Развод. Невеста моего мужа - Ксения Хиж
Он говорил так спокойно, будто пересказывал чужую жизнь. Но я видела, как дёрнулась его рука, когда он поднёс кружку к губам.
Я сделала глоток чая, посмотрела на него восхищенно. Красивый здоровый мужчина и такой полезный обществу, такой настоящий, не то, что некоторые.
— В общем, это я к тому, что после ночи всегда наступает утро, все образуется.
Он по-доброму улыбнулся.
Я слушала его, и внутри меня постепенно отпускало. Не потому, что забывались обиды, а потому что я видела перед собой человека, который тоже прошёл через предательство. И он выжил. Он живёт, работает, улыбается. Значит, и я смогу.
— Вёл передачу на телевидении. Про здоровье. Сначала робко, потом меня заметили, позвали на федеральный канал. Потом блог завёл, просто так, для души, чтобы делиться знаниями. А сейчас уже почти миллион подписчиков. Я люблю учить людей, объяснять, что здоровье это не только таблетки, но и образ жизни. Многие знают меня по экрану, хотя в жизни я не такой публичный. Но знаешь, это всё иллюзия. В Москве я чувствовал себя живым, но пустым. Не хватало настоящего дела, настоящего риска. Поэтому я ушёл из клиники, вернулся в полевую медицину. Здесь я чувствую, что живу по-настоящему.
Я слушала его, и вдруг что-то кольнуло в памяти.
Его лицо... Где-то я его видела. Не в поезде, а раньше. Словно со старой картинки, с экрана телевизора, мелькнувшей краем глаза.
Он смотрел на меня долго, и в его глазах было тепло.
— А ты? — спросил он. — Ты как решила?
— Решила разводиться, — ответила я, чувствуя, как внутри поднимается новая волна злости. — И отомстить. — Я усмехнулась, но улыбка вышла горькой. — Я хочу ему показать, что я не серая мышь, а потом адвокат, суд, алименты. И, может быть, новая жизнь. Если я не сломаюсь.
— Ты не сломаешься, — сказал он. — Я в тебя верю. Ты сильная. Держись, Ира. Всё будет хорошо.
Я посмотрела на него, и в его глазах я увидела то, чего мне так не хватало последние годы. Веру.
Веру в меня.
И это придавало сил.
— Спасибо, — прошептала я.
Глава 33
Я осталась в госпитале на три дня. Дмитрий показал мне, как заполнять документы, как успокаивать раненых, как делать простые перевязки. Я училась быстро, ловила каждое его слово, каждое движение. Работа отвлекала, она давала мне возможность не думать о предательстве, не видеть его лица.
Каждое утро я проходила мимо палаты Артёма. Он видел меня в новой одежде, я специально купила у местной женщины лёгкое летнее платье, синее с белыми цветами, и яркую помаду.
Я укладывала волосы, распуская их по плечам.
Каждый раз, когда я проходила мимо, он сжимал зубы, провожал меня взглядом, полным злобы и ревности. Он не выдерживал, начинал кричать:
— Ты моя жена! Ты позоришь меня перед всей частью! Войнов, убери её отсюда!
Но Дмитрий был непреклонен.
Он спокойно отвечал:
— Она волонтёр, она помогает. А ты лежи и поправляйся.
Однажды я застала его за разговором с санитаром. Они стояли в конце коридора, и Артём говорил о деньгах, о том, что надо перевести крупную сумму на какой-то счёт. Я притаилась за углом и услышала название банка, номер карты, имя получателя Рамилла Ханова. Я записала всё, что смогла, дрожащими пальцами, боясь, что они заметят меня. Но они не заметили.
Дом, поняла я. Он переводит ей деньги на дом, где я пила с ней чай, где она смеялась и говорила мне, что они разведутся и будут жить вместе. И на ее содержание.
Вечером я снова отправилась к её дому.
Спряталась за теми же кустами, что и в прошлый раз. В окнах горел свет, слышался детский плач. Через минуту няня выкатила мальчика на веранду, он сидел в коляске, его лицо было точной копией лица Миши. Те же глаза, тот же разрез губ, тот же упрямый подбородок. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает новая волна ярости и тошноты. Он его отец.
А значит, судя по его возрасту, в связи они давно. Но как она могла успеть окрутить других мужчин тогда? Или она забеременела от него, и они не виделись много лет? А потом встретились? Все, как он и говорил…
Все эти годы он жил со мной, любил? Хотя неважно, он уже предал. Сейчас меня волнует лишь одно: передать адвокату все что у меня есть на Рамиллу, узнать сколько денег на нее ушло!
Я сфотографировала мальчика, дом, машины, припаркованные у ворот. Записала номера, сделала ещё несколько снимков. Эти улики пригодятся в суде, когда я буду доказывать, что он изменял, что он тратил общие деньги на другую женщину.
На третий день я случайно встретила Галину. Она, как всегда, была готова посплетничать, и я подошла к ней, заговорила о доме Рамиллы.
— У Рамиллы такой дом шикарный. Кто ей построил? — я старалась говорить небрежно, будто мне просто любопытно.
Галина засмеялась, откровенно, с каким-то злым удовольствием:
— Да кто ж ей помог? Конечно, мужики. Один ей машину покупал, второй на море возил, новый этот Свобода позывной у него, ей дом отгрохал! Мы насчитали: на стройку и отделку больше шести миллионов ушло. А откуда у неё деньги? За неё все мужики деньги платят. И она умеет брать.
Я слушала и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Шесть миллионов. Он потратил на неё шесть миллионов??? А мне говорил, что копит на вклад,