Развод. Невеста моего мужа - Ксения Хиж
У меня перехватило дыхание. Я смотрела на Катю и видела в её глазах искреннее сочувствие.
— Ирина, вы должны понять: ваш муж не просто жертва, он тоже виноват, но она его использовала. Она хотела денег, влияния. Но знаете, что самое страшное? Она не остановится. Она уже знает, что вы здесь, что вы собираетесь разводиться. Она опасная!
— Но…
— Мне рассказывали, что видели вас с ней. Она опять прикинулась дурой? Наверное, сделала вид, что вас не знает?
— Да…
— Вот стерва! Она знает все и про всех! И она уже такое проворачивала! Она не хотела, чтобы ее прежний любовник разводился, ведь тогда он бы стал не так богат. Дележка имущества, алименты. Она выманила его жену сюда!
— И что? — я ахнула, не веря.
— Та потеряла память, авария. А муж с ней все же развелся, женился на Рамилла и вскоре пропал без вести. А она получила кучу его денег... Спасайте себя, семью и мужа. На нем точно ее морок!
Глава 31
— Спасибо, Катя, — сказала я. — Спасибо, что сказали.
— Я сама через это проходила, — вздохнула она. — Мой муж тоже попался на её удочку, но я узнала вовремя. Мы справились. И вы справитесь. Только держитесь.
Она крепко сжала мою руку и ушла.
А я осталась стоять у окна. Смотрела в серое небо и чувствовала, как внутри рождается новое решение.
Я открыла дверь в палату мужа без стука.
Он лежал на койке, бледный. Рядом никого. Увидел меня и вытаращил глаза так, что, казалось, они вылезут из орбит.
— Ира? — выдохнул он. — Ты это ты?
— Я, — я остановилась в дверях, чтобы он видел меня всю. Платье, волосы, косынка, каблуки.
Он смотрел и не верил. А потом его лицо перекосилось не от боли, от бешенства. Жёлваки заходили, кулаки сжались на простыне, вены на шее вздулись.
— Что ты на себя надела? — заорал он. — Кто тебя надоумил? Войнов?
— А какая разница? — я скрестила руки на груди, и платье чуть приподнялось, открывая колени.
— Ты моя жена! — зарычал он, пытаясь приподняться, но охнул от боли и упал обратно на подушку. — А ну переоделась! Позоришь меня!
— А твоя жена серая мышь в бежевом белье, забыл? — я говорила спокойно, даже ласково. — Твоя жена скучная, пресная. А это просто Ира.
— Ты меня позорить вздумала? — он скрипел зубами, глаза налились кровью. — При всём госпитале? Тут мой командир! А ну переоделась!
— А что твой командир не в курсе, какая ты сволочь? Про шалавку твою не знает? Сомневаюсь! Если даже до нашего городка слухи дошли! Дома все всё знают! Ты опозорился сам и меня в грязь втоптал!
— Переоденься, живо! — прошипел он, пытаясь подняться.
— А что, только тебе можно? — я сделала шаг вперёд. — Только ты можешь иметь любовницу? Только ты можешь трахать другую, пока жена дома ждёт? Только ты можешь называть её деткой, а меня пусть серой мышью зовут? Ай-ай-ай, Артём. Нечестно.
— Ты что? Ира! Ты что в себя поверила? Ты хорошо выглядишь и без этой косметики и наряда! Не позорься! И я просил прощения! — закричал он. — Я сказал, что исправлюсь!
— Ты просил? — я усмехнулась. — А я не простила. И не прощу. Никогда.
— Ты не имеешь права! — он попытался сесть, но капельница дёрнулась, и он зашипел. — Я твой муж!
— Был, — поправила я. — Был моим мужем. Пока не предал. Пока не вынес из огня свою шлюху, а меня бросил под балкой.
— Ира, я...
— Всё, — я подняла руку. — Я наигралась в терпеливую жену. Теперь твоя очередь страдать.
Я повернулась и вышла, не оборачиваясь.
— Ира! Ира, вернись! — закричал он, срываясь на визг. — Ты пожалеешь! Я сына заберу! Я всё у тебя отберу!
В коридоре стоял Дмитрий. Он всё слышал.
— Он заслужил, — ответила я.
— Значит, вы будете мстить?
Я посмотрела в его серые глаза. На его уставшее, но доброе лицо. На его губы, которые так красиво улыбались.
— Да, — сказала я честно. — Хочу отомстить. Поможете?
Он помолчал, потом протянул мне руку.
— Пойдёмте чай пить. Я угощаю.
Я взяла его руку. Его пальцы сжали мои тепло, крепко, надёжно.
— Пойдёмте, — улыбнулась я.
За спиной всё ещё слышался хриплый мат Артёма. Но я его уже не слушала.
Глава 32
Дмитрий поставил кружки на стол — горячий чай с мятой, пар поднимался над поверхностью. Жестом пригласил сесть. Я опустилась на стул, обхватила кружку пальцами. Металл обжигал, но это было приятно, возвращало к жизни, напоминало, что я ещё жива, что я могу чувствовать что-то кроме ненависти.
— Не обращай внимания, — сказал он, садясь напротив, и я видела в его глазах не пустые слова утешения, а истинное понимание. — Такие, как он, не меняются. Я знаю, о чём говорю.
— Ты прав, — я кивнула.
— Тебе нужно домой поехать к сыну. Поговорить с ним, постараться объяснить и успокоить. Подать на развод, нанять адвоката. У Артема много связей, тебе пригодится адвокат. А потом знаешь, лучшее средство не падать духом — уделить время себе, сменить обстановку. Буквально пару денечков побудь одна, послушай себя. А еще лучше море.
Я усмехнулась. Не до моря мне сейчас…
— Пятнадцать лет я служил в гарнизонном госпитале. В глуши, в лесу, где зимой снега по грудь, а летом комары съедают. Я почти всегда на работе, операции, дежурства, перевязки. А потом она встретила другого. И я знаешь взял и сорвался. Уволился. Уехал в Питер. Работал в частной клинике, мотался в