Большая книга языка телодвижений. Самый полный путеводитель по чтению невербальных сигналов - Филипп Турше

Вторая часть посвящена знакомству со множеством посланий основного лексикона нашего тела, необходимых, чтобы полностью понять собеседника. Она одновременно даст пищу для размышлений ученым, жаждущим доказательств, и послужит почти что началом пути для любознательных читателей, ищущих «знаки» тела. Именно в ней мы подробно рассмотрим основные послания, которые оставляет нам каждое его положение.

В третьей части мы прольем свет на то, как связаны язык тела и отношения между людьми: в реальной жизни наш собеседник – не манекен на витрине и не картинка на видеокассете. Мы увидим, что во время разговора наши эмоции, мысли и скрытые мотивы влияют друг на друга, хоть мы и не всегда это осознаем. Мы также увидим, почему создание пространства подлинности неотделимо от лучшего понимания другого.

Наконец, в четвертой части мы со всех сторон посмотрим на ложь и ее сиамского близнеца – правду. В ней будут описаны новые принципы интерпретации языка тела: «лжец» не подходит под образ временами неловкого собеседника, в который мы все еще так часто верим. Все ресурсы своего тела он направляет исключительно на обман. Когда речь идет о лжецах, разговор касается уже не эмоций и отношений, а больше когнитивной перегрузки и других сигналов тела.

✧ ✧ ✧

Если вы читаете эти строки, значит, вы выбрали эту книгу точно так же, как выбирают билет на самолет или поезд. Пожелаем друг другу счастливого пути – вместе нам предстоит пережить это путешествие и пересечь территорию языка тела, чтобы вернуться с новым взглядом на привычную реальность и начать проживать привычную жизнь по-новому.

Синергология позволяет нам однозначно понимать людей по языку их тела, однако само древо синергологии выросло на почве неявного знания. Способность читать язык тела появилась у нас не одновременно с синергологией – человеческий мозг был уже готов наблюдать за другими и судить о них. Обратите внимание, как родители знакомятся со своим первенцем. Они обнаруживают перед собой грудничка, которого не вполне в состоянии понять. Это их первый ребенок, и он говорит с ними лишь на языке тела, который они не изучали. И тем не менее они очень быстро начинают его понимать. Так что было бы странно, если бы они не понимали взрослых.

А направляли их интуиция, эмпатия и жизненный опыт – эти проверенные временем твердые навыки подготавливают почву для всех наших реакций, тогда как в движение их приводит язык тела. Они составляют незримую основу нашего понимания окружающих. И все же эти навыки ни самодостаточны, ни всегда надежны. На страницах первой части этой книги мы узнаем, какие средства помогут нам изучить язык тела человека. Я опишу инстинктивные триггеры, которые иногда могут помочь нам прочитать другого, а иногда – помешать. Вместе с этим я покажу вам, почему полезно учиться лучше читать других при помощи изученного языка – языка синергологии.

Наш мозг словно болен булимией: все визуальные образы, попавшие в его поле зрения, он сжирает. Чем скорее они будут проглочены, тем скорее мы научимся на них реагировать и к ним приспосабливаться. Чувство, которое рождается под шквалом этих образов, называется первым впечатлением.

Первое впечатление формируется бессознательно меньше чем за одну секунду[2]! Быстрее это сделать сложно – и выходит, что к моменту, когда мы только собираемся начать наблюдение за собеседником, свое мнение о нем мы на самом деле уже составили. При таких условиях невозможно вести разговор о языке тела, параллельно не касаясь вопроса интуиции, ведь одно без другого не существует. Следовательно, чтобы так быстро судить о других, нам остается только позволить интуиции занять свое законное место и изучить, как она работает. А пока она показывает нам свои фокусы, посмотреть, не расставило ли нам первое впечатление ловушек.

Мир устроен сложно, и чаще всего мы вынуждены выбирать и даже принимать решения спонтанно. Стоит признать, что сделать это не всегда просто. Сталкиваясь с внешним миром, за последние 350 миллионов лет наш мозг, в свою очередь, отточил свою структуру до совершенства. Он нашел решение: обрабатывать информацию на двух скоростях – большой и маленькой. Не будь у нас под шапкой одного цельного органа, можно было бы даже сказать, что у нас есть два мозга.

Короткий путь усвоения информации в большой степени бессознателен, и в случаях, когда от нас требуется исключительно инстинктивная реакция, мы прибегаем к спонтанным решениям. Долгий же путь дает нам время, чтобы объяснить наш спонтанный выбор, а порой и заставить то же самое сделать других. Например, когда нам предлагают второй кусок торта, мы тут же протягиваем за ним руку и только секундой позже говорим: «Нет, спасибо». Долгий путь пресек короткий.

Центральная роль на коротком пути отводится интуиции. На сегодняшний день ее природа хорошо изучена: это процесс, основанный на трех реальностях. Она представляет собой, во-первых, комбинацию идей, во-вторых, явление спонтанное, а в-третьих, бессознательное[3].

Интуиция весьма удобна, поскольку обилие информации мешает нам осмыслить всю ее одновременно. Ее работа основана на автоматических быстрых ассоциациях[4], позволяющих нам очень быстро «получить представление» о чем-либо, при этом не зная наверняка, откуда эта идея пришла нам в голову[5]. Благодаря интуиции мы знаем то, что нам узнать необходимо, и нам не нужно искать эту информацию – в какой-то степени она похожа на «неосознанное желание»[6], возникающее в бессознательной части мозга для нашего же блага. Будем честны: было бы глупо лишать себя процесса, который позволяет нам так эффективно экономить энергию.

При этом в разных сферах нашей жизни интуиция устроена по-разному. Проложить маршрут в лесу – совсем не то же самое, что решиться доверять собеседнику: для этих действий включаются разные инстинкты. В межличностных отношениях топливом для нашей интуиции по большей части является язык тела. За этот процесс в нашем мозгу отвечает миндалевидное тело, или амигдала, задача которого оповещать нас о необычных признаках в поведении собеседника. Эти две крохотные миндалины, расположенные в разных полушариях головного мозга, не имеют ничего общего с миндалинами в задней части горла и ни много ни мало необходимы нам для выживания.

Амигдала была открыта еще три столетия назад, но ее