Метафора - Константин Александрович Образцов
Я подумал, не надеть ли ради приезжего консультанта костюм, но решил, для субботнего дня вполне подойдет business casual, поэтому надел классические темные джинсы, рубашку, пиджак, набросил пальто и вышел на улицу. В субботу у корпоративного водителя был выходной, и я вызвал такси. Можно было бы пойти пешком через Парк, от моего дома до офиса чуть больше пяти километров, но я тут же отогнал эту мысль. Помню, как в первые свои недели на Острове я хотел так ходить на работу и обратно, но потом пришли ледяные дожди и зимние ветры, и от этой затеи я отказался. Впрочем, свои ежедневные шесть тысяч шагов я там выхаживаю и стараюсь не пропускать ни дня: я привык быть в хорошей форме, не прилагая к этому особых усилий, просто повезло с конституцией, а недавно заметил, что начал полнеть — то ли от пьянства, то ли от переизбытка кортизола, то ли возраст стал сказываться, или от всего вместе, но допустить такого я не мог. Не хватало еще растолстеть. Да и для психического здоровья полезно.
На улицах было пустынно; только прошла по другой стороне женщина в красном берете с тремя белыми шпицами на поводках, да пробежал мимо, едва заметно кивнув, мужчина в спортивном костюме и больших наушниках поверх шерстяной шапочки. Минут через пять рядом со мной остановилась древняя угловатая черная «Волга» с аутентичными «шашечками» на крыше. Вообще, когда я ехал сюда, то, зная имидж Метасити, ожидал беспилотных такси, ну, или с каким-нибудь андроидом за рулем. По Новому городу действительно разъезжали несколько ярко-желтых электромобилей с опрятными молчаливыми водителями и пара салатового цвета маленьких электробусов, стилизованных под старые «Фольксвагены», на которых в 60-е по пляжам Флориды и Калифорнии катались хиппи. Но производственная площадка располагалась в Старом городе, и на вызов приезжали такие вот раритеты, а вместо андроида в этой машине за рулем сидел таксист Валера. За год я успел выучить почти всех шоферов такси, а заодно прочувствовать особенности провинциального этикета, согласно которому они обижались, если ты садился назад, а не рядом, и трепались без умолку, даже если демонстративно смотреть в телефон. Спасали только малые расстояния. Валеру я знал и был готов всю дорогу до офиса слушать его мизогинистские тейки, типа «баб надо… (мне не произнести это слово, но вы поняли)» или «баба должна помнить, кто ее (опять это слово!) и кормит», а также сакраментальное «бей бабу молотом, будет баба золото» (тут все в порядке, тут все можно, да).
Однако сегодня Валера был настроен на конспирологию.
— Вот дела делаются, да? — Он задумчиво почесал сальные волосы длинным ногтем мизинца, на котором блестела золотая печатка. — Говорят, в Демидовке снова этого старца видели, который пророчествует, так вот он сказал, что на днях нас при помощи вышек станут облучать так, чтобы в зомби превратить, потому и делегация эта приехала, наблюдать за экспериментом. И никто даже не поймет ничего, что случилось. А ее убили, потому что она все узнала и хотела людей предупредить. Вот в такое время живем!
Я понятия не имел, про какое убийство вещает Валера, и полагал, что это тоже какие-то мракобесные бредни, но оказалось, что нет. Моя Ингрид встретила меня в просторном холле, сразу за входными прозрачными дверями и турникетами, и с ходу спросила:
— Вы уже знаете? Ужас какой, правда?
Я не знал, и, пока мы шли к лифтам, а потом поднимались на пятый этаж, Ингрид рассказала мне главную новость дня, отодвинувшую на второй план даже загадочных визитеров Метафоры: сегодня утром убитыми были найдены глава Старгородского сельского поселения, Голландцева Тамара Васильевна, и ее муж.
— Его в доме нашли, а ее у себя в кабинете, обоих из ружья застрелили, — говорила Ингрид, отстукивая ритм каблуками по плиткам. — Хорошо еще, что у них дети взрослые и никого больше дома не было. И что, спрашивается, она забыла на работе утром в субботу?
«Возможно, то же, что и мы», — подумал я. Событие, конечно, было кошмарным и выходящим за все вероятные рамки для Метасити, где самыми серьезными происшествиями были не такие уж частые драки по пятницам где-нибудь на Верфянке. Внутри кольнуло каким-то неприятным предчувствием. Слишком много для пары дней: делегация, консультант, а теперь еще и убийство.
— Она ждет вас в переговорной, — сказала Ингрид, когда мы вышли из лифта.
— Она?..
— Да, это женщина. Я вам понадоблюсь?
— Нет, я поговорю с ней один.
— Хорошо, тогда я буду у себя. Если что, зовите. Удачи!
Ингрид улыбнулась, повернулась, тряхнув светлыми волосами, и, печатая шаг каблуками, пошла по коридору. Она была высокой, стройной, длинноногой, и серая юбка идеально сидела на круглой заднице. Я посмотрел, вздохнул и отвернулся. При других обстоятельствах я не оставил бы Ингрид ни одного шанса. У меня есть особенность, черта характера: если я работаю с женщинами, мне очень важно ощутить между нами не только деловую, но и чувственную связь, поэтому не раз и не два некоторые из моих коллег и сотрудниц поддавались силе моего обаяния — скажу, не хвалясь, я умею произвести впечатление. Однако нет ничего пошлее, чем роман с секретаршей, хуже только клеиться к официанткам и стюардессам, а я всегда считал пошлость своим главным врагом, поэтому с Ингрид мы остановились на легком флирте, получая удовольствие от окрашенной эротизмом ролевой игры в начальника и подчиненную.
Ну и славно.
В переговорной меня ждали.
Консультантом оказалась женщина лет тридцати пяти, невысокая, с золотистыми волосами до плеч, зелеными глазами и правильными, чуть холодными чертами лица. На столе перед ней стояла чашка кофе и стакан воды. Когда я вошел, она подняла взгляд, улыбнулась и встала:
— Добрый день! Я Алина Назарова, рада встрече!
Она смотрела на меня со странным любопытством, как на явление, о котором много слышала, а теперь
Ознакомительная версия. Доступно 27 из 136 стр.