Последняя из рода Белых драконов. Том I - Кристина Р.

Не то чтобы завоевателям нравилось оставлять при власти старую гвардию, но, во-первых, драконов и так мало, чтобы просто так убивать друг друга, во-вторых, так проще было устанавливать контроль над новыми землями — через тех, кого народ знал и кому верил. Лояльность достигалась обычным способом — браками. Хотя фактически это было похищение дочерей из домов и насильное замужество, отдающее их под покровительство завоевателей. И генералам ничего не оставалось, кроме как подчиниться, скрипя зубами.

Умереть самому — одно, этого не боялись, положить дочерей под нож мало охотников.

Я загнала бедное животное, останавливаясь лишь на пару часов, чтобы к следующему вечеру спешиться у задних стен крепости. Старательно скрывая дрожь пальцев, привязала лошадь у раскидистого дуба, посаженного в день свадьбы родителей, и медленно побрела к распахнутым настежь вратам.

Ветер хлопал порванными знамёнами, сугробы прогибались под моей поступью. Огромная статуя Виверна, стоящая в большом ритуальном кругу, безмолвно провожала к бесконечной лестнице. На этой площади проводились свадьбы, коронации и проводы к великому предку. В обычные дни она служила взлётной площадкой для драконов.

Хлёсткий снег впивался в щёки, растрёпанная коса под натиском ветра глухо билась о доспехи. Колкие снежинки оседали на тыльных сторонах ладоней. Удары сердца в висках — неровные, скачущие галопом, разгоняя охладевшую кровь. Я не позволяла себе остановиться, словно вся моя жизнь была подготовкой к этому моменту.

На последнем пролёте я опустила голову, разглядывая тысячелетние камни под ногами. Открытые всем ветрам, они не были покрыты снегом. По венам растекался парализующий ужас — ступени закончились. Раскатом самой яростной грозы захлопнулась створка с давно выбитым стеклом. Вся воля, воспитанная в здешних подземельях, понадобилась, чтобы поднять взгляд.

Белые драконы основали это королевство, и какими бы напастями нам ни грозили, ни разу не покидали свой трон, отбивая любые атаки. Но сегодня…

К вратам замка, где правил мой отец, где правил мой дед и его дед, и многие-многие до него, большими стальными шипами были прибиты пять тел.

Горло заблокировал огромный ком, не давая сделать вдох. Тот, кого я почитала, тот, кому я поклонялась, тот, кому была обязана жизнью и своими силами, висел на огромных дубовых воротах, прикованный, безжизненный. Его белоснежные волосы истрепались ветром, кожа высохла, местами потрескавшись и обнажая мышцы.

Я боялась сместить взгляд. Боялась пошевелиться. Но и смотреть на отца больше не могла. Королева была по его правую руку. Сёстры вокруг родителей. Я не понимала. Невиданная жестокость. Колени подкосились, роняя остатки меня на камень. Наколенники противно скрипнули металлом, голова безвольно поникла на ослабших плечах, но я не позволила себе отвести взгляд.

Нас разделяли сто шагов и двадцать две каменные плиты, выстилавшие преддверие. Я точно знала. Всего сто шагов. И ещё смерть. Не дойти.

Первая слеза вышла сама, прокладывая влажную дорожку, в которой растворялись колючие снежинки. Я моргала, а они всё лились, не останавливаясь.

Моя нежная Лиэль. Старше меня всего на десять лет. Её тонкие пальцы не играли, а ласкали струны. Мягкая улыбка и совершенный характер. В ней не надо было воспитывать вежливость и покладистость, это была её суть. Её маленькие ладошки закрывали мне глаза, пока я билась с манекеном. Звонкий голос, хохоча, спрашивал, узнала ли я её. Ей нравилось, когда я притворно удивлялась. А потом мы бежали на кухню, и я утаскивала прямо из печи яблочные пирожки.

На её тело приходились все удары ветра, занесённая снегом с истлевшими нежно-фиолетовыми волосами. Она такой и была — нежностью, хранившей семью, тушившей все конфликты и склоки взрывных родственников, защищающей от непогоды под сводами замка.

Пристально посмотрев на королеву, я вытерла слёзы замёрзшими ладонями. Она так учила — слёзы для слабых. А я не имею права — я последний воин её рода. Белую чешую получили только мы с Лиэль. Только её была с тёплым жемчужным отливом, моя отдавала то ли синевой, то ли холодным фиолетом.

Последний воин… А теперь и последняя во всём роде.

— Я подвела вас. Я подвела нас.

Ответом была тишина. Лишь ветер кидал разодранные доспехи моего учителя о дубовую твердь ворот, вбивая гвозди в моё сердце.

Что есть силы оттолкнувшись от земли, не глядя, побежала вниз по ступеням, не останавливаясь, не оборачиваясь, не давая и шанса мёртвым ещё раз посмотреть на меня впавшими глазницами.

Сердце заходилось от бешеного бега. Я схватилась ладонью под рёбра, откашливаясь. Боль возвращалась волнами, одна сильнее другой. Я медленно брела по бесконечным ступеням. Ни лёгкости шага, ни желания. Освещённая тусклым холодным рассветом статуя Виверна отбрасывала длинную изогнутую тень. Я сделала шаг в сторону, не заслуживая находиться под её защитой.

Десятилетия подготовки, мучительная боль, пронзавшая тело после каждой тренировки, раны, которые не заживляли, тренируя восстанавливающие способности, меч, слившийся с кистью, и боль, постоянная боль ради высшей цели — сохранения Королевства под властью Белых драконов.

Великий предок безмолвно взирал вдаль. Не осуждая, не бодря. Он просто был. Как и я теперь — просто была. Без цели, без миссии, без трона. Мою жизнь распяли на родовых вратах. Все, кто хоть что-то значил, остались в прошлом.

Кто я? В немом вопросе я подняла лицо к солнцу.

Последняя крупица уничтоженного рода. Тлеющая искра когда-то великого костра.