Последняя из рода Белых драконов. Том I - Кристина Р.
Я быстро листала страницы с датами и хвалебными одами о победах. Что бы ни говорил Тарвен о том, что ненужной информации не существует, а всё же вряд ли мне в ближайшее время понадобится подробный отчет о победоносной битве девятитысячелетней давности между Эсванторном и соседним Ластром.
Однако на одной войне я всё же задержалась. Четыре тысячи сто сорок шесть лет назад Эсванторн воевал с Верденом. Вердивалия, раскинувшаяся между нами, хранила нейтралитет, и драконам приходилось лететь морем, оттого кости некоторых генералов до сих пор не найдены — дно Ласкового моря скрывает многое. Я помнила почти всё о тех битвах, читала ещё в своей библиотеке. Интересно узнать, что пишет о той войне противоположная сторона.
Тогда погибли король Эсванторна с наследником, и на престол взошёл его средний сын. Везёт же им на мальчиков, у нас один в поколении уже повезло, зато дочерей на зависть всем. Я мотнула головой, прогоняя мысли — обдумывать потом, сейчас информация. Верденом правил мой далёкий предок, от его руки и пал Чёрный дракон. Соглашение о перемирии подписывал уже сын. Стоп. А вот это интересно.
Так как война считалась проигранной, никаких хвалебных од написать не могли, зато описание признания генералами нового короля занимало два добрых листа. Но вот дата… Либо у меня что-то с памятью, либо ничего не сходится. Я подняла взгляд на шкаф, откладывая летопись. Так.
Взяв историю Вердена, я быстро перелистала к нужным датам. Так и есть: не сходится. Книга легла на диван поверх летописей. Найти свод законов Эсванторна такой давности оказалось очень непростым занятием, но мне было необходимо убедиться, что в Вердене и Эсванторне к подобным договорам подход одинаковый.
Ветхий свиток никак не хотел разворачиваться: стоило мне отпустить один край, он снова собирался в аккуратную трубочку. Я зло, но тихо, выругалась. Подсвечник опустился на пол, открытые книги легли на ковёр, зажимая края свитка. Я водила пальцем по сложному канцелярскому языку, проклиная составителей законов. За четыре тысячи лет ничего не поменялось.
Когда я дошла до нужной строки, даже на радость, сил не было. Я потерла глаза, укладывая голову на сложенные ладони.
— Я права. У нас война, — доверительно сообщила я Чёрному дракону на ковре.
Голова звенела, отвыкшая от такой работы, и незаметно для себя я уснула.
12. Белая орхидея
Пробуждение выдалось не самым приятным. Я приоткрыла глаза, не понимая, кто может разговаривать у меня в комнате.
— …в комнату тоже не возвращалась, — впервые я слышала такой спокойный голос Рагнара.
— Может, передумала.
— А можно потише? — проворчало моё спящее сознание. Свечи догорели, и комнату освещал только свет двух лун. Тело ломило, в висках звенело от прерванного сна. Я повернула голову и попыталась снова уснуть.
— А вот и наша пропажа, — протянул Рагнар, раздражая больше, чем при первой встрече.
Несколько секунд желанной тишины. Голос Аракса раздался совсем близко:
— Лиора, у тебя всё в порядке?
— Было, пока вы не пришли.
— Странная претензия. Ты в моей комнате.
Я распахнула глаза, приподнимаясь на локтях. Всё ещё не пробудившийся разум не узнавал обстановку. Я опустила взгляд на свиток, память о событиях вечера нехотя возвращалась:
— Я читала, но законы Эсванторна усыпляют лучше колыбельной.
Руки не держали, и я вновь опустилась на ковёр. Аракс присел на корточки, видимо, пытаясь рассмотреть свиток.
— Жаль тебя огорчать, но эта версия устарела тысячи три лет назад, если не раньше.
— А мне и нужны были законы того времени.
— Зачем?
— Чтобы узнать, что у вас полным ходом идёт война.
— Ты головой ударилась? — хмыкнул Рагнар откуда-то из-за стола.
— Нет. Законами, — говорить было лень, но так они хотя бы не требовали, чтобы я поднялась. — Договор о мире между Верденом и Эсванторном подписан не вступившим на престол наследником, а согласно вашим же законам, он не имел права его подписывать. Так что…
Рагнар закончил поджигать новые свечи, и они вдвоём уставились в развороты книг.
— А девчонка-то права, — хохотнул Рагнар через пару минут, когда я опять задремала. — Надо отца обрадовать.
— Лиора, встань, ты лежишь на свитке.
— Я сплю.
— Да. На полу.
— Нет. На мягком ковре, — свет отдавался в голове болезненной пульсацией. Я так измотала себя, что даже желание убивать ленилось прийти. Я не люблю, когда меня заставляют делать что-то, чего я не хочу.
— Лиора, — в который раз за последние дни это имя из его уст звучало как грозное ругательство.
— На правах военнопленного женского пола я требую прекратить пытки и оставить меня в покое, — я положила руку на голову и попыталась снова уснуть.
Рагнар подошёл, опускаясь на корточки с другой стороны и положил ладонь между моих лопаток, цепляя край воротника и касаясь подушечками пальцев кожи. К горлу подкатила тошнота.
— Показать, что делают с военнопленными женского пола, или сама встанешь? — в его голосе явственно звучала угроза.
Я резко села, сбрасывая чужую руку. Впрочем, он не напирал, и, неторопливо поднявшись, отошёл к окну.
— Видишь. Так действенней, чем просто произносить её имя, — Рагнар хохотнул, прежде чем продолжить. — Скажи мне, брат мой, за триста семнадцать лет твоей жизни у тебя в комнате спала женщина в одежде?
— И на ковре, — буркнула я, излишне сильно потирая место, где он меня коснулся.
— И на ковре, — согласился со мной Рагнар.
— А сам как думаешь?
— Вот видите, как полезно не раздевать женщин. Я всего несколько часов здесь, а уже войну вам организовала, — я постаралась выкинуть произошедшее из головы, чувствуя, как тошнота сменяется диким желанием увидеть на пальцах его кровь.
— Твой