"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
— Спасибо, — сказала она. — Томас умер свободным человеком. Он сам выбрал свой путь, сам решил сражаться. При бароне у него не было бы даже такого выбора.
Слезы потекли по лицу Алекса. Это сострадание было хуже любых проклятий.
— Но он мог бы жить, — прошептал он. — Мог бы открыть свою мастерскую, жениться, завести детей…
— Мог бы, — согласилась женщина. — Но тогда его дети росли бы рабами. А теперь чужие дети будут расти свободными благодаря его жертве.
Алекс поднялся, достал из кармана небольшой золотой слиток, который только что сотворил.
— Возьмите, — сказал он. — Этого хватит, чтобы поставить сыну достойный памятник.
— Не нужно, — покачала головой женщина. — Лучший памятник Томасу — это наша свобода.
Но Алекс настоял. Он использовал немного магии, чтобы создать красивое надгробие из белого мрамора с выгравированными словами: «Томас Железнорукий — кузнец, воин, свободный человек. Умер за будущее других».
Ночью, когда они остановились на привал, Алекс долго не мог уснуть. Встреча с матерью погибшего солдата всколыхнула в нем множество противоречивых чувств. С одной стороны, он понимал правоту ее слов — война действительно принесла свободу миллионам людей. С другой стороны, цена этой свободы казалась ему слишком высокой.
— Не спишь? — спросил герцог, подсаживаясь к нему у костра.
— Думаю о Томасе, — ответил Алекс. — И о сотнях других, кто умер из-за моего решения противостоять тирании.
— А думаешь ли ты о тысячах тех, кто остался жив благодаря твоему решению? — возразил герцог. — О детях, которые теперь не умрут от голода на заводах? О женщинах, которых больше не будут продавать, как скот?
Алекс покачал головой.
— Это не утешение, Виктор. Каждая смерть — это конкретный человек, конкретная трагедия. Томас мог стать великим кузнецом, изобрести что-то удивительное, воспитать детей, которые изменили бы мир к лучшему…
— А мог стать пьяницей и бить жену, — жестко отрезал герцог. — Мог умереть от болезни или несчастного случая. Мы не знаем, какой была бы его жизнь. Но мы знаем точно — он умер за то, во что верил.
— Откуда такая циничность, Виктор?
— Я реалист. — Герцог поправил угольки в костре. — Я видел слишком много войн, чтобы предаваться сантиментам. Смерть — часть жизни, Алекс. Важно не то, что мы смертны, а то, ради чего мы живем и за что готовы умереть.
Они долго сидели в молчании, слушая потрескивание костра и далекий вой ветра в каньонах.
Глава 22. Возвращение домой
Вскоре они достигли территории бывшей Королевы Хищниц. Саванна, где когда-то охотились женщины-воительницы, теперь превращалась в пастбища. Бывшие хищницы пасли скот и выращивали зерно, их военные навыки нашли мирное применение в охране караванов.
Изменения здесь были еще более разительными, чем в землях барона. Если там люди просто перестали быть рабами, то здесь произошла настоящая культурная революция. Женщины-воительницы, всю жизнь знавшие только войну и охоту, осваивали мирные профессии. Они становились учителями, целительницами, торговцами.
На холме стояла сама Королева. Увидев повозку, она спустилась навстречу.
— Железный маг. — Ее голос звучал мягче, чем прежде. — Я слышала о твоей потере. Прими мои соболезнования.
— Спасибо, — кивнул Алекс.
Королева подошла к повозке и почтительно склонила голову перед телом Лиры.
— Она была храброй воительницей, — сказала Королева. — Сражалась как настоящая хищница. Останься с нами, — предложила она. — Мои девочки нуждаются в учителе. Ты мог бы показать им, как превратить оружие в инструменты…
— Я больше не учитель, — сказал Алекс. — Я причина слишком многих смертей.
Королева внимательно изучила его лицо.
— Ты винишь себя в смерти Лиры.
— А кого еще мне винить?
— Войну, — просто ответила она. — Ненависть, которая веками разделяла народы Пустошей. Жестокость тиранов, которая заставила тебя взяться за оружие.
Она жестом подозвала одну из своих воительниц — молодую женщину с короткими светлыми волосами.
— Это Анна, — представила Королева Хищниц. — Раньше она была одной из моих лучших охотниц. А теперь учит детей читать и считать.
Анна подошла ближе и поклонилась Алексу.
— Господин Железный маг, — сказала она. — Я хотела бы поблагодарить вас.
— За что? — удивился Алекс.
— За то, что показали нам другой путь. Я всю жизнь знала только охоту и войну. Думала, что это единственный способ быть сильной. А теперь вижу, что можно быть сильной, помогая другим, обучая их, заботясь о них.
Она указала на группу детей, которые играли неподалеку.
— Эти малыши — дети бывших рабов и беженцев из разрушенных городов. Они не умели ни читать, ни считать. Многие даже нормально говорить не могли — привыкли общаться жестами, боясь привлечь внимание надсмотрщиков. А теперь посмотрите на них!
Дети действительно выглядели счастливыми. Они играли в какую-то игру со словами, смеялись, спорили — делали все то, что должны делать обычные малыши.
— Вы дали нам возможность не просто выжить, а по-настоящему жить, — продолжала Анна. — И за это мы навсегда в долгу перед вами.
Алекс почувствовал, как в груди что-то шевельнулось — слабый отблеск того тепла, которое он чувствовал раньше, помогая людям. Но тут же вспомнил о Лире, и тепло погасло.
— Она бы не хотела, чтобы ты так себя мучил, — сказала Королева тихо.
— Мы никогда не узнаем, чего она хотела бы, — ответил Алекс и снова тронул поводья.
Но когда повозка