Ночи беглеца - Джозеф Уэмбо
Когда же Нелсону становилось совсем невтерпеж, он садился в машину и ехал в соседний городок с населением в целых девятьсот человек, где развлекался тем, ч го наблюдал, как плавится на солнце асфальт.
Свой пуленепробиваемый жилет он перестал надевать v же на вторую неделю работы здесь, хотя раньше с ним никогда не расставался.
— Пусть стреляют. По крайней мере, кончатся мои мучения, — сказал он сержанту, вешая жилет на гвоздь. — Лучше один раз погибнуть, чем каждый день подыхать от жары.
С мая по октябрь Гарим, патрулируя улицы, думал
только об одном: где бы найти хоть клочок тени. Это удавалось очень редко. Его форменная рубашка уже через несколько часов сплошь покрывалась белым налетом соли, а струи пота стекали ог подмышек до самых колен. В паху постоянно зудело, и даже на кожаной портупее Нелсон с изумлением обнаружил разводы соли. «Смотри-ка, — подумал он, — даже сбруя еще жива и потеет. Может быть, и я выживу? Да нет, вряд ли. Если и не подохну от жары, меня прикончит скука».
В первое время после перевода в этот безлюдный уголок он часто коротал время, разъезжая по окрестной пустыне в надежде поймать кого-нибудь за раздеванием угнанного автомобиля. В один прекрасный день он нашел на земле человеческий череп, после чего в пустыне устроили большую облаву на джипах. Нелсон надеялся, что его имя попадет в газеты, но все испортило ФБР, которое провело экспертизу: как написали в своем заключении эксперты, хотя по делам об убийствах срок давности не установлен, раскрыть преступление, совершенное лет триста назад, будет, скорее всего, затруднительно.
В южной части долины Коачелла пригодны для орошения около тридцати тысяч гектаров земли, и все они возделываются. Здесь выращивают саженцы пальм для роскошных загородных клубов в северной части долины, но самый большой доход приносят спаржа, салат, апельсины, лимоны, виноград и финики — на долю Коачеллы приходится девяносто пять процентов всего их сбора в Америке. Ну и, конечно, героин.
Героин — самый ходовой товар в южной части долины. По официальным подсчетам Агентства по борьбе с наркотиками, семьдесят процентов кокаина, сбываемого в Калифорнии, поступает из Мексики, и оттуда же ввозится вся смолка — сырой героин. И почти все это проникает в страну именно здесь, в нескольких часах езды от Мехикали, что лежит по ту сторону границы. Участок, куда попал Нелсон Гарим, — один из самых крупных центров торговли сырым героином.
Героин-смолка, или «гома», как его называют мексиканцы, похож на бурую оконную замазку и пахнет уксусом. Во времена экономического спада он стоил около двухсот долларов за грамм — кусочек размером с изюмину. За двадцатку можно было купить одну десятую грамма, завернутую в целлофан и алюминиевую фольгу. Двадцатка обеспечивала наркоману четыре часа сносного самочувствия, но потом требовалась новая порция, чтобы загнать ее себе «под крышку» — так называют старые струпья, которые скрывают от полиции свежие следы уколов.
На юге долины Коачелла почти никогда не попадается ни очищенный мексиканский героин, ни белый китайский. Только смолка — но зато сколько угодно. Поэтому сюда со всей страны собираются отбросы человеческого общества. Подсчитано, что в городишках на краю пустыни живет больше условно освобожденных из тюрем, чем где бы то ни было в США. Некоторые не могут обойтись без стимуляторов и покупают метамфетамин по сотне за грамм, но самый большой спрос здесь на героин. У большинства этих людей губы шевелятся, когда они пытаются читать, и остаются неподвижными, когда они говорят. Речь их бессвязна и маловразумительна, хотя, если не считать научных работников, это единственная в США категория людей, которая ведет счет на граммы и килограммы, а не на унции и фунты.
В сезон сбора урожая население этих мест бурно разрастается, и не только за счет беспаспортных рабочих- мигрантов из Мексики: сюда съезжается немало лаосцев и вьетнамцев, в остальное время живущих в своих лодках на побережье. Ссоры здесь нередко разрешаются с помощью мачете, а до вмешательства полиции дело почки никогда не доходит.
Местные жители шутят: «Зачем мигранту нос?» Ответ: «Чтобы было где копать, когда нет работы на плантациях».
В летнюю жару обитатели городишки, куда судьба
забросила Нелсона, обычно обходятся без холодильников. Настоящий кондиционер есть только у одного местного торговца наркотиками, дом которого обнесен высоким забором, а в саду есть даже бассейн. Нелсон постоянно мечтал, как поймает его на месте преступления. Когда тот отправлялся сыграть партию в пирамидку, Нелсон часто провожал его до бильярдной и поджидал снаружи, в обществе бродячих собак и людей, сидящих прямо на земле под забранными решеткой окнами салуна. Ноги у них всегда белые от солончаковой пыли, которая плотным слоем покрывает весь этот уголок чистилища.
В то самое время, когда Линн Каттер слушал рассказ Бриды Берроуз о Клайве Девоне, а Нелсон предавался мечтам о том, как он будет работать в Палм-Спрингсе, у одномоторной «сессны», пролетавшей над горным кряжем Анса-Борего, забарахлил мотор, и пилот решил сделать непредусмотренную посадку в маленьком аэропорту в пустыне. Аэропорт, расположенный в тридцати с лишним метрах ниже уровня моря, — одно из самых жарких мест во всей стране. Самолеты садятся здесь очень редко, и ничего похожего на центр управления полетами нет и в помине: пилотам остается только не зевать и смотреть в оба. Но дорожная полиция Калифорнии и полицейское управление округа держат здесь вертолет и маленький самолетик, а в комнате отдыха для экипажей обычно болтается, изнывая от безделья, дежурный полицейский с нашивками на летной форме.
Когда «сессна» заходила на посадку, мотор зачихал, но самолет благополучно приземлился и подрулил к ангару. Впоследствии механик аэропорта рассказал полиции, что пилот, приятный на вид блондин, был в шикарном комбинезоне и что пассажир сказал ему что-то по-английски, но с акцентом.
Пока пилот разговаривал с механиком, пассажир — по описанию механика, «лысый латин в защитной ру-
башке» — разглядывал большую карту, висевшую на стене ангара. Механик припомнил, что лысый показал пилоту на карте какие-то города поблизости, что-то сказал и засмеялся. Потом лысый