Муртаг - Кристофер Паолини
Тихо, как тень, донеслись слова, которые он скорее почувствовал, чем услышал: “… красивый мальчик. Какой сильный мальчик. Я так горжусь тобой. Голос его матери, наполовину запомнившийся, когда она говорила с ним в холле замка Морзана.
Шаги Муртага замедлились. Тогда он по-настоящему оперся на свой посох и уставился на сеть трещин на голой земле, ожидая, когда пройдет волна эмоций. Было ли это горе, гнев, тоска по тому, чего у него никогда не было?…Он не мог сказать наверняка.
Отбросив свои чувства, он продолжал идти вперед. Это было все, что он мог сделать.
* * *
В Гил'Эаде не было настоящей городской стены, как в Кьюноне и Драс-Леоне — в случае нападения простолюдинам полагалось укрываться внутри центральной крепости, — но вдоль главной дороги все еще стояли сторожки.
Охранники, с облегчением увидел Муртаг, просто несли общее наблюдение и не предпринимали никаких попыток проверять тех, кто входил.
Он опустил голову и поспешил мимо, пытаясь смешаться с караваном, за которым следовал.
Сам город был шумным местом, землистым и мускулистым. В воздухе стоял сильный запах навоза, и люди кричали на улицах и с балконов своих домов. На площадях выступали менестрели, на улицах — ремесленники, по всему городу возводились десятки зданий, что удивило Муртага; им нужно было поторопиться, чтобы натянуть крыши, пока зима не разразилась всерьез.
Он увидел еще больше свидетельств войны. Балки зданий вдоль главной улицы были опалены, а обломанные древки стрел торчали из стен, как шипы на розовом кусте. Шумная банда гномов спорила с начальником конюшни у входа в город, пытаясь договориться об условиях содержания пони гномов. Недалеко от центра Гил'Эада Муртаг увидел пару эльфов — мужчину и женщину, у обоих были иссиня-черные волосы, — которые стояли в воротах вычурного дома с каменными стенами и разговаривали в саду перед домом, в то время как бабочки с пурпурными краями порхали над их головами и плечами.
Муртаг подавил фырканье. Как это на них похоже. Я полагаю, мы все верны своей природе.
Он старался держаться подальше от каменного дома.
После тишины последних четырех дней запахи и звуки города были ошеломляющими. Муртаг боролся с желанием заткнуть уши — и нос — и обнаружил, что вздрагивает от неожиданных звуков.
Ты превращаешься в дикое животное, подумал он. Пугливый и неприрученный. Он не был уверен, что это плохо.
Он направился на главный рынок, где действительно было выставлено много оружия. Он на время пропустил их, так как чувствовал, что меч привлечет больше внимания, чем его посох, и побродил между другими прилавками, осматривая товары. Нескольких осторожных вопросов о происхождении мягкого шерстяного шарфа, бочонка южного вина и набора резных ожерелий было достаточно, чтобы он понял, что семья Иленны все еще занимается своим ремеслом. Дальнейший расспрос продавца тканей показал, что, как он и подозревал, Иленну чаще всего можно было встретить при дворе лорда Релгина, консультируя графа от имени своего отца.
Удовлетворенный своими находками, Муртаг остановился у небольшой палатки, уставленной плетеными клетками с голубями и певчими птицами различных видов. Владельцем был грубоватый усатый мужчина, больше похожий на военного интенданта, чем на торговца.
После недолгого торга Мурта купил самого яркого и сладкозвучного зяблика. Накрыв клетку тканью, чтобы птица не шумела, он поспешил по оживленным улицам ко входу в крепость.
Главные ворота были открыты, опускная решетка с перекладинами высоко поднята, но Муртаг не направился к ним. Стражники, стоявшие по обе стороны ворот, would проверяли каждого, кто пытался пройти прямо внутрь.,
Это никогда не входило в его планы. Вместо этого он занял позицию за углом ближайшего дома, где стражники не могли его видеть, но он мог наблюдать за каждым, кто входил в крепость и выходил из нее. Муртаг знал, что его время ограничено. Кто-нибудь обязательно заметил бы, если бы он продолжал там слоняться, но он не думал, что ему придется ждать очень долго.
Он был прав.
Не прошло и получаса после того, как он устроился на месте, как рыжеволосый паж с рукавами, украшенными кисточками, выбежал из главных ворот и помчался в направлении рынка. Муртаг оживился. Идеальный.
Он проскользнул в переулок, провонявший ночной землей, и встал на обочине улицы, куда, как он предполагал, должен был вернуться паж.
Кто-то дернул его за плащ, заставив вздрогнуть. Он посмотрел вниз и увидел пару грязных мордашек, уставившихся на него снизу вверх, беспризорников едва ли вдвое ниже его ростом, одетых в лохмотья, которые прослужили больше лет, чем их владельцы.
“Пожалуйста, хозяин, сэр”, - сказали они в унисон и протянули сложенные чашечкой руки.
Муртаг не мог сказать, были ли дети мальчиками или девочками. Он решил, что это не имеет значения. Он также решил, что не имеет значения, выставляют ли они его дураком, если у них есть дом с семьей, едой и теплым очагом.
“ Вот. Сходи купи чего-нибудь поесть, — сказал он, выуживая из кошелька два медяка.
Они засмеялись и закивали головами. “ Спасибо, сэр! Рыжий, рыжий, рыжий, и ’дракон тебя поймает”! Затем, проворные, как крысы, они юркнули в переулок и исчезли среди зданий.
Муртаг проверил свой пояс. Его кошелек был на месте, что он посчитал победой. Он улыбнулся. Что бы ни случилось с Иленной, в тот день он сделал что-то хорошее.
Его улыбка погасла, когда он заметил, что паж направляется обратно по улице. Юноша лениво прогуливался, ел ручной пирог, наслаждался солнцем и наблюдал за дамами на улице. Не очень-то хочется возвращаться к своему хозяину или любовнице, а?
Когда юноша миновал вход в переулок, Муртаг откинул плащ и голосом из прошлого сказал: “Мальчик! Стой здесь. Я хотел бы поговорить с вами.
Страница замерла, и Муртаг увидел панику в его глазах, когда юноша пытался понять, попал ли он в беду, и если да, то насколько.
“ Д-д-да, сэр? Паж слегка поклонился, а затем искоса посмотрел на испачканную дорожными пятнами одежду Муртага. Полоска соуса стекала с недоеденного пирога пажа по его руке.
Промедление привело бы к потере дня. Напустив на себя надменный вид, Муртаг поманил его поближе. “ Иди сюда,