Муртаг - Кристофер Паолини
Из-за каменных зданий вышли мужчины, ведущие за собой пару десятков лошадей — низкорослых, выносливых животных, которые были едва ли выше пони. Их шерсть была более лохматой, чем у любой лошади, которую Муртаг видел раньше, как будто они носили свои собственные вязаные одеяла, чтобы согреться долгими северными зимами.
Культисты дали ему для верховой езды кобылу с темно-каштановой шерстью. Она была далека от тех скакунов, которым его обучали, но животное казалось достаточно устойчивым. Он просто надеялся, что нервы кобылы выдержат во время охоты.
Прежде чем сесть на лошадь, он снял плащ и засунул его в одну из седельных сумок Торна. Это только мешало бы ему, когда он шел пешком.
Когда он забрался на кобылу, неодобрение Торна захлестнуло его. Мне кажется неправильным видеть тебя верхом на одном из этих безрогих оленей.
Лошади. Их называют лошадьми, и ты это знаешь.
Но еще обиднее называть их безрогими оленями.
Муртаг оглянулся. Если бы Торн был человеком, он бы поклялся, что дракон улыбается. Тебе это нравится, не так ли?
Торн закашлялся. Не каждый день я вижу Всадника верхом на лошади.
Когда охотничий отряд готовился к отъезду, Муртагу пришло осознание: Собаки…У них нет собак. Теперь, когда он подумал об этом, в деревне было на удивление тихо. Не было слышно ни лая собак, ни тявканья дворняг на улицах, ни перебранок из-за еды. Это было странно. За все свои годы и все свои путешествия Муртаг никогда прежде не видел человеческого поселения без собак.
Неужели собаки так важны? — Спросил Торн.
Так и есть. Для обычного человека наличие собаки — самое близкое к тому, что связывает нас с тобой.
Ты хочешь сравнить драконов с собаками?
Нет, нет. Не как таковой, а только для того, чтобы сказать, что связь, которую человек может разделить с собакой, может — отчасти — напоминать связь, которая есть у нас.
Торна это, похоже, не убедило. Ммм. У тебя когда-нибудь была собака?
Ты знаешь, что я этого не делал…. Другие мальчики покалечили бы или убили любую собаку, которая у меня была.
Губы Торна слегка сморщились, не настолько, чтобы это заметили другие, но Муртаг заметил. Будь я там, они бы не посмели.
Муртаг усмехнулся. Нет. Что они этого не сделают.
Он уговорил свою кобылу подойти к Бэчелу. — Я заметил, что у вас нет собак.
Презрение заострило угловатые черты лица ведьмы. “ И на то есть веская причина. Они богохульные создания.
— Собаки?
“Они отказываются принимать понимание, которое можно получить благодаря силе этого места. Ни одна собака не останется здесь, в Нал Горготе, и так было всегда. Вороны мудрее. Они понимают, что сулит мечта”.
— Но как ты будешь загонять кабанов?
Ее прищуренный взгляд стал загадочным. “ Ты увидишь, Кингкиллер. Нам не понадобится та помощь, к которой ты привык.
Пока группа раскладывала провизию, Мурта заметил Алину, наблюдавшую за происходящим из-за затененных колонн храма, крадущуюся фигуру, наполовину скрытую за резным камнем.
Когда все участники отряда сели в седла, Бэчел подняла копье над головой и крикнула: “За мной!” — и пришпорила своего лохматого жеребца вперед, прочь от храма, в деревню.
Муртага подмывало взмахнуть зарроком, словно сплачивая войска, но вместо этого он пришпорил свою кобылу и последовал степенным шагом. Культисты последовали за ними, а Торн замыкал шествие, его тяжелая поступь стряхивала пыль с черепицы зданий.
Десятки жителей деревни собрались на улицах, чтобы посмотреть, как они уезжают. Мурта заметил среди них удивительное количество детей. Кажется, здесь должно быть больше людей, учитывая, сколько у них детей, — сказал он Торну. Это странно.
Дракон ответил: Возможно, они отправляют детенышей куда-нибудь еще, когда те вырастают.
Как только отряд достиг края Нал Горгота, Бахель натянула поводья своего жеребца и указала на южную сторону долины. “Ты видишь тот небольшой просвет между горами, Кингкиллер? Там, где деревья текут вдоль ручья, сбегающего с высот? Это наша цель”.
— Мы найдем там кабанов, миледи?
“ Достаточно, чтобы накормить целую стаю драконов! Затем она снова пришпорила своего жеребца, низко пригнувшись к шее коня, когда он, испуганно фыркая, рванулся вперед по почерневшей земле.
Грив нахмурился и, хлестнув по боку свою кобылу, последовал за ней. “Держитесь рядом с Говорящим, черт бы вас побрал!” — крикнул он воинам, заполнившим их отряд.
Под грохот копыт и крики возбужденных людей группа направилась на юг, к узкому клину пространства, отделявшему одну гору от другой.
Будет удивительно, если мы не распугаем всех кабанов этим шумом, — сказал Муртаг.
Тогда Торн удивил его, взлетев; его крылья отбрасывали багровую тень на группу, когда он парил над ними. Я проведу разведку и посмотрю, где может быть наша добыча, прежде чем вы прогоните ее с мест кормления и водопоя.
Муртаг с некоторым сожалением наблюдал, как Торн с завидной легкостью поднимается над предгорьями. Он жалел, что не едет верхом на Торне, а на кобыле с темно-каштановой шерстью; он терпеть не мог оставаться среди незнакомцев.
Больше всего он ненавидел то, насколько знакомым было это чувство.
Воздух становился теплее по мере того, как они приближались к клочку боковой долины, и все больше и больше струек дыма поднималось, как садовые угри, из покрытой коркой земли. Несколько раз струйка разнесенного ветром дыма попадала ему в лицо, и он задыхался от невыносимого зловония серы. Земля имела обугленный и бесплодный вид, словно была стерта с лица земли пожаром в недавнем прошлом.
Бэчел перевела своего жеребца на более размеренный шаг, поэтому Мурта подъехал к ней. “Я никогда раньше не видел места, подобного этому, за исключением Пылающих равнин далеко на юге. И они не пахнут серой”.
Ведьма кивнула. “ Таких мест много, Кингкиллер, разбросанных по Алагейзии, хотя тебе будет нелегко их найти. Недалеко к югу отсюда есть еще один: курганы Ангельма, где торжественно похоронен Кулкарвек Грозный.
Муртаг изо всех сил старался скрыть свою реакцию. Кулкарвек был единственным известным ургалом, объединившим свою капризную расу под единым знаменем, и это событие произошло задолго до падения Всадников, если верить историям. Местом его упокоения было одно из