Ненужная жена. Любимая генерала Севера - Ангелина Сантос

Он прочитал его и нахмурился.

— Значит, опять этот проклятый торговый дом.

— Пока суд не завершен, лучше не давать им повода для нового спора.

— Но вы сами создавали эти соединения!

— Некоторые — да. Но нам нужно подтвердить права на конкретные коммерческие варианты. И я не хочу начинать работу с нарушения собственного же принципа.

Ивар некоторое время молчал.

Потом взял один из чертежей.

— Тогда сделаем новый ограничитель.

Я посмотрела на него.

— За несколько дней?

— Не обязательно за несколько. У нас есть другие заказы, с которых можно начать.

Он показал на старую схему городской звонницы.

— А вот эту систему мы разработали уже здесь. По официальному контракту. Авторство зафиксировано. Право использовать результаты нужно согласовать с крепостью и городом, но никаких ваших семейных споров в ней нет.

Я задумалась.

Он был прав.

Мы могли начать с диагностических услуг, обучения и независимых отопительных контуров, не используя спорные коммерческие схемы.

А параллельно создавать собственные новые устройства.

Не копии разработок торгового дома.

Не попытки обойти чужие документы.

Настоящие самостоятельные решения.

Я взяла карандаш.

— Тогда придется изменить план доходов.

— Придется.

— И уменьшить ожидаемую прибыль в первые месяцы.

— Возможно.

Я посмотрела на него.

— Вас это не пугает?

Ивар пожал плечами.

— Меня гораздо сильнее пугает предприятие, которое начинает с обещаний, не подтвержденных ни расчетами, ни правами.

Я улыбнулась.

— Хорошо.

Мы провели почти весь день, переделывая финансовую модель.

К вечеру первый вариант стал гораздо скромнее.

Но я наконец могла честно сказать, что понимаю, на чем именно будет зарабатывать моя мастерская.

И это оказалось важнее красивых цифр.

Ответ в Имперское инженерное управление я написала на следующий день.

Письмо получилось сложнее, чем ожидала.

Несколько раз я начинала с благодарности за предложение, затем пыталась объяснить, почему не могу принять высокую должность.

Но каждый раз выходило так, словно я оправдываюсь.

Будто отказываюсь от чего-то настолько великого, что должна просить за это прощения.

В конце концов я отложила перо.

Посмотрела на пустой лист.

И написала просто:

«Благодарю за высокую оценку моей работы и приглашение возглавить исследовательский отдел. После внимательного рассмотрения условий я приняла решение остаться на Севере и развивать независимую мастерскую защитных систем.

При этом заинтересована в профессиональном сотрудничестве с Имперским инженерным управлением: независимой проверке проектов, разработке резервных контуров и обмене результатами испытаний.

Готова обсуждать отдельные договоры при условии сохранения самостоятельности моей мастерской и четкого оформления прав на новые разработки».

Я перечитала письмо.

Потом дописала перечень возможных направлений сотрудничества.

И подписалась.

Нора Элден.

Не госпожа Вейр.

Не жена генерала.

Не будущая начальница имперского отдела.

Просто мастер, который принимает собственное деловое решение.

Когда письмо было отправлено, я несколько минут стояла возле почтовой конторы.

Ждала, что почувствую сожаление.

Или страх.

Но вместо этого ощутила странное спокойствие.

Я не отказывалась от профессионального будущего.

Я выбирала, каким хочу его построить.

Рейнар узнал о моем решении вечером.

Мы сидели в его покоях возле камина. Он уже мог свободнее двигать поврежденным плечом, хотя Тесса по-прежнему запрещала превращаться.

Я положила перед ним копию письма.

Он прочитал.

Потом поднял глаза.

— Ты отказалась?

— Да.

Рейнар несколько секунд молчал.

— Почему?

Я посмотрела на него.

— Потому что хочу открыть мастерскую здесь.

Он осторожно положил письмо на стол.

— Ты уверена?

— Да.

— Не из-за меня?

Я улыбнулась.

— Ты действительно собираешься спрашивать об этом каждый раз, когда я принимаю решение остаться?

Он чуть опустил голову.

— Возможно, еще несколько раз.

— Тогда отвечу заранее. Нет, не только из-за тебя.

Рейнар посмотрел на меня.

Я продолжила:

— Мне нравится Фарн. Мне нравится работать с Иваром и Миком. Я вижу здесь возможность сделать дело, которое будет принадлежать мне. Не столичному управлению. Не торговому дому. Мне.

Он слушал внимательно.

— Конечно, ты тоже одна из причин, по которым я хочу остаться, — добавила я. — Было бы странно притворяться, что это не так.

Рейнар улыбнулся.

— Рад слышать.

— Но если бы я не хотела жить здесь, мы бы разговаривали о том, как строить отношения на расстоянии. А не о том, что мне следует отказаться от своей работы.

Он кивнул.

— Согласен.

Я взяла его за руку.

— Рейнар, можно спросить?

— Конечно.

— Если тебя снимут с командования, что ты будешь делать?

Он задумался.

Вопрос явно был ему неприятен.

Не потому, что он боялся говорить со мной о будущем.

Просто всю взрослую жизнь Северный рубеж занимал огромное место в его жизни.

— Пока не знаю, — ответил он.

Я кивнула.

— Тогда, возможно, нам обоим придется учиться жить без уверенности, что все останется как прежде.

Рейнар посмотрел на меня.

Потом тихо рассмеялся.

— Не ожидал, что когда-нибудь буду обсуждать это с человеком, который способен спорить со мной из-за толщины медной пластины.

Я улыбнулась.

— Ничего не поделаешь. У каждого свои недостатки.

Он осторожно обнял меня.

— Нора, я очень рад, что ты остаешься.

Я положила голову ему на плечо.

— Я тоже.

Некоторое время мы молчали.

Потом я тихо сказала:

— Знаешь, мне все еще страшно.

— Из-за мастерской?

— И из-за нее тоже. Вдруг я не справлюсь? Вдруг без магического слуха не смогу работать достаточно хорошо?

Рейнар не ответил сразу.

Я почувствовала, как он осторожно гладит мои волосы.

— Тогда ты изменишь способ работы, — сказал он. — Наймешь мастеров, которые умеют то, что сейчас трудно тебе. Или займешься другой частью дела. Ты ведь уже так работаешь.

— А если однажды вообще не смогу заниматься магическими устройствами?

Он немного отстранился и посмотрел мне в глаза.

— Тогда я все равно захочу проводить с тобой вечера.

Я почувствовала, как сжалось горло.

Рейнар продолжил:

— Даже если ты перестанешь чинить мои маяки. Даже если однажды решишь, что тебе больше нравится выращивать цветы, преподавать или сидеть в купальне Руты и спорить с Тессой.

Я невольно рассмеялась сквозь слезы.

— Представляешь, сколько времени я смогу спорить с Тессой?

— Боюсь, вы обе переживете меня.

Я улыбнулась.

Но Рейнар оставался серьезным.

— Нора, я уважаю твою работу. И восхищаюсь тем, что ты сделала для Фарна. Но я не собираюсь строить наши отношения вокруг твоей способности быть полезной.

Я долго смотрела на него.

И впервые смогла спокойно принять эти слова.

Не потому, что больше никогда не буду сомневаться в себе.

А потому, что уже видела, как он ведет себя, когда я не могу работать.

После потери магического слуха он не стал менее внимательным.

Не перестал искать встречи.

Не начал сравнивать меня с другими мастерами.

Он продолжал оставаться рядом.

И мне больше не требовалось