Последняя из рода Белых драконов. Том 2 - Кристина Р.

Она молчала. Сердце билось чаще, чем следовало, пальцы то и дело подрагивали от напряжения.

— Мы действительно не могли сказать о том, что она жива, без решения Кортезии. Нравится тебе или нет, но в тот момент, как и сейчас, она находится под покровительством дома Синих драконов. Ты можешь считать это пленом, ровно как и можешь забрать её отсюда в любой момент после признания брака недействительным.

Ты даже можешь отомстить нам. Для этого достаточно сказать им, кто на самом деле убил их генералов.

Наследник Эсванторна впервые отвёл глаза, запуская пальцы в волосы и делая глубокий вдох.

— Я очень хотел прервать молчание, — он поднял взгляд. И она увидела, возможно, впервые увидела в них настоящего Аракса. — Но когда природа вступает в схватку с долгом, она проигрывает. Мы так воспитаны, и не говори, что ты не понимаешь, о чём я говорю.

Самое страшное, что она и правда понимала. И это ей не нравилось: правда, которая не соответствует твоим чувствам — не может нравиться.

— Сквозь землю что ли провалилась, — недовольный голос Рагнара раздался за несколько секунд прежде, чем он появился из-за дерева и тут же замер, глядя на разговаривающих. Он чувствовал напряжение, воздух здесь словно давил на грудь. — Ну… Оба живы — уже хорошо. Пойду скажу Гвирену, что поиски прошли успешно.

— Мы тоже идём, — ответил ему Аракс, разворачиваясь и разрывая контакт взглядов. Этель едва заметно вздрогнула, скрещивая руки на груди. Ночь была прохладной.

Бледно-фиолетовые волосы мельтешили по плечам. Лиэль всё время оглядывалась, пытаясь спрятаться за спиной Гвирена от случайных взглядов, но, увидев выходящих драконов, не сдержалась и направилась к сестре, стараясь расправить морщинку между бровей.

— Ты в порядке?

— Ага, — коротко кивнула Этель, выходя из-за спин мужчин к ней навстречу. — Пошли в комнату, замёрзнешь.

Улыбка оставила лицо королевы. Мышцы расслаблены, сердце бьётся ровно. Этель посмотрела в глаза Гвирена. Приученный с детства брать ответственность за свои поступки, он отвечал той же решимостью. Два воина, волей судьбы расставленных по разные стороны войны. Две несгибаемые воли, сошедшиеся в безмолвном бою. Беда с этими драконами — никто не хотел сдаваться.

Короткий шаг — тонкий силуэт встал между ними.

— Тут и правда прохладно, — Лиэль посмотрела на мужа. — Проводишь? В жизни не вспомню дорогу.

Он оторвал взгляд от Этель и посмотрел на жену, коротко кивнув. Под тихий шелест чешуек доспехов они вернулись в королевское крыло. Гвирен остановился у комнаты Лиэль, оборачиваясь.

— Если нужна отдельная комната…

— Не стоит беспокоиться, — тихо оборвала Этель, распахивая дверь и пропуская сестру.

— Завтра утром мы подготовим договор.

— Не будите слишком рано, — уже через плечо бросила королева, захлопывая их общую темницу. Нет, она не чувствовала себя пленницей королевского двора Крайена — её клетка была куда надёжнее: долг и предназначение. Не сломать.

Передвигая ноги, Этель опустила себя на диван.

— Всё хорошо?

Королева кивнула, тихо выдохнув:

— Мне надо подумать.

Лиэль не противилась, осторожно опустившись рядом. Она не торопила, не отвлекала, просто дышала рядом. Взгляд обеих упал на две луны, беззастенчиво остановившихся прямо напротив их окон. Когда Этель, опустив локти на колени, упёрлась подбородком в кулаки, Лиэль тихо попросила:

— Ты больше не одна. Так пользуйся этим. Я не очень сильная, но слушать умею.

Мягкая улыбка коснулась их губ. Этель вздохнула. Ей не хотелось опускать такой груз на плечи сестры, ведь чем она тогда лучше тех, кого только что обвиняла? Но не попросить она не могла. Потому что во главе воина встала королева — ей не нравилось решение, но…

— Я собираю Погост, Лиэль, — начала она издалека. — Точнее, хочу, чтобы его собрал Герон. Мне останется привести Кортезию и Рандера. Надеюсь, спасённой дочери для первого хватит. С Ульрейном пока не знаю выйдет или нет.

Я не буду тебе врать, Лиэль. Ты не генерал, которому необходимо верить в мою победу, чтобы продолжать сопротивление… Я допустила ошибку. Я убила отца Эсфи и лишила себя единственного, что мне необходимо — времени.

— Как ты?

— Жива. Не будем об этом. Он мёртв, ничего уже не исправишь.

Лиэль не стала убеждать, что это было правильным решением, не стала спорить и доказывать. Зачем? Этель и так это знает, пусть и не признаёт.

— Я не могу обещать, что успею вернуть форму и смогу победить Эймунда. В случае моего падения престол должна занять Эсфи. Точнее, её муж. Свадьбу назначили на начало лета. Но… Ей всего шестьдесят пять, Лиэль, — она посмотрела в глаза сестры. — Ему и самому меньше ста…

— Думаешь, Валдар оставит их без помощи?

— Думаю, что в таком возрасте взойти на престол разрушенного войной королевства не та ноша, которую я для неё хочу. Её к этому не готовили. Она не заслужила узнать правду таким образом.

— Ты её любишь?

— Не знаю, Лиэль. Это сложно. У меня проблемы с распознаванием собственных эмоций, ты же знаешь. Но такой судьбы я не пожелаю никому.

Этель опустила глаза, глядя на свои ладони, прежде чем решилась:

— Я не могу требовать от тебя исполнения моей просьбы, Лиэль. Но… если я проиграю, Гвирен станет лучшим вариантом для нашего спасения.

Лиэль немного помолчала. Тихий, почти беззвучный вопрос:

— Ты не хочешь расторжения брака?

— Хочу. Очень хочу, — честно ответила Этель. Сердце глухо билось о рёбра. Природа подчинялась долгу. — Ты сама сегодня сказала: мы те, кто мы есть. И если наследник погиб…

— Я должна занять его место…

— Да.

Они смотрели на растворяющиеся в рассвете луны. Вторая ещё не успела спрятаться за первой. Скоро наступит ночь, когда они и подойти друг к другу не успеют, прежде чем исчезнуть в рассвете. Но пока они, как и Белые драконы, стояли на рассветном небе, едва касаясь друг друга.

— Хорошо.

— Я