"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

– Бога ради, Вик! – завопил Конрад. – Зачем ты рылась в бумагах Мессенджера?! Неужели ты не понимаешь, что мы теперь не отмоемся? Что, если Гантнер приходил искать именно его? Что теперь прикажешь делать мне или Финчу? Пойти к Клайву Лэндсиеру и сказать: «Извините нас, но мы хотели бы получить ордер на обыск помещений „Гант эдж“, а также дома Алека Гантнера, потому что частный детектив Вик Варшавски украла письмо из дома одного из наших известных сограждан и теперь думает, что, возможно, сотрудники службы безопасности „Гант эдж“ напали на нее в подъезде, чтобы вернуть его»?

У меня в голове снова застучало.

– Я и не ожидаю от тебя никаких действий. Когда-нибудь я просила тебя помочь мне выпутаться из ситуаций, в которые попадала?

– К сожалению, никогда, девочка. В этом все дело. Если бы ты посоветовалась со мной, прежде чем что-то затевать, мы могли бы вместе придумать способ раздобыть то, что ты ищешь, без незаконного вторжения, воровства и тяжких телесных повреждений в результате.

Цветы, нарисованные на плитках вокруг раковины, начали поворачиваться и кивать головками на ветерке, который чувствовали только они.

– Если бы я посвятила тебя в свои планы, ты постарался бы отговорить меня. А потом, я не знала…

– Что? Что ты не знала?

– Ну, хотя бы то, что существует связь между Гантнером и Фейбианом. Или что у Джаспера припрятаны пять миллионов наличными. Я могу раскрыть убийство Дердри, пока вы продолжаете подозревать бедную несчастную Эмили.

– Послушай, Вик. Если бы я раскрывал убийство Дердри путем нарушения всех законов и инструкций, то убийца точно ушел бы безнаказанным. Никаким судом доказательства, добытые таким способом, не были бы приняты. Ты когда-нибудь изучала этот чертов Билль о правах в юридической школе?

Меня бросило в жар – полицейский читает мне лекцию по незаконному розыску и аресту!

– Ты еще там?

– Пораженная немотой. Ты, оказывается, такой грамотный! Поэтому я не стану спорить с тобой, даже если бы моя голова сейчас могла справиться с этим. Я возвращаюсь в постель. Желаю завтра приятно провести время в церкви.

– Поверь мне, детка, я горячо буду молиться, прося силы небесные убедить тебя не прижимать так свои карты к груди, из-за этого остальным трудно с тобой играть.

В половине шестого Лотти осторожно прикоснулась к моему запястью, прервав тем самым сновидение, которое обычно возвращалось ко мне во время стрессов: я пытаюсь добраться до своей матери через лабиринт медицинской аппаратуры, которая окружала ее во время последней болезни, но трубки от моих прикосновений давали побеги и разрастались, как корни растения, сплетая пластиковые заросли, которые отделяли ее от меня.

– Извини, Liebchen[21]. Я должна вернуться в Чикаго – в больнице экстренный случай. Но перед отъездом я все-таки посмотрю тебя. – Лотти поколола меня, подняла мне веки и послушала сердце. – С тобой все будет хорошо. Я сегодня поговорю с рентгенологом о твоем компьютерном сканировании, но пока ты не занялась очередными вылазками, лежи и набирайся сил. Помни, тебе требуется много жидкости, но никакого алкоголя, это самое важное.

Спустя несколько минут я услышала, как «бьюик» Макса поехал по подъездной дорожке. Я поднялась и своими негнущимися руками с трудом натянула халат, который заботливый Макс приготовил для меня. Пошатываясь, я поплелась в ванную для гостей. Встала под горячий душ и начала медленно двигать руками, пока не смогла поднять их над головой, потом помассировала затекшие мышцы шеи. Проделав столь примитивную домашнюю гидротерапию, я вернулась в комнату для гостей и продолжила процедуру разминки. Мое настроение не способствовало гимнастическим упражнениям, но если кровь течет энергично, легче противостоять всем неприятностям.

Спустившись в кухню, я увидела Макса за чашкой кофе и с «Нью-Йорк таймс». Он сам отвез Лотти в город – она была без своего автомобиля, а он столько раз видел Лотти за рулем, что не доверил ей собственный.

– Ты хорошо выглядишь, Виктория. Молодчина. Выпьешь кофе?

Я пила обжигающий напиток, пока Макс поджаривал для меня тосты. Он предложил мне часть газеты, но меня в это утро не интересовали новости Нью-Йорка или Югославии, а спортивный репортаж в «Таймс» был скучный. Понаблюдав несколько минут, как Макс читает, я поинтересовалась, когда он собирался поехать за Лотти.

– Я не поеду. Мы заехали к ней домой за ее автомобилем. А что ты хотела?

– Свой автомобиль. У меня есть дела.

Макс отложил газету.

– Тебе нельзя водить машину, Виктория. Я имею в виду, после вчерашнего избиения. Может быть, Конрад отвезет тебя?

– Мне бы не хотелось беспокоить его так рано, особенно когда он ночует у матери.

«И особенно после последнего ночного разговора», – подумала я.

– А твои дела не могут подождать?

Вертя в руках стакан апельсинового сока, я сказала ему, что хочу съездить на строительную площадку «Хоум фри» сейчас, пока еще достаточно рано и там никого нет.

– Если я отложу поездку до завтра или даже до середины сегодняшнего дня, я рискую наткнуться там на Энтона или Карпентера.

Блеск очков Макса скрывал от меня его глаза, сохраняя в тайне мысли.

– Ты знаешь, Лотти определенно была бы против такого вояжа.

– Я знаю: именно из-за этого наши отношения с ней такие натянутые. Быть может, после этого случая я наконец выкину белый флаг и займусь недвижимостью или преподаванием итальянского.

– И таким образом окажешься единственным итальянским инструктором, вовлеченным в преступную деятельность «П-2» или «Банко Амброссиано»… Если уж ты так горишь желанием отправиться на эту строительную площадку, я отвезу тебя сам.

– Уж это-то, без всяких сомнений, Лотти запретила бы. Я не стану подвергать тебя опасности, тем более что она наконец простила меня за то, что я так же поступила с ней.

– Рад слышать, что это, по крайней мере, не из опасений за мою безопасность. – Макс насмешливо фыркнул. – Если это действительно опасно, ты никуда не поедешь, если же нет, я отвезу тебя.

Я прикусила ноготь большого пальца. Если Энтон или Карпентер были там, это могло быть очень опасным, а я сейчас не в форме, чтобы противостоять им. Но я рассчитывала на то, что мы не встретимся с ними. Подумав, я спросила Макса, сможет ли он разведать площадку с аллеи, пока я буду ждать на Монтроуз. Если он там заметит кого-нибудь, пусть заберет меня, и мы вернемся в Эванстон.

– Не станут