Легион - Анастасия Пименова
Отдача ударяет в плечо, но уже не так неожиданно, как раньше.
Я тут же возвращаю взгляд к прицелу и вижу, как безумного резко дёргает назад.
Попала, куда-то в район груди, но не в сердце, иначе бы мутант уже упал, а этот лишь пошатывается, ударяется спиной о дерево и начинает двигаться ещё более хаотично, будто тело не до конца понимает, что произошло.
У меня внутри всё неприятно сжимается.
— Чёрт…
Блейк рядом слегка поворачивает голову, наверное, прислушиваясь.
— Стреляй ещё раз. Он жив.
Да, я вижу, вновь смотря через прицел. Живучий гад или у меня с навыками прицела не очень. С учетом первой стрельбы из этого оружия по полуживой мишени, все равно считаю, весьма неплохим результатом. Будь на месте безумного человек, то он мог бы запросто истечь кровью.
Сглатываю, а пальцы чуть сильнее сжимают оружие.
Безумный впереди начинает дёргаться в нашу сторону, цепляясь руками за деревья. Как он понял, что мы здесь? Услышал? Но до этого же не слышал? Возможно, выстрелом я привлекла его внимание.
Жалость действительно не остановит ни его, ни любого другого мутанта, даже большинство из людей.
Беру во второй раз чуть ниже, прицеливаясь.
Выдох.
Выстрел!
На этот раз тело безумного резко дёргается и почти сразу обмякает, он падает между деревьями тяжело и окончательно без какого-либо движения подняться.
Лес снова становится тихим.
Я продолжаю смотреть через прицел ещё несколько секунд, будто мозг не успевает принять произошедшее, а потом медленно опускаю винтовку.
— Получилось, — сообщаю, уверенная в том, что Блейк и так уже это понял.
Странно.
Я ожидала чего угодно. Тошноты. Паники… или чувства вины. Как предполагала и в момент, когда видела мертвые тела мамы и Райана. Но внутри только усталость и какое-то тупое понимание факта, что он был опасен, а теперь уже нет. Самое главное, что это не ощущается как убийство человека, ведь да, человеком безумный уже не был.
— Подойдем к нему поближе?
— Зачем? — задавая этот вопрос, выражение лица Блейка почти не меняется, правда, я всё равно замечаю, как его челюсть напрягается, словно мозг мужчины на пару секунд действительно пытается понять, серьёзно я сейчас или нет. Действительно… для чего мне нужно подходить к трупу безумного?
— Хочу устроить ему достойные похороны, — невозмутимо сообщаю, поднимаясь с колена и отряхивая штаны от влажной земли. — Может, цветы собрать, речь сказать или карманы проверить, вдруг у него там завещание.
Блейк немного склоняет голову на бок, но его губы не искажаются в подобие улыбки. Что? Не так смешно? А я старалась. Запишу эту шутку в неудачные.
— Это шутка, — всё-таки поясняю я, выдыхая сквозь нос. — Я через прицел заметила у него кобуру или что-то похожее на неё. Подумала, вдруг там осталось что-нибудь полезное.
— Тогда стоит и правда проверить, но совет на будущее — лучше не трать на такое время. Поблизости могут быть еще мутанты, которые услышат тебя, но ты не услышишь их.
Мы направляемся в ту сторону.
— Насколько хорошо они слышат? Интересно, кому-то удалось узнать точное расстояние слуха у этих мутантов… — размышляю больше просто вслух, чем для получения полноценного ответа, ведь ему точно не может быть известна данная информация.
С каждым шагом безумный всё меньше напоминает опасность и всё больше обычное мертвое тело. От него тянет тем самым сладковато-гнилым запахом, который теперь преследует меня почти везде, но уже не так сильно, как раньше, или я начинаю привыкать. Какая отвратительная мысль.
Теперь, вблизи, становится понятно, что не так давно мужчина действительно был полицейским или кем-то похожим. Остатки тёмной формы ещё держатся на нём клочьями, на плече висит почти сорванный шеврон, а ремень с кобурой до сих пор закреплён на поясе, хотя выглядит так, будто пережил конец света исключительно из упрямства.
Присаживаюсь рядом, а мозг тут же начинает достраивать недостающие детали. Каким он был раньше? Как разговаривал? Были ли у него дети? Ждал ли его кто-нибудь домой в тот день?
Качаю головой и тянусь к кобуре.
— Если он сейчас оживёт, я расстроюсь.
— Он мёртв, — спокойно произносит тот.
— Спасибо. А то я уже начала переживать.
Внутри действительно оказывается пистолет. Не новый, но в гораздо лучшем состоянии, чем я ожидала увидеть у безумного, бродящего между деревьев. Вместе с оружием нахожу ещё и почти полный магазин.
— Ого, — выдыхаю тихо. — Да ты у нас богатый парень.
Поднимаю находку, рассматривая её.
Блейк присаживается рядом только на секунду, проводя рукой по куртке безумного, по ремню и по карманам, проверяя всё быстрее и точнее, чем я бы смогла глазами.
— Ещё нож, — говорит он через мгновение.
— Тогда сегодня фортуна на нашей стороне.
Он вытаскивает складной нож и протягивает мне.
Опять он это делает.
— Тебе пригодится.
— Ты серьёзно сейчас превращаешь меня в ходячий оружейный склад?
— Пока неплохо получается.
Усмехаюсь себе под нос, поднимаясь на ноги.
Винтовка вновь ложится ремнём поперёк груди, неприятно ударяя прикладом по боку, когда я выпрямляюсь. Пистолет после короткого колебания убираю за пояс сзади, чувствуя себя максимально странно. Не хватает только пафосного плаща и трагичного прошлого героя боевика. Хотя… последнее уже, наверное, есть.
Мы идём дальше между деревьями, оставляя тело позади.
Лес вновь начинает привычно и спокойно шуметь. Где-то высоко скрипят ветки, птицы перекрикиваются между собой, ветер шевелит верхушки деревьев, и всё это настолько нормально, настолько по-прежнему живо, что на секунду становится почти не по себе. Словно миру плевать на то, что люди превратились в чудовищ, природа же вообще не заметила конец света.
Блейк идёт впереди, как обычно. Не оборачивается, не замедляется, просто продолжает двигаться между деревьями с уверенностью человека, который чувствует лес лучше, чем большинство людей чувствуют собственное жилье. Ветки почти не цепляют его, подошвой ботинок наступает туда, где нет сухих веток, а когда впереди оказывается низкий склон, мужчина заранее меняет направление, словно уже знает, где удобнее пройти.
— Как ты не врезаешься в деревья или не оступаешься? — задаю интересующий вопрос, понимая, что даже если он и не скажет, то я хотя бы попыталась. — Слышать людей и всякие звуки это одно, но то, как ты можешь ориентироваться в лесу, к примеру, совершенно другое. Чем тут может помочь слух? Тем более в стрессовой ситуации?
— При обычной ситуации я фокусируюсь сразу на множествах звуках, которые есть буквально у всего. Будь то ветер, шаги, дыхание, движение ткани, вода. Даже деревья звучат по-разному. Старые, сухие, мокрые, полые внутри. Когда ветер проходит через них, звук меняется.
Я машинально оглядываюсь