Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле - Есения Серафим
Тут можно читать бесплатно Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле - Есения Серафим. Жанр: Любовно-фантастические романы издательство , год .
Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию),
описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Рита повернулась к ларю, достала тугой, тяжёлый кошель и даже не считая, отсыпала на столик увесистую горсть золотых червонцев. Это было гораздо больше, чем он просил изначально.
— Это твой задаток, — отрезала она. — Условие ты слышал. Ежели государь вернётся со следующей попойки в таком же беспамятстве, то я найду способ сделать так, что твоё знание о моей памяти сгниёт вместе с тобой в каземате. А теперь забирай золото и проваливай к своим картам.
Сербан блеснул глазами. Его длинные пальцы в один миг сгребли монеты со стола. Он отвесил ей глубокий, теперь уже вполне подобострастный поклон и бесшумно скользнул за дверь, мгновенно испарившись из покоев.
Глава 18. Тайный контур
Огромные залы Зимнего дворца утопали в огнях тысяч восковых свечей, растапливавших своим жаром морозный декабрьский воздух. Зимний бал, устроенный государыней Екатериной Алексеевной в честь семнадцатилетия цесаревны Елизаветы, гремел с барочным размахом. Звуки струнного оркестра взлетали к расписным плафонам, смешиваясь с шумом сотен голосов, шелестом парчи и звяканьем кавалерийских шпор.
Рита стояла у высокой мраморной колонны, силой удерживая на лице маску холодного спокойствия. Праздник был в самом разгаре, но её мысли то и дело возвращались к этикету и танцам этого века. К счастью, за прошедшую неделю Наталья Алексеевна терпеливо и дотошно обучала её всем тонкостям здешнего менуэта и церемониального шага. Да, и Рита больше не боялась запутаться в тяжёлом подоле своего парадного роброна, но её личный внутренний покой был безжалостно смят, стоило из толпы придворных вынырнуть высокой, безупречно элегантной фигуре.Рейнгольд Лёвенвольде шёл прямо к ней. Камергер был облачён в роскошный парадный кафтан, густо расшитый серебром. Его серо-голубые глаза хищно и насмешливо блестели в пламени свечей. Рита почувствовала, как её сердце мгновенно сделало панический кувырок, а к щекам прилил предательский жар.Камергер остановился в шаге от неё и с безупречным, подчёркнуто глубоким светским поклоном протянул руку в белоснежной лайковой перчатке.— Изволите скучать в одиночестве у колонн, Мария Дмитриевна? Окажите честь, подарите мне этот танец. Вся зала только и смотрит на наставницу великого князя.Рита сделала медленный вдох, проглатывая волнение, и медленно вложила свои пальцы в его ладонь. При этом простом соприкосновении её тут же прошило разрядом молнии, после которой сердце заколотилось лишь быстрее.Оркестр грянул торжественную, размеренную мелодию. Они сошлись в фигуре менуэта, медленно кружась среди других пар. От его близости Рита буквально сходила с ума. В ноздри ей ударил тот самый знакомый запах лаванды и дорогого табака, а в памяти клеймом вспыхнул предбанник на окраине города. Защита трещала в виде ледяной стены рушилась под этим телесным напором, но она упрямо заставила себя выдержать его пристальный взгляд.Лёвенвольде, плавно ведя её по паркету, склонил голову чуть ближе к её уху, и на его холёных губах заиграла циничная ухмылка.— До чего же суровый туалет вы избрали для сегодняшнего торжества, княжна. Слишком уж закрытый ворот, ни капли вольности. Извольте заметить, ровно неделю назад в глухой мыльне в мокром исподнем вы были куда как краше.Не смотря на разливающийся по шее огненный румянец, Рита сжала его пальцы чуть крепче приличий, отвечая ему холодным, ровным голосом.