"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— Суд иерархов!

— Надо же…

— Суд иерархов…

— Столько лет уже не было…

— Обнаглели совсем…

— Арахнидам пора напомнить их место…

— Нет доказательств…

— Смерти дочерей Патриарха говорят о многом…

— Еще ничего толком не известно…

— Доказательств пока тоже никто не видел…

— А ты сомневаешься?..

В поднявшийся гам ворвался громкий, усиленный магией голос главы гнезда:

— Уважаемые эры, прошу пройти к столу. Вечер продолжается!

Конечно, никто уже и не вспоминал, из-за чего все сегодня собрались. За столами только и было слышно о предстоящем суде.

Чтобы соблюсти приличия, глава гнезда сказал несколько тостов, а потом, дав напутствие продолжать веселиться, удалился. В это же время мне с Марселем и главе фей слуги передали приглашение на приватный разговор и проводили всех в кабинет главы.

Я ощущала такую нервозность, что даже не разглядела толком убранство этого помещения. Лишь отметила, что нас усадили за круглый стол, стоявший в отдалении от большого письменного.

— Глава Шерхаз, благодарю, что собрал нас так быстро. — Наместница оглядела сидевших за столом существ и остановила взгляд на моей няне, которая пришла вместе с феей. — Дизере, я должна тебя поблагодарить.

Ее слова так сильно меня поразили, что я в удивлении широко раскрыла глаза и переглянулась с Марселем.

В ответ няня чуть склонила голову, принимая вот такую не совсем оформленную благодарность Жозефины, и посмотрела на меня.

— Эра наместница, мы все здесь осознаем подоплеку произошедших событий. Но Эйлин и ее муж-дракон еще слишком мало знают о Пустоши и могут чего-то не понимать.

— Пожалуй, ты права, — посмотрела на нас и Жозефина. — Арахниды уже почти готовы к войне. Они накалили отношения с фениксами, чтобы окончательно расколоть общество Пустоши. Но заявление Дизере заставило весы симпатий качнуться в нашу сторону. Даже те, кто сейчас поддерживает Патриарха, не выступят на его стороне, если суд признает арахнидов виновными. А он сейчас во многом опирается на поддержку родов Пустоши. У нас дети — наше достояние. Покушаться на них — величайшее преступление. Конечно, нет уверенности, что в суде у нас получится доказать его вину, все же арахниды крайне изворотливые твари, но Дизере дала всем нам немного времени. А оно сейчас играет против нас.

Я только и могла, что ошалело хлопать глазами. Как я умудрилась вот так внезапно оказаться в эпицентре войны в Пустоши и войны Пустоши с людьми?! Что я могу сделать, чтобы их предотвратить?!

— Не волнуйся, — успокаивающе улыбнулась мне Жозефина. Ее рука дернулась, будто она хотела погладить меня по голове, но остановилась. — Арахниды давно мечтают перехватить власть в Пустоши. Чего только за последние столетия не происходило: они интриговали, пытались захватить власть силой, натравливали кланы фениксов друг на друга. Но мы держимся. Правда, доказать ничего не можем, а просто так обвинять нельзя. К слову, Эленея и покинула меня в один из самых сложных периодов противостояния внутри наших кланов. И именно поэтому я так не хотела ее отпускать. Защитить дочь в Пустоши я могла, а вот в землях людей — нет. Я пыталась за ней приглядывать и там, но Эленея делала все, чтобы ее жизнь для меня оставалась закрытой.

Я видела боль в глазах Жозефины, и не я одна, потому что тон Дизере изменился, стал каким-то примирительным, что ли:

— Мы не были уверены, кто именно постоянно подсылал к нам соглядатаев, а потому старались отгородиться ото всех. Эленея с Габриэлем потому так сильно и увлеклись разработками защиты. Они хотели сделать свою жизнь и жизнь своего ребенка безопасной, но… — голос няни на мгновение прервался, — они не успели. Лишь недавно я смогла узнать, что отряд из древних рас собрали арахниды. Они перестраховались, и ни одного паука в нем не было. В задачу отряда входило убить Эленею и Габриэля эль Бланк и похитить их дочь. Но родители Эйлин перед смертью смогли уничтожить почти всех нападавших. Я в это время была на ярмарке в соседней деревне, но услышала их ментальный зов и вернулась в поместье так быстро, как смогла. К сожалению, спасти их мне не удалось, но я добила оставшихся бандитов, не подумав, что их следовало допросить, — была в неадекватном состоянии. Потом я об этом жалела, но оказалось поздно. В тот же день я заставила Эйлин забыть тот ужас, который она увидела. К сожалению, сработать филигранно у меня не получилось — я была выбита из колеи, а Эйлин была слишком мала. Потому она забыла все свое детство. Как я уже рассказывала, позже мы с ее дядей пустили слух, что она больна, и, как я узнала недавно, этот слух дошел и до арахнидов, и они решили не трогать Эйлин. Тогда мы этого не знали и продолжали вести уединенный образ жизни, справедливо полагая, что таким образом защищаем юного феникса. И эта тактика работала долго. Я успокоилась и расслабилась. А потому, когда во время очередного своего визита в столицу ощутила внимание древних, сильно испугалась, что стану причиной очередного витка интереса к Эйлин.

— Я никого не присылала. Тоже не хотела привлекать к ней внимания, — тихо произнесла наместница, глядя будто внутрь себя. — Решила, раз Эйлин не обладает силой, то лучше, если она останется в землях людей и проживет человеческую жизнь.

Дизере вздохнула:

— Тогда я тоже этого хотела… Потому так испугалась, когда поняла, что в столице под личиной людей живет целая диаспора древних. И когда я случайно появилась в их квартале, они обо мне, разумеется, узнали.

— А как ты это поняла? — не удержалась я от вопроса.

Почему-то мне показалось важным знать ответ.

Дизере непонимающе нахмурилась, а потом улыбнулась:

— Ты еще этого не ощутила, но все древние, находясь на небольшом расстоянии, чувствуют друг друга. Я уверена, что та же Марлена, которая хотела тебя похитить в академии, всегда знала, кто такая Лайза, и наоборот. Но по негласному правилу мы без крайней необходимости никогда не расскажем друг о друге людям. Это залог нашего выживания.

— Эти нюансы можно обсудить позже, — с неудовольствием поморщилась наместница. — Что было дальше?

— А дальше я покинула это место, но чувствовала слежку. Разумеется, я от нее ушла, но не питала иллюзий, что меня оставят в покое, хотя и решила, что меня обнаружили случайно. Я не знала,