Муртаг - Кристофер Паолини

Во всех отношениях она представляла собой внушительную фигуру, и в душе Муртага зародилось глубокое беспокойство. Ему казалось, что он приближается к источнику тайной силы; он почти ощущал вкус энергии, исходящей от Бачел, как будто она была физическим воплощением какой-то огромной силы. Даже Гальбаторикс, подумал он, поколебался бы перед ведьмой.

Три послушника выстроились перед Башелем и алтарем, стоя на коленях на мозаике, капюшоны были надвинуты на их лица, руки сложены вместе в молитве. Одинокий крестьянин в серой мантии — карлик, по-видимому, среднего возраста — стоял посреди них, и он сказал: “… двенадцать на двенадцать, и черный лебедь вспыхнул огнем над полем битвы, и—”

Башель поднял палец, останавливая его. — У тебя было другое представление о победе, Генвек.

Гном подергал себя за заплетенную в косу бороду. “ Это еще не все, Говорящий. После лебедя я увидел…

“Ты можешь рассказать мне об этом позже, дитя мое”, - сказал Бачел, когда Грив подошел к алтарю в сопровождении Муртага.

Ведьма, как заметил Муртаг, выглядела ничуть не хуже после того, как побаловала себя на пиру. Бачел улыбнулась, и в бледном свете сверху ее зубы сверкнули, прозрачные, как полированные раковины каури. “У этого двора гость, которого нужно сопровождать. Проваливай на время”.

Карлик Генвек, казалось, был смущен, но он снова подергал себя за бороду, поклонился и удалился, бросив мрачный взгляд на Муртага.

“ Ну же, Кингкиллер, ” сказала Бэчел гордым и сильным голосом. — Подойди, чтобы я могла разглядеть тебя получше.

Муртаг подчинился. Он прошел между послушниками и встал перед ними, хотя терпеть не мог, когда кто-то стоит у него за спиной.

Улыбка Бэчел стала шире, когда она изучала его. Затем она самым элегантным жестом указала на храм, драгоценные камни на ее пальцах прочертили в воздухе созвездия. “ Добро пожаловать во Двор Воронов, Мурта Морзанссон. Прошло более полувека с тех пор, как здесь в последний раз проезжал Всадник.

И это был Саэрлит или кто-то другой из Отрекшихся? Или сам Гальбаторикс? Муртаг задумался.

Прежде чем он успел ответить Бэчел, она сказала: “И тебе тоже добро пожаловать, Драконий Шип”.

Муртаг обернулся и увидел, что Торн просунул голову в дверь приемной. Дракон не осмелился на большее, но Муртаг все равно был благодарен за то, что он был рядом.

Почувствовав себя несколько увереннее, он сказал: “Должен признать, я не вижу ворон, леди”.

Ведьма рассмеялась, и ее хриплый голос эхом отразился от затененного потолка. “Посмотри внимательнее, Убийца королей. Есть многое, чего ты не видишь”.

Мурта терпеть не мог, когда ему говорили, что он чего-то не понимает. И особенно он ненавидел, когда это было правдой.

Выдавив из себя вежливую вежливость, он перевел взгляд вверх, одновременно расширяясь наружу своим сознанием. Десятки крошечных разумов немедленно появились над ним, когда кольца свечей окружили ритуальное пространство. Вороны. Целая стая их примостилась под потолком, на карнизах, резьбе и каменных балках. Теперь, когда он знал, к чему прислушиваться, он мог слышать звуки, когда они кудахтали, бормотали и передвигались на своих постукивающих когтях. И все же ни один из них не каркнул, и он не увидел помета на мозаике внизу.

Он поднял бровь. — Пол очень чистый.

Улыбка Бэчел стала загадочной. “ Вороны — моя родня. Я говорю с ними, и они отвечают. Я приказываю им, и они повинуются, как и все мои дети”. Затем она подняла руку и сказала, “Пойдем”, и он услышал магию в этом слове: принуждение, которое почти заставило его шагнуть вперед, прежде чем он овладел собой.

С тихим хлопаньем крыльев вороны спустились черной тучей и уселись на спинку и подлокотники трона Бэчел и на окружавшее ее возвышение. Как один, ужасная стая устремила свои призрачные глаза на Муртага — белые радужки, застывшие и пристально смотрящие во мраке зала.

Бачел хихикал и нежно кудахтал, глядя на птиц. Один из них подскочил к ней поближе, и она почесала его по голове и под клювом, в то время как птица закрыла глаза в явном блаженстве.

“Видишь ли, Кингкиллер, — сказала она, — я не только Говорящая, но и Королева Ворон”.

В образе ее царственной особы, сидящей среди бормочущей толпы, была какая-то нереальность, похожая на привидение, которая заставляла Муртага чувствовать себя так, словно мир сдвинулся набок и он больше не находился в месте, где властвовали знакомые законы природы, а скорее в более старых, диких рассуждениях.

Он услышал, как Торн издал низкое шипение в передней части камеры.

Муртаг слегка поклонился. “ Масштабы вашей власти поистине впечатляют, леди Бэчел. Похоже, даже обычная ворона признает твою власть.

“Вороны — далеко не обычное явление”, - сказал Башель. Она ворковала над птицей, которую чесала. — Ты знал, сын мой, что ургалы верят, что вороны уносят души умерших в их загробную жизнь?

— Я этого не делал.

Она кивнула. “Вид вороны наполняет ургала безмерным ужасом, но ургал также пойдет на многое, чтобы помочь нуждающейся вороне или не причинить ей вреда, потому что они думают, что если они разозлят ворон, птицы откажутся нести их на поля их предков после их смерти”.

— И во что же вы верите, миледи?

Бэчел приподняла бровь. Затем она сказала, “Иди”, и ее голос зазвенел от силы. Птицы стаей улетели в тень наверху. “Я верю, что вороны голодны и у них нет угрызений совести относительно того, как они утоляют свой аппетит, вот почему вы всегда найдете их собранными на поле битвы, чтобы попировать над павшими”.

Губы Муртага скривились от отвращения. — Суровый расчет и неприятная привычка, миледи.

Ведьма равнодушно отпила из своей чашки. — Ты не можешь винить их за их природу.

— И я не обязан хвалить их за это.

Бэчел склонила голову. “ Это правда. Затем ее глаза сузились, и янтарь в них потемнел. — Скажи мне, дитя мое, ты хорошо спала прошлой ночью?

— Достаточно хорошо.

Ее взгляд стал еще острее. “ А вам с Торном что-нибудь снилось? Должно быть, снилось. Все существа в этой долине видят сны, даже вороны.

Она спрашивает очень нетерпеливо, сказал Торн.

Что она и делает. Муртаг задумчиво поиграл с рубином, вделанным в эфес Заррока. Он не хотел рассказывать Бэчел ничего слишком личного, но ему было любопытно, как она истолкует их видения. Что бы она ни сказала, это могло рассказать о Мечтателях больше, чем он сам рассказал бы о себе.

Так он ей и рассказал, опустив только одну деталь: появление Насуады в