Персики для Безумной Молли - Стивен Чарльз Гулд

Я встал на куб и начал восхождение, вначале стремясь пересечь южную сторону, перепрыгивая с куба на куб – они все находились в двух метрах друг от друга. Над собой я слышал крики, но я не отваживался поднять вверх глаза. В голове мыслей не было – я позволил телу самому без помех делать дело. Глаза видели, тело делало, а мозг просто присутствовал.

Приближаясь к углу здания, я стал притормаживать и, когда остановился, слегка потерял равновесие и чуть не свалился, но центр тяжести тела удержал меня на кубе. Тех, кто двигался в одном темпе со мной, было совсем немного. Остальные перемещались на верёвке от одной точки крепления до другой. Я быстро взобрался на два этажа, упираясь спиной в заброшенную колонну для дистилляционной перегонки, а ногами в стену здания. Затем я завернул за угол и опять начал бег.

Когда я остановился, чтобы подняться на очередные два этажа, надо мной было только двое Хаулеров. Ещё четверо карабкались на верхние этажи, не стараясь больше двигаться за мной по горизонтали. Я приблизился к северо-западному углу, после чего полез вверх.

Первый из этих двух, о Боже, решил скинуть меня ударом ноги. Он вытравил свою верёвку, укрепил её за что-то и начал длинными прыжками быстро спускаться, надеясь ударить ногой, когда опустится до моего уровня. Я не обращал на него внимания до последней секунды, а потом буквально рухнул на ближайший куб. Его нога грохнулась о стену чуть выше моей головы и отскочила. И прямо в это мгновение я прыгнул на него. Его лицо побелело – какую бы реакцию от меня он не ожидал, но эту точно не предвидел. Я уцепился за него, словно обезьянка – ноги мои обхватили его за талию, одна рука схватила его верёвку, а другая изо всех сил ударила его по лицу. Я почувствовал, как его челюсть поехала, а тело обмякло. Он отпустил верёвку и стал скользить по страховке вниз. Я расцепил ноги и крепче ухватился за верёвку. Мои плечи захрустели от напряжения, в то время как парень перестал скользить вниз. Мы качнулись к стене, и я перепрыгнул на куб.

Второй Хаулер, что находился прямо надо мной, спускался куда медленнее. Он также был на страховке, и прекрасно видел, что я сделал с его приятелем, поэтому не собирался повторять подобной атаки. Он оставался на этаж или два выше меня. Я пристроил первого, чтобы он сильно не шатался, и рванул в сторону. Я услышал крик второго, но куда он передвигался, я не видел. Когда я сделал остановку, то увидел, что он склонился над первым – над тем, кому я сломал челюсть. Я добрался до очередной вытяжной трубы и устремился по ней наверх с максимально возможной скоростью.

Я пересёк уже половину территории Хаулеров. Та группа, что изначально карабкалась вверх, сейчас двигались по прямой, пытаясь отрезать мне проход. Я продолжал взбираться наверх. Я уже запыхался, но отчаяния не испытывал. Я ещё полчаса мог подниматься в своём обычном темпе, не устраивая перерыва на отдых. Я знал, что среди всех «наружников» был только один человек, кто мог сравниться со мной. Не ждёт ли он меня там впереди?

Я присмотрелся.

Да, он там.

И он не ждал меня на стене.

Он не двигался на верёвке вниз – он стремительно спускался.

Я попытался отскочить в единственно доступную мне сторону, но только частично преуспел в этом. Его нога скользнула по моей голове, нанеся удар по касательной, и мне пришлось упасть на три метра вниз на ближайший куб. Я приземлился тяжело и, пошатнувшись, ударился о стену, после чего не смог удержаться на кубе. Падение оказалось внезапным и ошеломляющим, внутри всё замерло. Но я успел ухватиться руками за край куба, ударившись плечами и локтями о его стенку. Голову пронзила боль, в глазах поплыли круги, и я осознавал, что под моими ногами находится пустота глубиной в километр.

Дэктил остановился в нескольких этажах внизу от меня. Повиснув на кубе, я увидел металлический блеск тугонатянутого провода, шедшего по стене здания.

Я подтянулся на руках и забрался на куб. Отвернувшись от провода, я возобновил своё стремительное восхождение. Я не обращал внимания ни на боль в плечах, ни на пульсацию в голове, ни на вызывающий тошноту страх, ни на внезапно появившийся липкий пот.

Я услышал позади себя жужжащий звук и признаки движения. Я обернулся и увидел серое поднимавшееся пятно, стремительно промелькнувшее мимо меня. Я поднял голову.

Он был уже на границе территории Хаулеров и в ожидании смотрел на меня. Куда ближе ко мне оказались три клоуна, что пытались успеть преградить мне путь наверх. Я прикинул расстояние до них и стремительно ускорился. Я проскочил мимо них, прежде чем они успели захлопнуть мне калитку. прикинул расстояние до них и стремительно ускорился. Я проскочил мимо них, прежде чем они успели захлопнуть мне калитку. Несколько этажей они преследовали меня, и один даже бросил крюк, но промахнулся.

Итак, оставался только Дэктил.

Он находился прямо надо мной, когда я достиг 530-го этажа. Я остановился и посмотрел вниз. Хаулеры располагались уже на большом расстоянии от нас и лишь смотрели вверх. Даже те, кто хлопал ушами во время гонки, собрались вместе возле угла и следили за нами. Дэктил перебрался на пять метров в сторону и уселся на край куба. Я поднялся и сел невдалеке от него.

Как-то днём Дэктил неожиданно появился прямо посреди территории Хаулеров. После того, как трое из них улетели вниз, Хаулеры решили просто не обращать на Дэктила никакого внимания. Он был одиночкой, занимавшийся всем понемногу: свободное лазание, мелкая подручная работа между этажами и всяческие технические задачи.

Что-то в его облике было такое, что не позволяло его хорошенько рассмотреть. Он очень хорошо сливался со зданием. Его нейлоновая одежда, туфли для лазания и альпинистское снаряжение были такого же серого цвета, как и куб, на каком он сидел. На его ремнях, спереди и сзади, висели того же серого цвета коробочки и мешочки разных размеров, придававшие его торсу излишнюю выпуклость и делая похожим на черепаху с длинными