Проиграй мне, недотрога - Ульяна Николаевна Романова

— Это личное, а ты мой ученик.

— Урок закончился, — намекнул он, — я просто чувствую себя виноватым и хочу искупить. А то совесть мучает, спать не дает…

— Боже, хоть один из вашей парочки знаком со словом «совесть», — не удержалась я.

— Рассказывай, я не отстану.

— Ты мне не поможешь. Мне нужен адвокат по семейным делам.

— Ты не поверишь, Янина, но их есть у меня. Матушка моя.

— Серьезно? — не поверила я.

— Мамой клянусь, — весело хмыкнул он. — Какие проблемы?

— С бывшим мужем. Алименты не платит, и дочь… Длинная история.

— Так давай я ему морду набью, сразу и алименты оплатит, и говорить месяца два не сможет, челюсть долго срастается…

— Николай, я буду действовать законными методами! И мне хватило одного представителя вашей замечательной бригады из полиции доставать. Надеюсь, капитан Шереметьев и тебе друг?

— А то! Он тебя и сдал, в смысле сказал, где ты работаешь и как тебя найти.

— Еще один засранец, — закатила я глаза.

— Я еще не сразу понял, почему он ржет. Оказалось, что за полчаса до меня тебя Тихон пробивал. Так, давай тогда я маме наберу, договорюсь о встрече…

— Угу. Как раз обсудим с ней твое поведение!

— Не надо, — вырвалось у Николая.

Кажется, матушку он уважал!

— Я напишу тебе, — пообещал он, — и это… Если Колдун обидит — можешь мне пожаловаться! Я ему морду набью.

Кажется, у Николая было универсальное решение всех проблем — набить кому-то морду! И я не могла с уверенностью утверждать, что решение в корне неверное.

— С Колдуном я сама разберусь, — пообещала я, — спасибо!

И отключилась. Поднялась на ноги, потянулась, разминая затекшую шею, взяла мобильный, подумала и набрала номер бывшего мужа. На удивление — Рома ответил.

— Привет, — я снова завелась, — как хорошо, что я снова не в твоем черном списке звонков.

— Я сам хотел позвонить. Яна, что ты ей позволяешь? Какие розовые волосы, она девочка!

— Именно! Она девочка! А что делаешь ты?

— Я пытаюсь сберечь нашу репутацию. Что люди скажут? А моя мама? Яна, прекращай это безобразие, не делай из нее себя, я годами не мог это из тебя вытравить, теперь дочь?

— Да, Ром, теперь дочь. И из нее ты это не вытравишь, — ядовито ответила я, — потому что я не позволю!

— Янусик, прекрати этот бунт, тебе совершенно не идет быть гром-бабой. Женственность — это про тебя, а вот воевать с мужчиной… С отцом твоего ребенка. Она ведь и моя дочь.

Мои глаза закатились так далеко, словно хотели посмотреть, не дымится ли мозг!

— Ты вспомнил, что у тебя дочь, только когда она волосы перекрасила? А когда мы квартиру делили, ты не вспомнил? Или когда я работала на двух работах, чтобы собрать ее в школу, ты отцом не был? Ты отец, только когда тебе это выгодно? Так, может, оплатишь алименты за этот год?

— Яночка, солнце, ты продала мои шины, это и есть алименты за год.

— Сволочь, — не удержалась я.

— Тебе не идет ругаться, малыш.

— Прекрати разговаривать со мной как с умственно отсталой! — потребовала я.

— Яночка, — у меня от этого обращения все зубы заныли, — прекращай, серьезно! И подумай о том, кого ты вырастишь с таким воспитанием.

— Ромочка, у тебя компас есть?

— Есть, — обалдел бывший.

— Так вот возьми его и иди строго на йух!

— Я всегда знал, что ту бунтарку из тебя не вытравить, — тяжело вздохнул бывший, — но из дочери я могу сделать человека. Я подаю в суд, Элина будет жить со мной! Это не обсуждается, ты плохо на нее влияешь!

Я всерьез задумалась принять предложение Николая и сломать Роману челюсть! И нос бонусом!

— Я подаю встречный иск о лишении тебя родительских прав, — отрезала я и отключилась.

Роман позвонил еще пять раз, но отвечать я посчитала ниже своего достоинства. Тогда бывший решил развлекаться письменным творчеством и написал мне несколько сообщений. Пришлось блокировать!

Я так разозлилась, что не находила себе места. Даже боль в колене прошла, а я сделала несколько кругов по комнате, чтобы хоть немного прийти в себя.

Николай написал, что встреча с его мамой будет послезавтра, а я немного выдохнула.

Правду говорят: хочешь узнать мужчину — разведись с ним! Я готова была стоя аплодировать Роману за то, что столько лет он так талантливо скрывал свою настоящую сущность. Кажется, даже Станиславский бы поверил его игре в заботливого мужа!

А теперь я вынуждена тратить время и нервы на суды и разборки!

Нужно будет еще учеников взять на индивидуальные занятия, и пару групп добавить, чтобы заработать на адвоката… А ведь на мне огромный кредит на бизнес и дочь нужно кормить, поить и красиво одевать.

Ладно, не впервой, разберусь!

Я написала Данелии, что мы набираем еще две общие группы иностранных языков, которые буду вести я. Упала на постель и обняла голову руками. Я справлюсь. Всегда справлялась!

Вздохнула и решила выйти на балкон. Мне нужен был свежий воздух!

Стояла и смотрела во двор, когда в кустах заметила движение. Я бы не обратила внимание, если бы там же не мелькнула розовая макушка моей дочери.

Присмотревшись, я поняла, что трое придурков окружили моего ребенка, а самый наглый что-то ей втолковывал.

Еще не отойдя от разговора с Романом, я сорвалась с места, вылетая на улицу. Кажется, я даже не хромала в тот момент, летя на крыльях праведного гнева.

А когда вылетела на улицу и подбежала к кустам, заметила картину маслом. Тихон с самым скучающим выражением на лице держал двоих подростков за шеи и менторским тоном педагога втолковывал им правила поведения.

Элина же потирала ушибленный кулак и с ненавистью смотрела на главного из троицы — того, у кого стремительно краснела скула.

— Вежливость, парни, это не только воспитание, но и отличный оберег от сломанных челюстей, — спокойно объяснял им Тихон.

— Да мы просто… Пригласить хотели на день рождения, пошутили, больше не будем, — оправдывался мальчишка лет четырнадцати на вид.

— Чувство юмора тоже можно тренировать. За такие шутки в зубах бывают промежутки. Значит, я ваши морды себе срисовал — еще раз увижу, будете улицу месяц мести под моим неусыпным контролем. Мыть асфальт и смывать пыль с листьев во дворе дамы. А еще раз девчонку напугаете — я ее по-другому бить научу, всем все ясно, или мне повторить? Элинка, удар — шикарный.

— Да нравится она Тимохе! Хотел с ним гулять предложить! — быстро стал оправдываться тот, что рыжий.

— Тимоха… — переключился Тихон.

Тимоха к тому моменту уже ничего не хотел, возможно,