Аделаида Крестовская. Карты судьбы - Евгения Владимировна Потапова

Я задумчиво снова и снова перебирала карты в руках, пытаясь разглядеть в них хоть еще что-то, но ясных картинок так и не было.

— Федот, у тебя лошадь есть?

— Есть, конечно, — он посмотрел на меня с удивлением.

— Поедешь со мной брата искать?

Он на несколько секунд задумался.

— Поеду, — Федя тряхнул решительно головой.

— Вот и отлично. Подъезжай за мной в четыре часа дня. Когда еще будет светло, но солнце начнет клониться уже к закату. Всё, а теперь идите, — махнула я рукой, — Капа, рубашку мужнину оставь.

Она положила узелок на край стола.

— Иди, — махнула я рукой и стала собирать карты со стола.

Федот уже вышел во двор, Капа топталась у порога.

— Барышня, — сказала она, — а карты-то ваши... Они сами к вам прилетели. Это же... Это же не к добру?

— Это к тому, что я здесь хозяйка, — ответила я. — И они меня слушаются. А больше ничего не бойся. Ступай домой или куда там тебе нужно.

Капа ушла, а я осталась одна в приёмной. Подошла к окну, посмотрела на улицу. Федот уже отъезжал, Капа семенила в другую сторону, кутаясь в платок. Солнце стояло высоко, но на востоке, в сторону Колпина, небо было серым, тяжёлым. Будто туман там и днём не рассеивается.

Я вздохнула и принялась наводить порядок. Задвинула стулья под стол, сложила карты в стопку. Пальцы сами перебирали колоду, успокаиваясь от привычного шороха. Сунула её в карман платья. Отнесла в спальню одеяло и навела там порядок. Потом направилась на кухню, разожгла плиту, поставила чайник. Съела кусок хлеба с мёдом, запила горячим чаем. Есть не хотелось, но силы нужны.

Протерла опять окно от липких следов. Вспомнила про знак огня, который показала мне ночью цыганка Рада, и нанесла его на окно восковой свечой в каждом углу.

— Барышня, а вы чего делаете? — тут же рядом со мной появился мой новый знакомец, торговец газет Васька.

— Защиту ставлю, — пробормотала я.

— Приходили?

— Угу, — кивнула я.

— А ты чего опять ставни забыла закрыть? — он прищурился.

— Забыла, — вздохнула я.

— Вот ты растяпа, барышня. Видела их?

— Видела.

— Страшшные?

— Жуть! — я состроила страшную гримасу.

— Расскажешь? — мальчишка уже устраивался на подоконнике.

— Неа, некогда. Надо еще за травами сходить на рынок.

— Зелье будешь варить? — в его глазах горело любопытство.

— Ага, — я посмеивалась над ним, — А теперь брысь. Надо доделать ритуал.

— Какой? — он смотрел на меня с каким-то восторгом и восхищением.

— Такой. Много будешь знать, скоро состаришься.

Он смотрел на меня с уважением и страхом, потом вскочил со своего места и побежал торговать дальше газетами. Я вернулась к окну.