Gold Dust Woman - Мэнди Бэкс

— Ты вообще-то должна быть на моей стороне, — бормочу я сестре.

— Я на стороне твоей безопасности и не хочу, чтобы злобный бывший зарубил тебя топором, сестренка.

Вот в чем дело: я состоявшаяся, успешная женщина. У меня хорошее образование, собственный процветающий бизнес, а теперь еще и собственный дом. Я не склонна к рискованному поведению и в целом прекрасно справляюсь со своей жизнью. Но когда дело касается Ковена, я всегда буду младшей.

Тети живут в вечной настороженности, а моей сестре гораздо привычнее злиться, чем испытывать любые другие эмоции. Я же не из тех, кто любит драме. Еще ни разу ни одна проблема не оказывалась настолько серьезной, как они это представляют. В семье сильных женщин каждая из нас находит силу по-своему. Сила Блу — в чистой мощи ее воли. Моя — в способности отстраниться и увидеть ситуацию целиком. И с моей точки зрения, ничто никогда не стоит того количества негатива, который большинство людей готовы на себя взвалить. Я не хочу тратить на это свою энергию.

То, что я не склонна реагировать сгоряча, не значит, что я наивна.

— Послушайте, я знаю, что история с Оуэном проблемная. Но я прожила с ним год и до этого два года встречалась. Я его знаю. Он не склонен к насилию.

— Чтобы все закончилось плохо, необязательно применять насилие, — говорит Блу.

— Я понимаю. Но Оуэн так поступает ради внимания. Лучшее, что я могу сделать, — не давать ему этого внимания.

Блу открывает рот, чтобы ответить, но Китти бросает на нее взгляд и качает головой. Сестра вздыхает и поднимает ладони в знак капитуляции. То, как легко Блу отступает, заставляет меня подумать, что они с тетками обсуждали это за моей спиной. Впрочем, это неважно, пока мне дают возможность самостоятельно разбираться со своими проблемами как взрослой женщине.

Микки похлопывает меня по ноге.

— Я дам тебе с собой немного черной соли. Рассыпь ее вдоль дверей и окон — она не пустит плохую энергию в дом.

У ведьм есть решение любой проблемы.



В Gold Dust Woman сегодня тихо. Айви-Холлоу переживает затишье между летним туристическим сезоном и сезоном любителей полюбоваться осенней листвой. У меня четыре сотрудника, но по понедельникам я обычно работаю одна, потому что это самый спокойный день недели.

Весь день я громко включаю пластинки через колонки магазина, убираюсь и ищу в интернете редкие книги и виниловые записи. Около полудня приезжает курьер с партией новых книг. Я распаковываю коробки и начинаю расставлять их в разделе «Новинки».

Поглаживая пальцами по обложкам, скользя ими вдоль корешков, я не могу не улыбнуться. Я довольно тщательно подбираю книги и пластинки для своего магазина, и все, что не покупаю с рук, выбираю либо потому, что мне самой это интересно, либо потому, что знаю: такие вещи хорошо разойдутся среди туристов, ищущих уютное чтение на время отпуска.

Мой аппетит к чтению почти ненасытен — всегда таким был. Когда мы с Блу были маленькими, тети водили нас в библиотеку как минимум раз в неделю после школы, пока мама была на работе. Мы набивали холщовые сумки книгами в пластиковых обложках: твердые переплеты тихо потрескивали, когда их открывали, а края мягких обложек были пожелтевшими и загнутыми. Блу всегда любила ужасы, особенно вампиров, а я больше всего любила фэнтези. И встречались мы где-то посередине благодаря общей любви к романтике.

Раскладывая новую партию книг и вдыхая запах свежих страниц, я откладываю стопку, чтобы принести домой Тристану. При одной мысли о том, что я поделюсь с ним этими книгами и узнаю, что он о них думает, внутри разливается теплое предвкушение.

Разумеется, я выбрала четыре самых горячих любовных романа, которые когда-либо читала.

Этот призрак даже не представляет, что на него свалилось.

Над дверью звякает колокольчик, и я поворачиваюсь поприветствовать посетителя.

— Привет! Добро пожаловать…

Приветствие начинается бодро, но обрывается, когда я вижу, кто стоит рядом с кассой. Оуэн. Я чувствую, как напрягаются мышцы, а щеки обдает тревожным жаром — и это совсем не приятный жар.

Он прислоняется к прилавку, скрестив руки на груди, и на губах у него застыла странная маленькая улыбка. Мне не нравится видеть его здесь, в моем пространстве, куда я его не приглашала. На нем слишком тесные узкие джинсы, вышедшие из моды лет восемь назад, и серая футболка с V-образным вырезом. В старшей школе Оуэн достиг своего пика, будучи одним из тех крутых я-играю-в-группе парней, которые по выходным выступали в кофейнях по всем трем штатам, и его чувство стиля с тех пор так и не сдвинулось с места: он по-прежнему выглядит как реклама American Apparel образца 2009 года. Татуировки, беспорядочно разбросанные по рукам, представляют собой странное, необъяснимое сочетание племенных узоров и морской тематики. Светлые волосы коротко подстрижены, над верхней губой пробивается редкая щетина усов.

Не уверена, что в жизни хоть кто-нибудь нравился мне меньше.

— Привет, Деми, — говорит он.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.

Он хмурится.

— Ты не отвечаешь на мои сообщения и звонки.

Я качаю головой и возвращаюсь к распаковке книг.

— Обычно это означает, что человек не хочет с тобой разговаривать.

Даже не глядя на него, я знаю, что он делает несколько шагов в мою сторону. Я чувствую это. Энергия вокруг него — серая рябь, как помехи на экране старого телевизора, жужжащая на частоте, от которой начинает зудеть мозг.

— Мне нужно с тобой поговорить, детка. Думаю, ты хотя бы это мне должна, — говорит он.

— Во-первых, я вообще-то тебе ничего не должна, — быстро отвечаю я, бросая на него косой взгляд. — Во-вторых, о чем нам вообще говорить?

Через весь магазин тянется длинный низкий стол, вдоль которого стоят кедровые ящики с пластинками, чтобы покупатели могли перебирать их в поисках нужной. Он разделяет нас: Оуэн с одной стороны, я с другой. Я стою к нему спиной и слышу, как он лениво перебирает винил позади меня.

— Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне, Деми, — говорит он.

У