— Мои наряды, граф Лёвенвольде, соответствуют моему сословию и месту при великом князе. А ваши воспоминания о бане оставьте. Мы здесь не одни, потрудитесь соблюдать приличия.Камергер лишь ехидно хмыкнул, легко разворачивая её в очередном па танца, но его глаза сузились, а тон сменился на острый нажим.— Вы поразительно быстры в своих маневрах, Мария. Весь двор шушукается о том, как ловко вы притерли малютку Марфу Долгорукову к анфиладе Натальи Алексеевны. Девочка буквально не вылезает из ваших комнат. Скажите мне прямо: вы теперь играете на два поля сразу? Пытаетесь угодить и Данилычу Меншикову, удерживая учебный кабинет Петра, и клану Долгоруковых через их младшую ветвь? Опасный гамбит. Можно крупно проиграть.Рита выдержала этот выпад, холодно поведя подбородком.— Я играю исключительно на поле будущего империи, граф, — твёрдо отрезала она. — И если Марфа находит в покоях великой княжны тепло, то в этом нет никакой шпионской измены. А вам, граф, вместо пустых подозрений полезнее помнить, что вы всё ещё мой должник. Услугу я с вас сниму, когда посчитаю нужным.Музыка смолкла на высокой ноте. Лёвенвольде замер, его дыхание на секунду перехватило от её наглости. В глазах его снова мелькнула та самая нота скрытого восхищения. Он медленно отпустил её руку, отвесив финальный, подчёркнуто чинный поклон. Рита плавно развернулась и направилась прочь, чувствуя, как подгибаются колени от эмоционального напряжения.Она медленно двинулась вдоль шпалерных рядов придворных, рассеянно скользя взглядом по блестящим пуговицам гвардейцев и тяжёлым шлейфам фрейлин. Музыка за её спиной сменилась более быстрой, оживлённой аллемандой. Но Рита была в этот миг сосредоточена на приведении своих чувств в порядок. Она до сих пор была во власти фантомных ощущений — она всё ещё физически чувствовала на своей талии горячие ладони камергера, направлявшие её в менуэте. От этого магнетического, пугающего влечения кружилась голова, а сердце упрямо продолжало колотиться у самого горла. Пытаясь унять внутреннюю дрожь и отвлечься от образа его пленительных губ, Рита приблизилась к затенённым нишам у парадного входа.Там разыгрывалась драма. Светлейший князь Александр Данилович Меншиков, грозно хмуря напудренные брови, прилюдно, совершенно не стесняясь чужих ушей, воспитывал своего малолетнего сына. Полудержавный властелин мёртвой хваткой сжимал плечо подростка, вдавливая его в каменную стену.— Ты — Меншиков, Александр! Единственный наследник моего имени! — со звенящей яростью цедил сквозь зубы Данилыч, и его громовой бас заставлял лакеев испуганно отворачиваться. — В Сенате шепчутся, что ты двух слов связать не можешь на ассамблеях! Ты обязан стоять у трона прямее гвардейского штыка, а не лазить по конюшням с челядью! Изволь Остерману в ноги кланяться и сапоги лизать, ежели я прикажу! Не смей позорить мой род своим бабьим упрямством или я найду способ выбить из тебя эту дурость! Понял ли ты меня, Сашка?!Мальчик стоял бледный как полотно. Вся его давешняя спесь и высокомерие, с которыми он замахивался хлыстом на старого конюха, испарились без следа. Саша Меншиков безропотно, жалко прогибался под тиранией своего грозного отца. Он лишь судорожно сглатывал слёзы уязвлённой гордости, утыкаясь взглядом в паркет. На него было больно смотреть. Рита на секунду замерла, и в её груди вопреки всему шевельнулась мимолётная, чисто человеческая жалость.«Господи, несчастный ребёнок, которого с малых лет ломают об колено ради амбиций клана, — подумала она. — Из него просто выбивают волю, заменяя её слепым страхом».Стараясь, чтобы её не заметили, Рита шагнула