Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
О Соле она старается не думать, хотя мысли все равно возвращаются к нему. Невольно представляется, что было в тот день, когда он вернулся домой и обнаружил пустую квартиру. Хотелось бы радоваться, но не выходит. Страх перед его злостью душит любое чувство победы. Потому что если Сол найдет ее…
Кэт наливает себе бокал просекко и делает маленький глоток, наслаждаясь тем, как пузырьки щекочут нос. Натягивает черное платье, с трудом застегивая молнию на спине. Сегодня она даже накрасилась впервые за много лет. Айви сказала, что с черными ресницами и блеском на губах она выглядит просто красавицей.
Кэт включает радио и принимается подпевать песне Джастина Тимберлейка. Ей нравится мелодия. На миг забывшись, она даже начинает пританцовывать. Вот что значит нормальная жизнь: молодая женщина собирается на прогулку, красится, слушает музыку, поет и танцует.
Ей хочется смеяться вслух. Теперь она может быть счастливой. Может заново построить свою жизнь, оставить все позади: и боль, и обиды, и утраты. Забывать их нельзя, ни в коем случае, особенно Коди. Но теперь есть возможность двигаться дальше, к безоблачному будущему. Может, удастся подкопить денег, и она снимет отдельное жилье. Пригласит в гости Кая. Снова станет для него матерью: настоящей, родной, а не изломанной и затравленной тенью. Одна эта мысль наполняет сердце радостью, и Кэт делает еще один маленький глоток просекко.
Надо бы написать Нив, поблагодарить ее за помощь, ведь только ее стараниями Кэт удалось сбежать. Но страх берет верх: вдруг Сол увидит письмо, поймет, что она в Лондоне, и начнет искать. Лондон – город большой, даже огромный, но страх перед Солом все равно больше.
Кэт отгоняет неприятные мысли и снова наносит на губы блеск. Айви сказала, что они могли бы съездить в отпуск – найти дешевую путевку в Испанию или Грецию. Кэт никогда не была за границей; да что там, она дальше Лондона ни разу не выезжала. Айви даже не поверила ей.
– Значит, дорогая, тебе срочно нужен паспорт! Сделаем его безотлагательно!
Испания! Только представить: она – и в Испании, нежится на солнышке, потягивая коктейль…
Телефон вдруг звонит, и Кэт вздрагивает. У нее давно не было телефона – Сол запрещал, он был уверен, что она станет переписываться с другими мужчинами. Каждый раз, когда Кэт покупала новый аппарат, он ломал его или продавал за бесценок, а ее избивал в отместку. В конце концов она сдалась: слишком дорого ей обходилось упрямство. Но Айви подарила старый айфон и новую сим-карту. Никто, кроме нее, не мог знать номера, поэтому Кэт без опаски берет трубку.
– Привет, Айви, я как раз собираюсь, и…
На том конце линии долго медлят с ответом.
– Привет, детка.
Мгновенно узнав голос, Кэт чуть не роняет телефон: страх острым лезвием пронзает ее насквозь.
– Когда ты вернешься домой?
19
БетСентябрь 2018 года
Синие огни заливают фасад дома, превращая его в ярмарочный аттракцион. На глазах у всех Ника выводят на крыльцо. По обе стороны от него идут полицейские. Снаружи толпятся фотографы и репортеры, сбившиеся в стаю; они бросаются вперед, и их голоса сливаются в какофонию – все кричат разом.
– Ник! – Бет, чуть не упав, выскакивает из машины. – Ник!
Они встречаются взглядом всего на секунду, и Ника усаживают в полицейский автомобиль. В холодном свете мигалок его лицо кажется мертвенно-бледным.
– Все хорошо, – кивает он, пытаясь улыбнуться. Улыбка получается натянутой и фальшивой. – Твоя мама приехала. Прости.
– Куда вы его везете? Его что, арестовали? – Бет едва узнает свой голос: пронзительный и резкий, перекрывающий гул толпы.
Соседи стоят на ступеньках и таращатся во все глаза. Ей хочется заорать: убирайтесь прочь, не смейте пялиться!
– Что происходит?! – Она хватает за руку одного из полицейских. Кажется, их тут целая армия: пятеро или шестеро, а может, и больше. Как минимум три машины. И журналисты вдобавок… Откуда они узнали? Все это похоже на кино, все как-то не по-настоящему.
– Мы доставим вашего партнера в участок, миссис Лоулер. Он арестован по первой статье Закона о защите детей от тысяча девятьсот семьдесят восьмого года за хранение непристойных изображений с несовершеннолетними. Двое моих коллег ждут вас в доме – им необходимо взять ваши показания.
Слова полицейского оглушают ее: будто над ухом заорали в громкоговоритель. Непристойные изображения с несовершеннолетними… Полицейский продолжает что-то объяснять, но она уже не слышит – в ушах звенит. Все вокруг застывает: время, воздух, даже свет. Лужайка, соседние дома, огни машин и чужие лица сливаются в размытое пятно, будто акварель под дождем.
Бет закрывает за собой дверь и тут же видит мать – та выбегает из кухни и спешит к ней.
– Господи, мама, они увезли Ника… его арестовали!
Лилианна крепко, по-матерински, обнимает ее.
– Я приехала, как только смогла… Господи, Бет! Они говорят, он приставал к Лили… Нашли какие-то непристойные картинки у него в компьютере. Забрали все – и ноутбук, и телефоны.
Лицо у матери бледное, тревожное, словно выжженное страхом.
– У меня отняли Лили! – кричит Бет. – Отдали ее Эвану! Опека поджидала прямо в школе. Мне не дают видеть ее, говорят, она сама не хочет со мной встречаться! Будет какое-то собрание – полиция, школа, соцслужбы… Но это все вранье, мама! Ты же знаешь! Лили вернулась с синяком от Эвана, а потом выяснилось, что она упала с лошади, и… Господи! Подожди! – Бет резко вскидывает голову. – Мать Имоджен! Миранда! Точно! Она может подтвердить, откуда появился синяк! Она же сказала, что Лили упала с лошади, так что… – Бет лихорадочно роется в сумке. – Я позвоню ей, и она все объяснит полиции!
Задыхаясь, она выхватывает телефон. Горло будто