Никто не узнает - Юлия Амусина
— Да, детка, я заметил.
— Просто, понимаешь…
— Не понимаю, — качает он головой. — Мы редко видимся, ты как будто бегаешь от меня, не берешь трубку, а теперь еще этот финт с заявлением. И ведь ты ни слова мне об этом не сказала.
— Да… не сказала.
— Так что же это значит? — подгоняет меня Фил.
— Я не знаю, — поднимаю на него взгляд. — Фил, я, правда, не знаю. Со мной просто… не знаю, как сказать, чтобы ты понял. Со мной что-то происходит, Фил.
— Что-то? — с фальшивой улыбкой переспрашивает он. — Говори проще. Ты хочешь все порвать?
— Ты о наших отношениях?
— А ты о чем? — его улыбка становится шире.
— Я… о них же, — сглатываю ком, вставший в горле. — Фил, я немного запуталась. В последнее время у меня такое странное состояние…
— Нел, давай начистоту, ты запала на этого придурка? — кривится Феликс, не сводя с меня глаз. — И теперь не знаешь, как сообщить мне об этом?
Черт! Нет, я не хочу ему об этом говорить, точнее, это неправда или не совсем правда, потому что скоро это наверняка пройдет, меня отпустит, и все станет по-прежнему, как было до появления Марка в моей жизни. Все стабилизируется, обязательно. Я ведь не могла разлюбить Фила, мы с ним давно вместе и хорошо знаем друг друга. Он моя судьба. Я все еще хочу быть с ним, я люблю его и вижу свое будущее только с ним рядом. А Марк…
Есть ли в моих прогнозах на будущее Марк? И какую роль я действительно готова закрепить за ним в своей жизни при наличии в ней Феликса и давно уже расписанных планов?
— Фил, Марк здесь ни при чем, — произношу с неуверенностью, чувствуя, как откуда-то из глубины души пробуждается смутная ненависть к себе самой за эту нахальную ложь, потому что если кто и имеет ко всему этому отношение, то именно Марк. А я лгу своему парню и даже не отвожу глаз, хорошо понимая, что в противном случае наверняка его потеряю. Он не станет это терпеть. Боже, что я только творю…
— Тогда кто?
— Видишь ли…
— Чем вы занимались после того, как ты выпроводила меня вчера, а, детка?
— Фил, поверь мне, это совсем не то, что ты думаешь. Марк правда помогает мне в одном деле, но я пока не могу…
— Рассказать мне. Да, я понимаю.
— Правда? — с надеждой смотрю на него я, и он суровеет:
— Нет. Неправда, Нел. Я не понимаю, с какой стати ты так много времени проводишь с этим придурком, не понимаю, что вообще может быть у вас общего, если только вы не…
— Фил, не надо, — перебиваю я.
— Ты считаешь меня идиотом? Нет, скажи, правда считаешь?
— Нет, ты знаешь, что это не так.
— Я не знаю. Хочу, чтобы ты сама мне все рассказала. Зачем тебе понадобился этот отпуск?
— Я устала! — заявляю громче допустимого, но сразу же понижаю голос до прежней интонации. — Прости… Я просто устала от всего, понимаешь? Я… по-моему, кадры — это не совсем то, что мне подходит. Я хочу найти себя в чем-то другом.
— Ты устала от работы?
— В том числе. Да.
— Ты же сама захотела туда пойти, Нел, — Фил удивленно приподнимает бровь.
— Чтобы быть ближе к тебе, — на сей раз это правда, и она срывается с моих губ очень легко.
— Тебе незачем этим заниматься, — Фил хлопает ладонью по столу, — если устала, то завязывай с кадрами, никто тебе и слова не скажет.
— А вдруг я потом передумаю? — сама знаю, как тупо это звучит, и ничуть не удивляюсь соответствующей реакции Феликса:
— Ты сама не знаешь, чего хочешь? Не можешь решить, нужна ли тебе эта работенка?
— Да, что-то вроде того.
— Насколько я помню, твой отец не хотел, чтобы ты работала. Он был против этой идеи, но тебе захотелось попробовать. Если дело только в работе, бросай ее к черту и становись прежней, окей? — Фил берет мою руку, поглаживает большим пальцем. — Раньше мне было проще понять, что с тобой происходит, но сейчас… детка, это просто атас.
— Я пока ничего не бросаю. У меня две недели: попробую привести мысли в порядок, надеюсь, мне хватит этого времени, чтобы что-то решить. Ты не злишься на меня? — застывшим взглядом смотрю на наши руки.
— Злюсь, детка. Работа — это ерунда, больше всего меня напрягает твой братец. Мне кажется, что этот кретин повсюду. Преследует тебя или даже меня, — Фил усмехается. — Если бы его было поменьше, Нел…
— Но… мы ведь одна семья, — слабо сопротивляюсь я, вновь начиная чувствовать скользкую дорожку под ногами, ведущую меня по пути лжи, затягивающей все дальше в глубокий омут. Это ловушка. Чтобы сохранить то немногое, что у меня осталось, я должна запрятать подальше слабые отголоски совести и напропалую лгать, потому что даже крупица правды способна все уничтожить.
— Нел, он тебе никто, — уже с ноткой раздражения напоминает Феликс.
— Нет, это не…
— Так! Это именно так. Вы друг другу посторонние люди, брак его мамаши с твоим отцом ничего не меняет. И если ты считаешь по-другому, это уже знак для меня, ты разве не понимаешь?
— Фил, ты можешь просто поверить мне?
— Извини. Пока этот парень увивается возле тебя, не могу. При всем желании, детка. Он слишком наглый; черт знает, чего вообще от него ожидать.
— По-видимому, я зря завела этот разговор, — поднимаюсь, но Фил хватает меня за запястье.
— Ну-ка, постой. Ты разве считаешь, что мы закончили?
— Я считаю, что мы снова зашли в тупик. Это происходит снова и снова — у нас никак не получается договориться. Мы тупо не понимаем друг друга. Предлагаю взять паузу.
— В отношениях? — усмехается Фил.
— Отдохнуть друг от друга, — нахмурившись, корректирую я. — Возможно, все дело в этом.
— Ты от меня устала? Я вот от тебя не устал и могу прямо сейчас это сказать.
— Ты меня не понимаешь!
— А ты делаешь что-то для того, чтобы это изменить?
— Да хоть бы