Мастер теней и его пленница - Эла Завейская
Мои тени лежат на ней и спят вместе с ней. Внизу они слушали Бездну, а слушались её.
Король дроу сказал, что королева не покидает Подземья.
Короли дроу лгут. Это первое, чему меня учит низ.
У ворот Двора нас встретила леди Морвен. На меня она взглянула мельком.
На Шайру она смотрела долго.
Глава 26
Ева
Лорда Вариуса судят в том же зале, где он резал мне палец.
Утро. Я открываю глаза, а Дэвиан уже одет и застёгнут до горла. Он стоит у окна спиной ко мне, за плечом у него висит кривая карта с пустотой за южным обрывом.
Он оборачивается.
— Ева. Уже завтра.
Где-то внизу бьёт колокол. В дверь стучат.
— Совет собрался, — говорит из-за двери Каспиан. — Вариуса уже привели.
Я смотрю на Дэвиана. Он смотрит на меня и ждёт.
— После суда, — говорю я.
Он медлит, потом подаёт мне платье.
Зимняя ткань на мне ровного серебра, от ворота до подола. Гребень Морвен я закалываю у виска.
* * *
В зале Совета всё по-прежнему: на ледяном постаменте стоит Слеза, полукругом тянется стол Совета. В первый день Вариус взял здесь мою руку и провёл лунным ножом по пальцу, и Слеза ответила багрянцем и инеем.
Лунный нож лежит на столе перед его пустым креслом.
Сам Вариус стоит посреди зала. Руки у него скованы серебром, по бокам стража. Подбородок он держит высоко.
Мне ставят стул у края стола, рядом с Дэвианом. Сосуд на суде — улика, а улику держат на виду.
Придворные оборачиваются на нас и шепчутся. Каспиан наклоняется к самому моему уху:
— Они спорят, кто из вас кого приручил. Почти все ставят на одного.
— На кого?
— На тебя.
Каспиан встаёт у нас за спинами. Клео стоит у двери, ножи у неё на поясе. Розалин с кувшином воды жмётся к стене. В дальнем углу, среди придворных, сидят гости из Подземья: Моррис с погасшим фонарём на коленях и Шайра в вуали.
Леди Морвен сидит напротив. Коса уложена короной, руки сложены на столе.
Старейшина с белой бородой встаёт и читает обвинение. Читает медленно, со всеми титулами Вариуса, со всеми его заслугами перед Зимой.
— Совет слушает Мастера Теней, — говорит старейшина.
* * *
— Четыре месяца я приводил ко Двору женщин с Земли, — говорит Дэвиан. — Девяносто одну. Каждый раз, когда одна из них исчезала, лорд Вариус говорил Совету: «Её вернули туда, откуда она пришла». И над каждой произносил: «Все вышли из Чаши и все в неё вернутся».
Он обводит взглядом стол и пустое кресло Вариуса.
— Это формула мёртвых. Каждое такое объявление — извещение о смерти, и все девяносто одна мертвы. Лорд Вариус знает, чья рука лила их кровь.
По залу идёт шёпот. Кто-то из придворных роняет кубок.
— Откуда Мастеру Теней это известно? — спрашивает старейшина.
— Внизу эти слова говорят над мёртвыми, — говорит Дэвиан. — Так мне сказала первая рука королевы дроу. И ещё. За эти месяцы у южного обрыва погибли мои разведчики: Тарн, Ильве, близнецы. Каждый погиб в ночь, когда лорд Вариус объявлял Совету о возвращённой.
Он называет имена ровно, и тени у его сапог при каждом имени вздрагивают.
Вариус поднимает подбородок выше.
— Мастер Теней говорит то, во что верит, — говорит он. — Кровь пропускает веру. Знание — дело другое.
— Тогда скажите вы, — говорит Дэвиан. — Вы знали, что значат эти слова?
— Я знаю, что значат слова Чаши. Их смысл — дело Чаши.
— Откуда у вас эти слова?
— Я сказал Совету то, что сказала Чаша.
Он говорит это гордо. Ложь я слышу кожей. Сейчас кожа молчит. Он верит.
Морвен поднимает голову. Она говорит тихо, с печалью:
— Чаша с лордом Вариусом не говорит.
Старейшины переглядываются. Кто-то выдыхает сквозь зубы. Старейшина слева от пустого кресла Вариуса отодвигает своё кресло.
Вариус бросает быстрый взгляд на Морвен, затем надолго задерживает его на Слезе, стоящей на ледяном постаменте.
— Тогда кто с вами говорит, лорд Вариус? — спрашивает Дэвиан.
Вариус молчит. Губы у него белеют.
Морвен складывает руки на столе и тоже молчит.
— Совет ждёт ответа, — говорит старейшина.
Вариус поворачивается ко мне.
— Е-е-ева, — тянет он. — Е-е-ева. Сосуд мутит вам головы, а вы…
Тени Дэвиана срываются с пола и бросаются Вариусу к горлу. Свет в зале темнеет.
«Пусть тянет, — говорю я Дэвиану. — Это имя для паспорта».
Тени замирают у горла старейшины. Ждут.
А в дальнем углу зала, среди гостей из Подземья, рука Шайры ложится на клинок.
Я вижу это и вспоминаю помост в тронном зале дроу. Муж Киры в ошейнике тёр там обсидиан, плевал на тряпку и тянул имя жены: «Ки-и-ира».
— Довольно, — говорит старейшина. — Совет решает.
Ладони старейшин ложатся на стол. Ладонь Морвен ложится последней.
— Лорда Вариуса держать в ледяной темнице до Долгой ночи. В Долгую ночь Совет скажет последнее слово.
Зал выдыхает. Шуршат рукава, звякают кубки, кто-то смеётся от облегчения. Дэвиан садится. Тени возвращаются к его сапогам, и часть из них ползёт ко мне.
Я смотрю на руки.
У дам Совета узкие запястья в серебряных рукавах. У фрейлин вдоль стены рукава тоже серебряные. На запястьях Розалин звякают серебряные кольца, когда она переставляет кувшин. Морвен сидит, сложив руки на столе, и серебро у неё доходит до самых пальцев.
Серебро носят все дамы Зимы.
— Связывание сосуда остаётся в силе, — говорит старейшина. — В Долгую ночь, у Чаши. Мастер Теней исполнит клятву.
Рука Дэвиана под столом ложится мне на колено и сжимает его. Через связь ко мне приходит холод, тот самый, из-под ключицы.
Клятва. Та, про которую я сказала «наверху».
Мы наверху.
Стражники снимают цепь Вариуса с кольца в полу. Дэвиан поворачивается к Каспиану.
— Кас, — говорит он тихо. — Ты продал её?
Каспиан впервые за всё утро перестаёт улыбаться.
— Нет, — говорит он. — Но кое-что я от тебя скрыл.
— Что?
Каспиан смотрит поверх наших голов, на стену, где стоит Розалин. Она держит кувшин обеими руками и смотрит в пол.
— Её, — говорит Каспиан. — Я люблю её, Дэвиан. И ищу, кто держит её имя.
Дэвиан долго смотрит на друга. Потом встаёт, кладёт руку ему на плечо и сжимает. Каспиан накрывает его руку своей.
Тени Дэвиана у моих щиколоток теплеют.
Стражники ведут Вариуса к выходу. Дорога лежит мимо края стола, мимо моего стула. Цепь звякает по полу.
Поравнявшись со мной, Вариус наклоняется. Стражник дёргает цепь. Вариус успевает.
— Спроси своего Мастера, какую