Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
Фиона смотрит мне в глаза.
– Когда малыш появится на свет… – начинает она.
– Вы можете остаться здесь, – перебиваю я. – Все вместе, хотя бы на первое время. А дальше разберемся.
Моргнув, она опускает взгляд на живот и вздыхает.
– Я люблю тебя, Дэн, – говорит Фиона почти шепотом: так тихо, что я не уверен, не послышалось ли.
– Это гормоны, – улыбаюсь я, поглаживая ей щеку. – Читал, что во время беременности мозги у женщин превращаются в пудинг.
Она смеется, но глаз не поднимает.
– Наверное… – Голос стихает на полуслове.
– Кроватки, коляски, эти… как их… кресла-качалки – купим все, что надо. У нас еще пара недель в запасе, верно?
Фиона кивает.
– Ну вот. Поедем в выходные в этот огромный магазин…
– «Детский мир»?
Глаза у нее вспыхивают, и меня накрывает теплой волной.
– И выберешь все, что захочешь. Как-нибудь втиснемся, – говорю, оглядывая тесную гостиную. – Справимся.
– А ты будешь рядом? – спрашивает она. Я внутренне содрогаюсь: если Фиона заплачет, я пропал. Когда женщины пускают слезу, я начинаю пороть чушь. – На родах?
– Да, – отвечаю. – Буду.
– Обещаешь?
– Обещаю.
Хотелось бы верить, что мне удастся сдержать свое слово.
Фиона немного оживляется, берет мороженое и снимает крышечку.
– Кстати, я выполнила твою просьбу. Было непросто, но я покопалась, позвонила кому нужно, и…
– Ты про ту наводку? – спрашиваю я.
Сегодня так замотался, что почти забыл, как утром дал ей поручение.
Фиона смотрит на меня с ехидцей; в глазах так и читается: «Ты идиот, Дэн Райли, но я тебя прощаю».
– Да, Дэн, про ту наводку.
У нее к губе прилипла шоколадная крошка. Меня вдруг тянет ее поцеловать, но я остаюсь сидеть на месте. Меня всегда что-то останавливает.
– И?..
– Дилейни. Мартин Дилейни. Говорит тебе это имя что-нибудь? – Она зачерпывает очередную ложку мороженого.
– Да, – отвечаю я. – Боюсь, что говорит.
39
БетОктябрь 2019 года
Бет смотрит в окно на бассейн в саду и чувствует, как в ней поднимается и разрастается тошнота: будто волна бьется внутри, выворачивая желудок наизнанку. Неужели Марта и правда лежит там, под водой, в бетонной могиле? Или Эван блефовал, решив напоследок проявить жестокость? Как ни поверни, от этой мысли ее трясет. Больше всего злит то, что даже мертвый он умудряется играть с ней в свои любимые психологические игры, решив оставить за собой последнее слово.
Как ни странно, ее мучает не то, что она разворотила голову собственному мужу, а мысль о том, как бедная Марта, возможно, покоится в могиле – одна, безымянная и без положенных обрядов. Эван получил свое. Если нельзя добиться правосудия законным путем, приходится вершить его самой. Но делает ли это ее убийцей – хладнокровной, расчетливой, карающей за ту боль, ложь, извращения и муки, которые он причинил людям? Неужели она и правда нажала на курок? Взяла такой грех на душу? Это ведь ставит их на одну ступень, не так ли?..
Совесть грызет ее изнутри, и в голове снова вспыхивает жуткий кадр, как из фильма ужасов: расколотый череп, выбитый глаз… Око за око. Так сказано в Библии.
Бет закрывает жалюзи. Чутье подсказывает, что полицию ждать недолго. Этот детектив, Дэн Райли, с глазами, как у Ника, – он чувствует, что она врет. И она это знает. Еще знает, что Райли не из тех, кто сдается на полпути. Ну и пусть! Пусть расследует, пусть подозревает ее, пусть допрашивает. Все равно ничего не докажет. В этом вся соль: доказать ее вину невозможно. Бет продумала все до последней мелочи. На каждый вопрос у нее есть ответ, своя версия, свое алиби. Она сделала то, что не удалось другим: совершила идеальное убийство. Хотя для нее это вовсе не преступление, а акт возмездия.
Бет подходит к холодильнику, наливает бокал шампанского, садится за стол и закуривает сигарету. Ее тянет позвонить Кэт, она постоянно думает о ней, но нельзя. Рано. Нужно выждать; пусть сперва все уляжется.
– Жди моего сигнала, – сказала она тогда.
Когда все успокоится, Кэт может исчезнуть: уехать подальше, хоть на другой конец света. Бет дала ей денег – пять тысяч фунтов из сейфа – и бриллиантовое кольцо, которое Эван подарил ей на пятилетие свадьбы; за него можно выручить еще тысяч десять. Она пообещала помочь деньгами и потом, когда полиция от них отстанет. Это самое малое, что можно сделать для Кэтрин. Без нее, без той случайной встречи все бы провалилось – кто знает, чем бы закончилась ее затея? Теперь можно не оглядываться: не бояться Эвана и без страха смотреть в будущее.
– А если полиция начнет задавать вопросы? – срывающимся голосом спросила тогда Кэт. – Я же не выдержу… Я не такая сильная, как ты. И не настолько умная.
– Я обо всем позабочусь. Даю тебе слово. – Бет действительно чувствовала в себе силы. – Даже если полиция начнет расследование, то не найдет никаких улик. У нас все получится. Слышишь?
Бет делает большой глоток шампанского. Ей бы порадоваться, но на вкус оно отдает пеплом. Они ведь победили, правда? Эван и Сол мертвы. Даже если полиция как-то свяжет их смерти, доказательств все равно нет. Главное теперь – держать себя в руках и молиться, чтобы Кэт не сорвалась. Она сильная, должна справиться!
Вернувшись домой в Лондон, Бет смыла с себя запах полицейской камеры. На вокзале в Бристоле переоделась, надела купленную в киоске кепку и очки для чтения. Это не было похоже на настоящую маскировку, скорее, легкая попытка изменить внешность. Для полиции все выглядело просто: пока Кэт Паттерсон сидела в участке, Сол Беннет отравился насмерть. Еще один наркоман не рассчитал