Восемнадцать - Андрей Готлибович Шопперт
Были и ещё плюсы в превращении этого поля у Улемы в поле боя. Вдоль дороги справа на северо-запад текла река Улейма, довольно широкая. А по левую руку загибалась в том же направлении совсем уж малая речушка приток Воржехоти без названия, и что удивительно, текла она в противоположную сторону. Вроде расстояние между двумя реками всего чуть больше километра, а бегут в противоположные стороны. Берега у безымянной речушки шириной в метр топкие и переправиться на коне проблематично. Получается, что идущее по дороге из Углича на Ростов войско перед бродом будет зажато между двумя реками и в обход кавалерию не пошлёшь.
Коська выбор Андрия, оставленного старшим у партизан, одобрил. Здесь не Фермопилы, конечно, но всё преимущество десятикратное в силах практически нивелируется.
— С той стороны у брода мину бы заложить? — мечтательно эдак просипел простудившийся немного Коська и пошёл осматривать брод.
Подлечил уже Фома, но ничего ни при каком лечении мгновенно не излечивается. Организмус просто интенсивнее начинает бороться с болячками.
Бикфордов шнур был длинною двадцать метров. В принципе, впритык хватало. И под водой его провести можно, он залит смолой и тканью, пропитанной смолой, замотан, и мина сама смолой загерметизирована. Одно «но». А кто будет поджигать шнур в двадцати метрах от мины и врагов. Они же вполне себе и с луками будут и с арбалетами. Нужно укрытие, что стрелы не пробьют, но, и чтобы не отпугнуть от переправы тверичан.
— Так вон лодка дырявая валятся, — выслушав сомнения Коськи, ткнул пальцев в сторону зарослей рогоза Андрий.
Партизаны тут уже три дня, всё тщательно до самого Углича разведали, а лекарь Фрол даже нашёл зелёный костер на берегу Улеймы. Небольшой совсем, но на одного хельга его хватает, а через час — полтора примерно пламя восстанавливается. Ещё партизаны насыпали у брода два вала небольших, чтобы из-за него стрелять по супостату из ручниц и кулеврин.
— Оглушит поджигальщика взрывом. Да и лодку ту снесёт, — Коська прошёл к лодке и попинал её. Трухлявая совсем. Выдолблена из целого дерева. Всё по заветам Робинзона Крузо.
— А ежели под ней яму вырыть и водой её наполнить. Ну, да она на берегу и сама наполнится. Поджёг шнур и нырнул в эту яму. Пусть лодку снесёт, не страшно. А вода не даст оглохнуть смельчаку.
— Блин, Физику нужно было учить в школе лучше. Как звук в воде распространяется? — обходя и попинывая лодку, прошептал себе под нос Коська.
— Так что, княже закапываем мину? — не отставал загоревшийся этой идеей Андрий.
— Угум. Только ещё пакли нужно «смельчаку» в ужи напихать и бинтами шапку прибинтовать. А где взять этого «смельчака»?
— За вступление в партизаны любой ратник согласится, нужно только помоложе да пошустрее выбрать. Так я брошу кличь? — аж подпрыгивал от нетерпения дядька здоровенный и совсем не юноша.
— Брось. Приведёшь ко мне.
Целый день Коська с Яромиром и сотниками бегали, налаживая работы по созданию лагеря наподобие того, что был под Коломной. Не было самой крепости и её понятно не построишь. А четыре пушки и шесть кулеврин нужно было куда-то пристроить и защитить от лучников.
— Яромир, бери сотню, вооружай топорами и строй кусок крепости. Нужны бойницы в стене из брёвен… Хоть вертикально вкапывайте, хоть как сруб рубите, но артиллеристы от стрел должны быть защищены, и к ним никто не чтобы не смог подскакать. Ров нужен перед этим куском стены. Длинна метров тридцать… м… пятнадцать саженей. И там сначала из вынутой земли площадку для орудий сделайте. Справишься без меня?
— Справлюсь, княже, только странно ты говоришь, а сам-то куда? — свёл брови воевода, предчувствуя ответ, который ему не понравится.
— В Углич скатаюсь, наместника предупрежу, пусть народ из посада на всякий случай уберёт. А потом с партизанами навстречу Михаилу Александровичу Тверскому поедем. Если получится, на привале обстреляем и гранатами закидаем. Нет, так просто из засады обстреляем. Да заодно посмотрим сколько и кого он привёл.
— Поберёг бы ты себя, княже, как народ без тебя⁈ Только жизнь стала налаживаться. Поганых отбили, отчину и дедину вновь почти собрали. А не станет тебя, и всё опять всё прахом пойдёт. Осиротеем без тебя. А наследнику-то всего ничего. Как нам-то быть⁈
— Стой. Стой. Чего ты про сиротство и наследника. Я эвон живой ещё. Живее всех живых, как Ленин. Правитель такой был. Умный. Не буду под пули… м… под стрелы лезть специально… но зачем такой князь, который за спины воинов прячется. Занимайся стройкой, попугаем тверичан и вернёмся.
Добрый день уважаемые читатели, кому произведение нравится, не забывайте нажимать на сердечко. Вам не тяжело, а автору приятно. Награды тоже приветствуются.
С уважением. Андрей Шопперт.
Глава 16
Событие сорок шестое
Угличский удел купил Иван Данилович Калита у последнего из Углицких князей Александра Константиновича. Давно дело было, нда, преданья старины глубокой. Сначала там немного княжил один из многочисленных братьев Калиты, но вот уже много лет с 1364 года удел как бы присоединён к Москве напрямую. И там сидит наместник. Звать его Фёдор Борисович и про него Коська ничего не знает и ни разу не видел.
И слава богу. Этот толстый лысый почти дедок отличался злобным нравом. И нрав этот явно ему не по чину. Встретил он князя Ростовского на крыльце терема княжеского и с ходу заявил, что воев он князю Ростовскому не даст. И нет заявил с разведением рук, мол, и рад бы дорогой князь, а нету. Нет, с нажим это сделал и насуплеванием брежневских бровей.
— Я и