Последняя из рода Белых драконов. Том 2 - Кристина Р.
Пламя погасло. По привычке закрыв глаза, я прислушалась. Цербера либо был слишком далеко, либо спал. Я примерно помнила, в какую сторону уходил Аракс после прогулок. Конечно, лабиринты катакомб обманчивы, но я слишком опытна в их устройстве.
Спустя полукруг, четыре надрыва ладони и двадцать минут, я снова остановилась. Судя по тому, что я успела увидеть до того, как огонь погас, я стояла в огромном широком колодце, стены которого были испещрены железными, проржавевшими от времени скобами. Тренирует тело и ловкость. Попробуй не спускаться на пол несколько часов кряду, не задерживаясь на одном выступе дольше нескольких секунд, за которые прицеливается арахна, снующая внизу.
И снова закрытые глаза и напряжённый слух. Тихий, едва уловимый стон цепей. Я улыбнулась. Цербер встретил меня приветливым воем. Вернее, это он думал, что вой приветливый, меня он пробирал до костей. Я прошла мимо. Здесь всё было освещено факелами, видимо, собачка не любила темноту или кто-то недавно спускался её кормить.
Непроизвольно замедлившись, я бросила взгляд на три морды. Мне показалось, в глазах пса стояла печаль.
— Ты чего? Грустишь, что съесть меня не можешь?
Церб фыркнул.
— Не злись.
Странно, но у меня появилось непреодолимое желание погладить его. Понятия не имела, что успела не только смириться с его присутствием под одной крышей со мной, но и некоторым образом привязаться. Он послушно подался вперёд к раскрытой ладони средней мордой. Мокрый нос едва помещался в неё. Я выдохнула беззвучный смешок, поднимаясь вверх по шерсти и почесала между глаз.
— Береги их. Хорошо? На кого ещё надеяться?
Церб хлестнул хвостом по стене. Ещё раз и ещё.
— Всё-таки какой же ты странный.
Я отвернулась, поправляя ремень на плече и пошла к едва заметной трещине в стене. Хорошо, что здесь был огонь — не знаю, сколько бы я искала дверь в едва заметном чёрно-фиолетовом пламени.
Глубокий выдох. Стон травы, сдираемой закрывающейся дверью. Прохладный свежий ветер обжёг кожу. Огнеустойчивое платье почти не цеплялось, разрез до середины бедра позволял легко перескакивать через поваленные стволы и мелкие заросли. Крикуны давно стихли, лес заснул. Лишь редкий шорох в траве и качнувшийся высоко над головой огромный лист неизвестного дерева напоминали, что лес живёт тайной, непостижимой жизнью.
Я бежала около часа. Первая луна была всё выше, но вторая ещё не взошла. Крутой подъём остался за спиной. Дальше бояться не стоило — караулы так далеко не забираются. Я позволила себе замедлиться, остановившись у молодого ствола, плотно увитого орхидеями. Белых не было. Я обернулась.
Замок едва виднелся, дразня теплом освещённых свечами окон. Эсфи, наверное, уже ложится. Надеюсь, она сможет уснуть.
С этой точки его окон не было видно. Интересно, он нашёл мой подарок? Или решил закрепить наш разрыв и сейчас рвёт чужое платье? Усмехнувшись, я тряхнула головой и, сделав глубокий вдох, запихнула ноющее нечто туда, где его не будет слышно.
Ногти впивались в ладони. Впервые за долгое время я не контролировала силу, позволяя себе прокалывать кожу. Пламя грело, прогоняя холод. Закинув сумку за спину, я побежала. Шаг. Второй. Третий. Ещё. И ещё. Земля ушла из-под ног.
Я упала, царапая только успевшие восстановиться руки. Я не понимала, что происходит: земля тряслась, словно её кто-то яростно бил.
Лес ожил. В мгновение всё замерло. Я вскочила, осматриваясь.
Знакомый до боли рёв. Скинув сумку, я достала меч, намертво вцепившись в эфес. Рык. Поворот. Шипение. Поворот. Треск крыльев, бьющих стволы. Поворот. Широко распахнутые глаза, тяжёлое дыхание через рот. Все звуки были знакомы, вот только…
Рык — мантикора, шипение — василиск, треск крыльев — гарпия. Что происходит?!
Я осторожно присела, поднимая сумку и не спуская внимания с ближайших кустов. Ремень упал на плечо вместе с волосатыми лапами. Я остервенело скинула паука, делая кувырок. Паутина пролетела выше. Арахна показалась во всей красе.
Тонкие лапы проваливались в мягкой почве, замедляя её. Красивое женское тело с отвратительной головой и неестественно шевелящимися отростками хитиновых ног. Бросок навстречу — тварь повторила движение. Резкая смена курса, отступая влево и отталкиваясь ногой от ствола. Удар. Голова отлетела. Приземлившись, я вогнала острие в её сердце. Щелчок кольца. Смерть арахны.
Её дети загорались фиолетово-чёрным пламенем, поджигая кору. Я, не глядя, побежала прочь, опасаясь, что твари начнут стекаться к источнику света. Знакомый холм открыл удивительное зрелище: от королевской крепости поднимались драконы. Бесконечно красиво и жутко. Небо потемнело, закрытое крыльями десятков воинов. Биение перепонок о воздух было слышно даже тут. Диссонируя, звеня силой, разносясь внутри.
Если всё, что я слышу творится во все стороны… Я не дойду до границы Вердивалии. Хватит пары мантикор. Или мантикоры с василиском в компании. А они друг друга не кинутся убивать, интересно? Я думала об этом, уже летя вниз по склону. Я старалась не шуметь, но то и дело скорость бега волновала растущие повсюду кусты.
Кувырок. Бок врезался в дерево, ноя сломанными рёбрами. Острие метнулось вверх за секунду до того, как когти гарпии вонзились в тело. Я завыла, прогибаясь и сбрасывая с себя горящую тушу. Кровь маленькими язычками пламени рвалась наружу, пачкая платье, но не поджигая. Кли! Увижу — расцелую!
Я поднялась, морщась и шипя от боли. Ладонь зажимала рану под сердцем. В висках стучал пульс, в глазах чётко проявлялось окружение, до мельчайшей морщины коры. Вертикальный зрачок улавливал любое едва заметное шевеление, предупреждая об опасности.
Смертный крик василиска раздался совсем рядом. Победный рёв дракона заставил зло улыбнуться, ускоряясь, выжимая из тела больше, чем оно могло.
«Пригнуться, развернуться, взмахнуть мечом, разрывая крыло, и воткнуть острие в сердце рухнувшей на землю гарпии», — наставлял в голове голос Тарвена. Мне повезло: это опять была она. С мантикорой… Не знаю, справлюсь одна сейчас или нет.
Виверн хранил меня, подарив встречу с цербером. Он был гораздо крупнее того, что остался в катакомбах Чёрных драконов. К счастью для меня, мы встретились на совсем небольшой поляне,