Последний билет - Александр Александрович Матюхин

– У них рыжие жилетки, – вспомнила Алиса. – Кто это ещё мог быть?

– Интере-есное кино.

– И в кассе свет как будто горел. Там под фонарём будочка стояла одна. Бомжи, наверное, облюбовали. Если бы я была бездомной, то точно туда бы забралась.

Марк отреагировал на шутку звонким смехом. Потом вдруг наклонился ближе и произнёс:

– Хорошая новость: ты теперь в нашей компании. После уроков что делаешь?

Яркий свет отразился от стёкол его очков.

– В какой компании? – удивилась Алиса.

– Тех, кто хочет разгадать загадку заброшенного парка, – Марк подмигнул. – Не бойся, всё законно, но ужасно таинственно. Любишь страшилки и всякие загадочные истории?

– Не то чтобы очень. Я больше по фантастике.

– Фантастика, – скорчил гримасу Марк. – Звездолёты и инопланетные расы ничто по сравнению с настоящими ужасами заброшек! Короче, в три часа приходи на площадь Ленина, возле памятника. Обсудим!

– Что обсудим? Зачем мне это?

Марк таинственно подмигнул и был таков, оставив Алису в растерянности.

Ужасы заброшек… как интересно начинается первый день в новом городе.

2

Из аэропорта до небольшого городка между Геленджиком и Сочи минувшей ночью Алиса с родителями добиралась на такси.

Она ни разу не была на юге, и её поразили сразу несколько вещей: апрельская жара даже за полночь, чёрная звёздная ночь и серпантин дороги, пролегающей между огромными холмами из деревьев. В темноте казалось, что это не деревья даже, а гигантские волны потустороннего моря, которые нависли с двух сторон, загораживая миллиарды звёзд, и готовы в любое мгновение обрушиться на головы путешественникам.

На серпантине, к слову, Алису немного укачало. Дорога то поднималась, то опускалась, то уходила вправо-влево, как спешащая куда-то змея, и это тоже навевало мысли о море. Тут и пахло морем, и думалось о море, и вообще… не зря родители переехали.

Сжимая в руках бумажный пакетик и глубоко дыша животом (так, говорят, можно справиться с подступающей тошнотой), Алиса представляла, как в выходные отправится на побережье и сделает множество фоток для подруг, которые остались на Дальнем Востоке. Конечно, в Благовещенске сейчас тоже было нехолодно, но черноморский юг как будто уже погрузился в лето.

Из-за укачивания Алиса плохо помнила маршрут. В какой-то момент кончились холмы, начались улицы с домами, магазины и рекламные вывески. Вдруг такси остановилось у новенькой пятиэтажки, где весь первый этаж занимал красивый супермаркет, а припарковаться было негде. У Алисы шумело в голове, она выбралась на воздух и ходила кругами, продолжая глубоко дышать, пока не стало лучше. Родители за это время выгрузили вещи на тротуар и отпустили водителя.

– Нам всё это ещё на пятый этаж тащить! – весело ухмыльнулся папа.

В общем, Алиса вымоталась. Возможно, от укачивания и усталости ей всё дальнейшее и померещилось, хотя кто знает?..

Новая квартира встретила запахом старости и сырости. Мама рассказывала, что раньше тут жила какая-то одинокая старушка, но она умерла. Квартира стояла пустой, пока родственники старушки не приехали из Краснодара и не навели порядок. Судя по всему, порядок был наведён условно: линолеум под ногами в дырках, в ванной по потолку расползлась чёрная плесень, на стенах болтались завитушки оборванных обоев, а на кухне обнаружилась ржавая стиралка, наполовину выдвинутая из ниши. Люстр не было, лампочки почти везде были выкручены. Коридор тонул в полумраке.

Алиса прошла в свою комнату, надеясь, что хоть там будет получше, но нет. С порога стало понятно, что комната скорее задумывалась как склад старых и пыльных вещей. Свет тоже не горел. В темноте, едва сбиваемой далёким светом фонарей, угадывались силуэты антресолей, кресел, круглого стола, выстроенных вдоль стены стульев и свёрнутого в углу ковра.

– Мам, тут невозможно жить! – в отчаянии крикнула Алиса.

– Не дури! У тебя теперь есть своя комната! – Мама заглянула и неопределённо хмыкнула. – Нормальное место. Папа вкрутит лампу, в выходные вышвырнем хлам, и сделаешь так, как тебе хочется. Хоть розовые пони на всю стену.

– Мне не нравятся розовые пони.

– Ты же сообразительная. У тебя много дипломов за оригинальные идеи и разработки. Вот и врубай мозг, пока он не расплавился от жары окончательно. Не пони, так полки для лего.

– Это подстава!

Мама уже не слушала. Судя по разговорам с папой, который затаскивал последние вещи, они тоже не ожидали подобного. Продавцы присылали совершенно другие фотографии квартиры, да и агент по продаже недвижимости ни о чём не предупреждал.

– Уборки на месяц, – ворчал папа.

– Зато море близко, – парировала мама.

Она была неисправимой оптимисткой.

– Кто в апреле купается?

– Так я и не про апрель. Хотя…

Алиса прошла вглубь новоявленной комнаты, задерживая дыхание. Даже так в нос проникал едкий душок старости, впитавшийся в мебель, стены, потрескавшиеся рамы и подоконник. Всюду была пыль. Под ногами скрипнул старый паркет. На антресолях стояла чёрно-белая фотография в рамке: пожилая женщина в жилетке и белой рубашке, выглядывающая из полукруглого окошка. Видимо, это была та самая умершая хозяйка.

Бр-р-р-р.

Да и вид из окна… если уж разочаровываться, то по полной. Никакого моря, волшебных холмов или хотя бы набережной. Через две дороги раскинулся старый заброшенный парк развлечений. Он был огорожен перекошенными бетонными плитами, которые умельцы давно расписали граффити разной степени талантливости. Над плитами высились редкие деревья.

С пятого этажа было видно, что парк давно зарос и опустел. В свете редких фонарей виднелись будочки с облупившейся краской, и чёрные силуэты разных аттракционов. Алиса разглядела карусель, где вместо пары лошадок торчали в стороны гнутые арматуры и пружины. Ещё – аттракцион «Солнышко», на котором не хватало кресел, а заборчик вокруг него капитально зарос кустарником. Вдалеке над деревьями высилось неработающее колесо обозрения. Его верхушка исчезала в густой черноте ночи.

Алиса хотела отойти от окна, но тут увидела какое-то движение. Из накренившейся будки касс вышли несколько человек в рыжих жилетках и касках и неторопливо пошли куда-то вглубь парка, огибая пятна света от фонарей. Никакой техники или строительных вагончиков не наблюдалось.

Впрочем, едва люди исчезли в темноте, Алиса перестала о них думать. Долгий перелёт, сбившиеся часовые пояса, укачивание, да ещё и сюрприз с новой «старой» квартирой страшно вымотали её.

Ещё час они с родителями разбирали вещи. Папа ворчал на всех подряд. Мама откопала где-то чайник и вскипятила воду. В ванной комнате из крана шла пузырями ржавая вода с песком. Хотелось спать. А ведь ещё завтра в школу – мама настояла, чтобы Алиса обязательно пошла туда и нашла завуча, Вениамина Андреевича, которому нужно передать документы.