Святейший Кровопийца. Том 3 - Демьян Копьёв

Пока Степан говорил, я осторожно, едва касаясь, скользнул в его сознание, не глубоко, просто приоткрыл дверцу и заглянул, как заглядывают в комнату, не переступая порога.

Перед глазами промелькнули картины: казарма, построение, бескрайняя заснеженная степь, мёртвый товарищ на руках, обоз, горящий в ночи и тварь с рогами, разрывающая лошадь. Жена… нет, не жена, младшая сестра, которая вышла замуж в Иркутске и которой Вихрев каждый месяц отсылает деньги.

Степан не лгал, он был именно тем, кем казался.

— Хорошо, Вихрь, — произнёс я, выскальзывая из его сознания, — Ты принят. Судя по тому, что я видел, остальные тебя слушают, а значит, быть тебе главой дружины.

Мужчина чуть приподнял брови, но кивнул.

— Спасибо, барон, не подведу.

— Плату обсудим вечером, позови следующего.

Следующей оказалась женщина с короткими тёмными волосами, острым подбородком и взглядом, который не просил снисхождения.

Её звали Ольга Ермакова, ей было около тридцати лет, и Анна не ошиблась, она оказалась огневиком, причём довольно сильным.

Ермакова вошла уверенной походкой и встала посередине кабинета, глядя мне прямо в глаза.

— Большинство бояр не берут женщин в дружины, считают, что мы не способны сражаться на равных с мужчинами, — произнесла она сразу же, даже не подумав садиться, — Если вы из таких, то дальнейший разговор не имеет смысла.

— Меня без разницы есть у тебя сиськи и ли нет, главное, чтобы ты умела сражаться, — ответил в той же манере.

Ольга моргнула, а потом впервые чуть улыбнулась.

Я же опять полез в чужую память и увидел огненную стену, вставшую поперёк улицы, горящих бандитов, бьющихся в пламени, затем воспоминание сменилось другим… Перед моим взором предстал холёный аристократ, который предлагал женщине продвижение по службе в обмен на одну ночь… Дальше последовал разбитый нос этого самого аристократа и как следствие, увольнение.

— Принята, — произнёс я спокойно

— Даже не станете проверять, как я умею драться и насколько хорошо владею магией?

— Нет, уверен, твоих умений хватит для службы.

— Благодарю, — склонилась в поклоне Ермакова.

Дальше собеседование пошло быстрее.

Братья Корнеевы, Илья и Никита, простыми, весёлыми и честными до наивности двадцати семи и двадцати пятилетними магами воздуха, а ещё вольными охотниками на нечисть, из тех, кого нанимают в деревнях и отдалённых провинциях, где инквизиторов днём со гнём не сыскать. Естественно, их я тоже принял на службу.

Гаврила Сухов, тот самый мужик, со шрамом на подбородке долго не захотел говорить о причине своего увольнения, в итоге, я сам подсмотрел в его воспоминаниях, что вышибли его из полка за дуэль, на которой он убил сына полковника, защищая честь девушки, которую тот оскорбил. Мысли у Гаврилы были тёмные, тяжёлые, но чистые, не запятнанные никакой грязью.

Я пожал новому дружиннику руку и отправил обустраиваться.

Следующим оказался Митрофан Бугаев, кряжистый мужик лет пятидесяти, похожий на крепкий пень. Он был магом земли и раньше работал охранником на руднике. Ходил боец медленно, говорил ещё медленнее, но в его памяти я увидел, как он один держал завал в шахте, пока шахтёры выбирались наружу.

Геройский мужик, такого не принять в дружину я просто не мог.

Седьмым вошёл Тимофей Лисин, лет тридцати, худощавый, с подвижным лицом и хитрыми глазами. Он сел, закинул ногу на ногу, широко и обаятельно улыбнувшись.

— Тимофей Лисин, к вашим услугам, барон. Маг воды, хорошо владею клинком, пять лет служил в охране у графа Строганова в Перми. Рекомендации могу показать.

Он достал из-за пазухи сложенное письмо и положил на стол. Я взглянул, сразу же отметив: печать, подпись, всё как положено.

— Почему ушёл от Строганова?

— Граф переехал в столицу, охрану распустил, — Лисин пожал плечами, — Обычное дело.

Я заглянул в его сознание и почти сразу почувствовал сопротивление, это не была магическая защита, просто привычка человека прятать мысли, держа их за семью замками. Пришлось надавить чуть сильнее.

Картинки поползли неохотно, как будто я вытаскивал их клещами.

Пермь, ночь, заснеженный двор графской усадьбы. Лисин стоит в карауле, к нему подходит человек в меховой шапке, и из рук в руки передаёт туго набитый кошель. Дальше я увидел, как он отодвигает засов на задней калитке, впуская в усадьбу чужаков… Затем последовали крики и звон разбитого стекла.

Утром старого графского камердинера нашли с проломленной головой, бедняга наткнулся на грабителей и попытался им помешать, за что был убит.

В итоге из дома графа исчезло фамильное серебро, шкатулка с драгоценностями и деньги из кабинета.

На следующий день Лисин стоял среди других охранников, и глядя на графа кристально честными глазами, качал головой: не углядели, мол, Ваше Сиятельство, виноваты.

Строганов ему поверил и даже дал рекомендацию, когда распускал охрану. Деньги Тимофей прокутил за год, а когда они кончились, стал искать новое место работы.

Я отпустил его сознание и откинулся на спинку кресла.

Лисин продолжал улыбаться, но улыбка стала натянутой, видимо, он что-то почувствовал, хотя и не понял, что именно.

— Скажи, Тимофей, — произнёс я негромко, — Сколько тебе заплатили за то, что ты впустил бандитов в дом графа Строганова?

Улыбка с лица Лисина мгновенно исчезла. Тимофей замер, и я услышал, как его сердце сорвалось в галоп.

— Не понимаю, о чём вы…

— Всё ты прекрасно понимаешь, — перебил мягко, — Пермь, задняя калитка, человек в меховой шапке. Старика-камердинера, кажется, звали Иваном. Он служил графу верой и правдой сорок лет, а по твой вине… Я ведь не ошибся, правда?

Рука Лисина дёрнулась к поясу, туда, где обычно висел кинжал, но его не оказалось на месте, оружие все сдали у входа, это было моё единственное условие.

Лисин посмотрел на пустую ладонь, потом на секиру, стоящую у меня за спиной, и хрипло пробормотал:

— Это… это не я его убил, я только засов отодвинул. Мне сказали, что никто не пострадает.

— Угу, так всегда и бывает.

Лисин опустил голову.

— Это вышло случайно.

— Ага, — бросил саркастично, — Ты случайно предал человека, который тебе доверял и платил жалованье, продал его за кошель звонких монет, а потом стоял рядом и сочувствовал, да и сюда ты приехал лишь за тем, чтобы выведать, где