонь у груди и поднял голову.

— Мёртв.

Я услышала, но ещё несколько мгновений ждала, что Терен пошевелится. Поднимет руку. Скажет, что нужно закончить.

Он не двигался.

Когда Эрвин снова приблизился, я позволила себя обнять. Не сразу поняла, что дрожу: мне казалось, это он не может удержаться на ногах. Потом увидела, как скачут мои пальцы на его рукаве.

— Я его убила.

Эрвин осторожно прижал меня к себе.

— Он пытался убить тебя.

— Я знаю.

Я смотрела мимо его плеча.

— Но это сделала я. Не алтарь.

Мне нужно было произнести это, не позволить им решить, что всё случилось само. Я остановила Терена и понимала, что это моя сила привела к его гибели.

Сарвейн присел рядом.

— Что вы почувствовали?

Я опустила глаза на руку, которой держала дракона.

— То, что он делал со мной. Я смогла обратить это против него.

Сарвейн посмотрел на браслеты, но не коснулся их.

— Сейчас что-нибудь чувствуете?

Я покачала головой.

Он задержал взгляд на моём лице и не стал спрашивать дальше.

— Тогда уйдём отсюда. Остальное — потом.

Я кивнула.

Тело Терена оставалось там, где упало. Над ним больше не было ни защиты, ни дрожи воздуха перед переходом. Я посмотрела на него ещё раз и позволила близнецам помочь мне сойти с алтаря.

В первой комнате пахло пылью и разлитым ламповым маслом.

У порога я остановилась, подняла руки к шее и нашла подвеску. Амулет был на месте. Прядь возле щеки оставалась тёмной.

Эрвин понял, что я проверяю.

— Всё держится.

Только после этого мы вышли к лестнице, где ждал караул.

Один из близнецов нёс меня: идти самой я была не способна. Эрвин поднимался следом, держась за перила, второй брат не отходил от него ни на шаг. Сейчас я не различала их и даже не пыталась — просто смотрела, убеждаясь, что никто не остался внизу.

На повороте донёсся голос Ксарена. Он отдавал распоряжения. Я различила слова о записях, теле и проверке оставшейся защиты.

Наверху оказалась пустая комната с заколоченными окнами. Дверь во двор была распахнута, и через неё тянуло ночным воздухом.

Ночь ещё не закончилась.

Меня вынесли под навес и помогли сесть. Кто-то принёс воду и перевязочные материалы. Я отвечала на вопросы, позволяла осматривать запястья, но почти не слышала собственных слов.

Эрвин устроился передо мной. При свете фонаря повязка на его голове выглядела хуже: по краю проступило тёмное пятно.

Я потянулась к нему и остановилась, не решаясь коснуться.

— Тебе нельзя было.

Он посмотрел на мою руку.

— Я не мог остаться.

Я перевела взгляд на близнецов. Один сидел у опоры навеса, прикрыв глаза, второй прижимал ткань к небольшому порезу на ладони.

— Как вы нашли меня?

Эрвин осторожно взял мои пальцы.

— Я чувствовал направление. Ненадолго. С ними получилось удержать.

Он кивнул в сторону братьев.

— И не потерять его, когда стало далеко, — добавил один из них. — Остальное объясним потом.

Я хотела спросить, что именно они сделали, насколько далеко смогли почувствовать меня. Но Эрвин опустил голову, и я увидела, что он больше не может скрывать дрожь.

— В галерее я пришёл в себя, а тебя нет.

Я сжала его пальцы.

— Я здесь.

Он кивнул, затем наклонился и прижался лбом к нашим сцепленным рукам. Некоторое время мы оставались так, пока возле навеса говорили караульные