Последняя станция — море - Алисия Роуден

Кожа казалась прозрачной. Сквозь пальцы просвечивал серый свет, будто они были нарисованы на стекле.

Она резко сжала кулаки. Руки снова стали обычными.

— Что вы со мной сделали?

— Ничего. Это делает линия.

— Почему?

— Потому что ты слишком долго была пассажиром, Вера. Ты думаешь, что поезд перевозит людей из одного места в другое. Но он перевозит то, что люди не смогли оставить позади.

Женщина протянула руку.

На её ладони лежала маленькая стеклянная баночка с серым песком.

Вера узнала её сразу.

Отец принёс такую домой, когда она была маленькой. Внутри лежали несколько ракушек и тёмные крупинки, которые прилипали к стеклу. Он сказал, что это море, и Вера поверила ему.

После исчезновения отца баночка пропала. Мать утверждала, что выбросила её вместе с остальными его вещами.

— Откуда она у вас? — спросила Вера.

— Ты сама отдала её мне.

— Я никогда вас не видела.

— Не в этой жизни.

Вера почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

— Что вы имеете в виду?

Женщина поставила баночку на песок.

— В тот день, когда ты вернулась с линии, ты принесла её с собой. Ты сказала, что это единственная вещь, которая осталась от отца. Потом ты спрятала её, чтобы никто не смог найти.

— Я не помню.

— Знаю.

— Перестаньте говорить, что знаете! — Вера повысила голос. — Если вы действительно я, если вы действительно видели всё, почему вы не можете просто рассказать правду?

Женщина впервые перестала улыбаться.

— Потому что правда не всегда помогает. Иногда она только даёт человеку новый повод совершить ту же ошибку.

— Тогда зачем вы здесь?

— Чтобы ты не пошла дальше.

Вера посмотрела на маяк.

В его верхнем окне горел свет. Хотя день уже наступил, свет не казался лишним. Напротив, он был единственной точкой, на которую можно было ориентироваться среди серого неба и тёмной воды.

— Если я не пойду дальше, что произойдёт?

Женщина ответила не сразу.

— Ты вернёшься домой. Будешь жить, работать, состаришься. Возможно, встретишь человека, которого полюбишь. Возможно, у тебя будут дети. Ты научишься не вспоминать об отце и брате. Через несколько лет тебе станет легче.

— А потом?

— Потом однажды ты проснёшься и поймёшь, что забыла, зачем вообще жила.

Вера смотрела на неё, не мигая.

— Вы хотите сказать, что я должна продолжать поездку, чтобы не потерять себя?

— Нет. Я хочу сказать, что тебе придётся самой решить, что для тебя важнее. Вернуться к жизни, которую ты знаешь, или попытаться вернуть то, что потеряла.

— А вы что выбрали?

Женщина опустила глаза.

— Я выбрала не возвращаться.

Вера поняла, что услышала ответ на вопрос, который боялась задать.

— Вы остались здесь?

— Да.

— Почему?

Женщина подняла голову.

— Потому что не смогла простить себя.

Ветер усилился. Волны стали выше, и вода начала подниматься по песку, приближаясь к их ногам.

— Нам нужно уходить, — сказала Вера.

— Не сейчас.

Женщина подошла к ней и взяла за руку. Её пальцы оказались ледяными.

— Послушай меня внимательно. На следующей станции ты увидишь человека, которого не сможешь отличить от настоящего. Он будет знать всё о тебе. Он будет помнить то, чего не помнишь ты. Он предложит тебе выбор, который покажется единственно правильным.

— Кто он?

— Ты узнаешь.

— А если я не смогу отличить его от настоящего?

Женщина сжала её руку.

— Тогда вспомни запах дома после дождя.

Вера нахмурилась.

— Что?

— Не лицо. Не голос. Не слова. Вспомни запах. То, что нельзя подделать так же легко, как воспоминание.

Женщина отпустила её.

Вода уже достигала щиколоток. Она была ледяной, но Вера не чувствовала холода.

— А теперь уходи.

— Я не могу оставить вас здесь.

— Можешь.

— Вы ведь я.

— Именно поэтому ты должна уйти.

Вера посмотрела на маяк, потом на дверь, которая почти закрылась.

— Я вернусь, — сказала она.

Женщина покачала головой.

— Не обещай того, чего не можешь гарантировать.

Вера замерла.

Эти слова произнёс отец на платформе.

Женщина улыбнулась, словно поняла, о чём она думает.

— Он всё-таки научился говорить правильные вещи.

Дверь захлопнулась.

Вера услышала глухой удар металла и бросилась к ней, но ручки снаружи не было. Костя уже стоял рядом, пытаясь открыть замок жетоном.

— Не получается!

— Отойди.

Вера ударила ладонью по двери.

— Откройте!

Никто не ответил.

Она повернулась к берегу.

Женщины больше не было.

На песке осталась только стеклянная баночка с серым песком. Вера подняла её и прижала к груди.

Внутри что-то тихо звякнуло.

Она посмотрела сквозь стекло и увидела среди ракушек маленькую металлическую пластинку. На ней была выгравирована дата:

14.10.2049.

Сегодняшний день.

И ниже — ещё одна надпись:

ВОЗВРАЩЕНИЕ НЕВОЗМОЖНО, ПОКА ПАССАЖИР № 13 НЕ ЗАВЕРШИТ МАРШРУТ.

Вера посмотрела на Костю.

— Пассажир номер тринадцать — это ты?

Он медленно покачал головой.

— Нет.

— Тогда кто?

Костя посмотрел на баночку.

— Ты сама.

Вера опустила глаза.

На стекле, поверх серого песка, проступили слова, написанные тонкими белыми буквами:

ТЫ УЖЕ БЫЛА ЗДЕСЬ.

Она закрыла глаза.

И наконец вспомнила, что сказала отцу в ту ночь, когда открыла дверь перехода.

«Если я вернусь, я всё забуду. Но если я забуду, как я узнаю, что должна вернуться за вами?»

Отец ответил:

«Ты не узнаешь. Поэтому я оставлю тебе море».

Вера открыла глаза.

В руке у неё была баночка с серым песком.

А за стеной, далеко внизу, шумело море.

Вера долго не могла заставить себя убрать баночку в сумку.

Серый песок лежал на дне тонким слоем. Между крупинками виднелись три маленькие ракушки и металлическая пластинка с датой. Ничего особенного. Вещь, которую можно было купить на любом побережье до того, как побережье стало недоступным.

И всё же Вера знала: эта баночка была важнее билета, важнее жетона и даже важнее карты, найденной в метеостанции.

Отец оставил её не для того, чтобы она помнила море. Он оставил её, чтобы она вспомнила, зачем однажды туда отправилась.

— Дай посмотреть, — попросил Костя.

Вера протянула ему баночку.

Он покрутил её в руках, поднёс к свету, постучал ногтем по стеклу.

— Обычная.

— Я тоже так думала.

— А пластинку можно вытащить?

Вера покачала головой.