"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

Утром я решила, что не могу больше выносить одиночество, позвонила мистеру Контрерасу в Элк-Гроув-Виллидж и вопреки гневным возражениям его дочери договорилась забрать его, как только он закончит курс лечения против бешенства. Я вспомнила, сколько раз в своей жизни проклинала его назойливость, и мне стало стыдно.

Я спустилась в его квартиру, чтобы прибрать там и сменить постельное белье. Вылила старое молоко, полила цветы и положила утреннюю газету с результатами автогонок. В эти дни я проводила много времени, занимаясь уборкой. Если моя карьера частного детектива полностью потерпит крах, стану экономкой.

Поднимаясь к себе, я услышала слабую трель своего звонка, эхом отдававшуюся на лестнице. Я вернулась в квартиру мистера Контрераса, чтобы выглянуть наружу. Темно-синий седан был припаркован во втором ряду перед домом. Разве наемные убийцы действуют столь открыто?

В эти дни я не выходила из дома без оружия. Положив револьвер в карман таким образом, чтобы легко было его достать, я вышла через черный ход и подошла сзади к звонившему человеку. У него был костюм в тонкую полоску под цвет автомобиля и хорошо ухоженные и уложенные волосы.

– Могу я вам помочь?

Мужчина слегка вздрогнул.

– Я ищу Викторию Варшавски.

Это было довольно откровенно.

– А кто вы?

Он внимательно осмотрел меня холодными светлыми глазами.

– Вы Виктория?

– Я мисс Варшавски, а кто вы?

– Нам будет удобнее поговорить в машине.

Я слабо улыбнулась.

– Возможно, вам будет удобнее в вашем седане. Однако мне вполне удобно здесь, на лестничной площадке. А теперь почему бы вам не представиться и не объяснить цель своего визита?

Незнакомец вытянул губы, стараясь собраться с мыслями: в его инструкциях явно не говорилось, что делать, в случае если я не соглашусь.

– Это личное дело, понимаете.

– Здесь нам никто не помешает. Если, конечно, не явится почтальон, никто не должен пройти через площадку в это время дня. Выложите все, и вам станет легче. Вы хотите, чтобы я последила за дружком вашей дочери? Выяснила, кто продает за океан секреты вашей компании? А может, вы пришли застрелить меня по приказу Доналда Блэкли? Или сделать мне предупреждение о расследовании, касающемся Гантнера?

– Мы должны серьезно поговорить. Я из офиса сенатора Гантнера. – Он почти хрипел от злости.

– У вас есть имя?

– Оно не имеет значения.

– Но не для меня, я должна позвонить в офис сенатора и убедиться, что вы действительно там работаете. Любой мошенник может надеть дорогое тряпье и спекулировать именем сенатора Соединенных Штатов.

Прежде чем он среагировал, я сунула руку в его левый нагрудный карман и вытащила оттуда бумажник коричневой кожи, тонкой и нежной, как кожа любовника. Держа одной рукой свой «смит-и-вессон», другой я открыла бумажник и зубами выудила из него водительские права. Он стал кричать что-то насчет нарушения закона. Дулом револьвера я указала ему в угол. Водительские права были выписаны на имя Эрика Бендела.

Я вернула ему бумажник.

– Не знаю, Бендел ли вы на самом деле. Вы настаиваете на этом? Эта фотография похожа на фото душевнобольного, сбежавшего из больницы в Элгин.

– Я должен передать вам послание от сенатора Соединенных Штатов, – сказал он сквозь стиснутые зубы.

– Я избиратель и налогоплательщик, и, если он может сказать то же самое о себе, мы равны. Письмо сенатора для меня ничуть не более важно, чем послание любого другого гражданина Соединенных Штатов.

– Сенатор час назад звонил мне из Вашингтона. – Светлые глаза из холодных стали ледяными. – Он предлагает вам направить свои усилия на что-нибудь другое – вы понимаете, о чем он говорит. Он также сказал, что если вы будете упорствовать в расследовании, которое угрожает благополучию его избирателей, он предаст огласке факты нарушения вами закона в последние две недели и поставит вопрос о лишении вас лицензии частного детектива.

– И вы все это выучили наизусть. Какой способный мальчик! Прощайте, Эрик. Всего хорошего. – Я помахала ему рукой с револьвером.

– Так что мне передать сенатору? – Его голос звенел, как бутылка из-под кока-колы, если ею шарахнуть о стенку.

– Что я тронута отеческой заботой сенатора о делах своих избирателей и что непременно отвечу взаимностью. Прощайте, Бендел.

Выпятив в раздражении губы, он сказал:

– Сенатор привык, что люди относятся к нему с пониманием.

– Нам следует как-нибудь поговорить с ним с глазу на глаз. У нас очень много общего: во-первых, у каждого из нас интерес к делам другого, а во-вторых, каждый из нас любит, чтобы к нему относились серьезно. Надеюсь, вы запомните мой ответ наизусть. Прощайте.

Эрик, или как его там, ушел, разметав полы пиджака. Я подождала, пока он сел в седан, а потом открыла входную дверь. Возможно, именно поэтому они не трогали меня последнее время, надеялись, что я откликнусь на убеждение сенатора. Какая угроза! Отобрать у меня лицензию частного детектива! Я расхохоталась. Мои дела сейчас в таком плачевном состоянии, что вряд ли их можно испортить еще больше.

Отправляясь за мистером Контрерасом, я приняла экстренные меры предосторожности. Во время всего пути до дома Фейбиана и обратно прошлой ночью я чувствовала кого-то у себя на хвосте. Если это был подручный Терри, это полбеды, если нет… ну, если нет, мне нельзя расслабляться ни на минуту.

В Элк-Гроув-Виллидж у меня состоялся трудный разговор с дочерью мистера Контрераса. Рути Маркано по вполне понятной причине ревновала ко мне своего отца. Она считала, что я дурно на него влияю. Уже в третий раз за шесть лет он попадает в больницу из-за того, что я втягиваю его в опасные дела. Две огнестрельные раны и теперь крысиный укус! И после всего она должна позволить ему вернуться со мной в Чикаго? Не хватало еще, чтобы какой-нибудь преступник выстрелил в него!

В этот момент она была очень похожа на своего отца: слова фонтанировали из нее непрерывным потоком, и я едва успевала изредка вставлять «да» и «нет»; к тому же она была права: я виновата в том, что старого человека упрятала в больницу. К счастью, на пороге вскоре появился мистер Контрерас.

– Послушайте, – я бесцеремонно прервала его восторженные приветствия, – ваша дочь припомнила мне все неприятности, в которые я втянула вас за эти годы. Быть может, вам стоит остаться в Элк-Гроув-Виллидж, пока я не избавлюсь от… ну, от всех, кто точит зуб на меня в последнее время.

Он был возмущен. Если я решила, что он собрался окончательно расклеиться