Зимняя габенская трилогия - Владимир Торин

– А кого вы ожидали увидеть, мисс Гримм? – досадливо осведомился мистер Форгман. – Человека-в-красном?

Зои опустила лампу.

– Нет же! Я думала, что вы – это не вы, а снеговик!

– Никакой я не снеговик, – оскорбился посыльный. – Я просто, как обычно, привез ваши заказы.

Мистер Форгман кивнул на коробку, которую держал в руках; на ней был отпечатан штемпель: «Пассаж Грюммлера».

– Ну, я думала… – пробормотала Зои. – Этот снеговик… Он весь день за мной шпионит. Сперва был на станции, а теперь стоит у афишной тумбы и…

Мистер Форгман обернулся. У афишной тумбы не было никакого снеговика: разглядывая афиши, там стоял какой-то старик в причудливом головном уборе, к которому были прицеплены тускло светящиеся лампочки.

Разумеется, посыльный ни на мгновение не поверил Зои: чего еще ожидать от мисс Гримм с Пыльной площади, дом № 18? Какие-то снеговики ей мерещатся…

– Заказ забирать будете? – хмуро спросил мистер Форгман. – У меня еще много адресов, знаете ли: Новый год близко…

…В доме № 18 было темно и холодно. Котел в подвале уснул, трубы перестали гудеть, и камин давно погас.

Слегка задрожали стекла, когда мимо проскрежетал трамвай, а потом все снова стихло.

Мисс Гримм сидела на полу у окна, задрав голову, и пыталась понять, что происходит на площади. В эти мгновения Зои очень жалела о старом отцовском перископе, который она однажды разобрала, чтобы узнать, как тот устроен, но так и не собрала обратно. Сейчас он бы пригодился…

Разумеется, дело было в настырном снеговике. Горбатый зонтик, цилиндр, папиретка, наглый нос – уже, можно сказать, старый знакомый.

В третий раз снеговик появился вскоре после того, как мистер Форгман ушел.

Зои разбирала коробку из пассажа и бурно сожалела о том, что не заказала ежевичный джем, когда вдруг почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Подняв взгляд, она натолкнулась на круглую носатую рожу, уставившуюся на нее через окно.

Снеговик хихикнул.

Она своими ушами услышала это его «Хи-хи-хи!» – настолько мерзкое и самодовольное, словно он только что получил премию за зловредность.

Зои машинально нырнула вниз и спряталась за креслом-качалкой. А потом с ловкостью мартышки-шпиона переползла к окну и замерла под ним, гневно сопя и во всех красках представляя, как она отделает этого пройдоху, если он только протянет свои гадкие ручонки, чтобы открыть окно и забраться в дом. В обиду она себя не даст! Нет уж! Она сама кого хочешь обидит!

Страха Зои не испытывала – лишь раздражение. «Да что ему от меня нужно?» – пыталась она понять. Казалось, все это какая-то игра. Игра, которая может закончиться чем-то ужасным.

Зои все ждала, но никто не появлялся. Снеговик… ушел?

На полу она тем не менее просидела до самого вечера. Стемнело. На площади зажгли фонари – много фонарей: к уличным добавились те, что загорались раз в год. Праздничные огни делали город не таким угрюмым, как обычно.

Зои уже почти даже забыла, почему сидит под окном, – она успела уйти в свои мысли очень глубоко. Хотя сама мисс Гримм называла это «спуститься», представляя внутренности собственной головы в виде дома с кособокой лестницей, которая ведет в подвал, оттуда еще ниже – в погреб, далее – в тоннели Под-города и так, пока кругом не остается ничего, кроме кромешной темноты.

Из «подвала» ее будто за шиворот вырвало кое-что неожиданное. На пол упала длинная тень в цилиндре. У окна кто-то стоял, вне всяких сомнений высматривая хозяйку в комнате.

Это он! Вернулся!

Зои с тревогой глядела на замершую тень.

Нет, он ее не увидит! Ни за что не увидит, ведь она умнее: свет в доме не зажигала и вовремя спряталась.

Тень качнулась. Над головой зазвучал голос:

– Ну сколько можно тебя ждать, Тимми?

В ответ раздался детский голосок:

– Пап, ну купи мне тот паровозик из «Тио-Тио», ну пожа-а-алуйста! Если ты подаришь мне его на Новый год, я буду вести себя очень-очень хорошо!

– Не уверен, что ты достаточно хорошо вел себя в этом году, Тимми, – ответил отец. – Я не забыл, как ты швырялся пудингом в миссис Голлхорт.

– Это когда ж было!

– Вчера. Пойдем, нам еще нужно купить гуся к праздничному ужину. Если не поторопимся, всех приличных разберут, а мне не хочется ставить в печь тощую и грустную, как приютский сирота, птицу…

Голоса стихли. Тень уползла.

Зои вздохнула с облегчением, но тут же тоскливо закусила губу: Новый год уже завтра!

Она окинула взглядом свою унылую гостиную. Никакого намека на праздник. Взять поздравительную открытку, которую нужно раскрашивать, и залить ее чернилами, затем повозить в каминной саже, присыпать пылью – и выйдет это вот тоскливое место…

Мысли сами собой завертелись вокруг праздника. Зои ведь когда-то очень любила Новый год. Каждый канун сидела у камина и, стараясь не вылезти за линии, раскрашивала открытки, а сколько времени она провела у двери в ожидании почтальона: ох, и непросто же ему приходилось – кто будет рад тягать бесконечные связки писем, которые неугомонная девчонка адресовала Человеку-в-красном?!

Зои обожала предпраздничную суету: пойти в лавки и на почту, посмотреть представление уличного кукольника, украсить елку. А вечером ее ждали запеченный гусь, горячий шоколад и подарки. Сколько же лет прошло? Ей так давно ничего не дарили…

Последний подарок она получила от папы: чудесный снежный шар, который даже не нужно было встряхивать, потому как снег в нем шел сам. А потом шар разбился…

Разбился, как и папа, как и ее мечты, как и ее разум…

Тик… так…

Часы в доме стояли, но Зои Гримм слышала тиканье. Уже давно. Оно то возникало, то пропадало – и раздражало неимоверно. Впервые услышав его, она обыскала весь дом, а затем перерыла все по новой: подлых тикающих часов, которые могли куда-нибудь завалиться, нигде не было.

И вот они снова начали тикать. Зои яростно почесала макушку и тряхнула головой, отчего путаная копна ее светлых волос заходила ходуном.

– Только не сейчас… – прошептала она.

Со стороны ее поведение могло показаться странным – что ж, она и была странной. Зои Гримм почти не выходила из дома и часами сидела у окна, наблюдая за площадью. У нее не было друзей, а общение она поддерживала в основном лишь с посыльным мистером Форгманом, но и тот предпочитал поскорее доставить заказы и сбежать – только бы не говорить с этой чудачкой. Еще был господин доктор, очень красивый и интеллигентный джентльмен. У Зои ничего не болело, но она невероятно талантливо (как ей казалось) имитировала кашель и приходила