Антирейдер. Незаконные корпоративные захваты. Проблематика и защита - Александр Владимирович Аронов

Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что общими условиями планирования расследования преступлений, нацеленных на незаконный корпоративный захват, являются:

1) наличие в распоряжении следователя исходной информации;

2) сопоставление данной информации с типичными моделями механизмов совершения предполагаемого преступления;

3) объективная оценка сложившейся следственной ситуации;

4) прогноз будущих изменений следственной ситуации в результате реализации плана следственных действий;

5) учет реальных возможностей достижения планируемых целей;

6) наличие необходимых сил и средств для задействования в расследовании преступления;

7) обеспечение согласованности отдельных планов.

Таким образом, без наличия исходной информации о факте совершения преступления планирование будет являться практически невозможным.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации наделило следователя правом применять к подозреваемому, обвиняемому и иным участникам уголовного судопроизводства самый широкий диапазон процессуальных средств принудительно-обеспечительного характера. В их числе: задержание подозреваемого, меры пресечения и иные меры процессуального принуждения[124]. В последнюю из названных групп, наряду с обязательством о явке, приводом и денежным взысканием, входят временное отстранение от должности и наложение ареста на имущество.

Изучение трудов криминалистов показало, что тактика и технология применения именно этих мер практически никем специально не рассматривались. Желая восполнить этот пробел, мы решили уделить в нашем диссертационном исследовании определенное внимание изучению данной проблематики. Необходимость этого, в частности, была подтверждена мнением абсолютного большинства опрошенных нами следователей и сотрудников оперативных подразделений органов внутренних дел Российской Федерации, указавших, что расследование преступлений, нацеленных на совершение незаконных корпоративных захватов, должно обязательно сопровождаться применением мер процессуального принуждения вообще (91%) и иных – в частности (89%). Из мер, входящих в данную группу, респонденты отдали свое предпочтение применению наложения ареста на имущество (54%) и временного отстранения от должности (32%). Обязательство о явке и привод в их представлении оказались значительно менее эффективными (14%). Денежное взыскание вообще никто из опрошенных не выделил – видимо, потому что к подозреваемому и обвиняемому данная мера неприменима в принципе.

Анализ норм УПК РФ, регламентирующих основания и порядок применения иных мер процессуального принуждения, свидетельствует о том, что, в отличие от обязательства о явке и привода, временное отстранение от должности[125] может быть применено только к подозреваемому, обвиняемому. Причем независимо от того, является ли он должностным лицом с позиций уголовного закона[126] или осуществляет иную деятельность. Это означает, что при расследовании преступлений, нацеленных на незаконные корпоративные захваты, отстранение от должности может быть применено к довольно широкому кругу лиц. Так, например, в их числе могут быть: арбитражный управляющий, регистратор, нотариус, трансфер-агент, депозитарий, руководители и сотрудники государственных органов, финансовых организаций, акционерных обществ и т. п. Если кто-либо из названных должностных лиц является подозреваемым или обвиняемым по соответствующему уголовному делу, то следователь вправе с согласия руководителя следственного органа возбудить перед судом по месту производства предварительного расследования соответствующее ходатайство с указанием в нем конкретного основания применения данной меры.

Особо надо отметить, что приведение такого основания в следственной и судебной практике вызывает определенную сложность, поскольку в части первой статьи 114 УПК РФ употреблена лишенная конкретности формулировка «при необходимости», но в законе не разъясняется, когда именно такая необходимость возникает. В нем предусмотрены лишь общие основания применения иных мер процессуального принуждения, которые допустимы в целях как обеспечения установленного УПК РФ порядка уголовного судопроизводства, так и надлежащего исполнения приговора[127]. Исходя из этих норм права, логично резюмировать: отстранение от должности по уголовному делу о преступлении, нацеленном на незаконный корпоративный захват, может быть применено, в частности, при наличии оснований полагать, что подозреваемый/обвиняемый, используя свое служебное положение, будет продолжать заниматься преступной деятельностью и (или) будет препятствовать производству по уголовному делу.

Напрашивается вывод: вопрос об отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности по уголовному делу следователь должен рассматривать как минимум в следующих трех случаях:

1) если лицо подозревается или обвиняется в преступлении, совершенном в отношении юридического лица, в котором оно осуществляет властные или организационно-хозяйственные функции либо иные функции, связанные с деятельностью этого юридического лица;

2) если в уголовном деле в качестве потерпевших, свидетелей, подозреваемых, обвиняемых участвуют подчиненные ему по службе лица;

3) если со стороны подозреваемого или обвиняемого имело место воспрепятствование с использованием его должностного положения проведению документальной проверки, ревизии, судебной экспертизы и других процессуальных действий.

Вынесенное и согласованное с руководителем следственного органа ходатайство следователя об отстранении подозреваемого, обвиняемого от должности направляется в районный суд по месту проведения предварительного расследования. В течение 48 часов с момента его поступления судья обязан вынести постановление о временном отстранении или об отказе в этом. В случае удовлетворения ходатайства следователя судья решает вопрос о назначении подозреваемому, обвиняемому ежемесячного государственного пособия в размере прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации, выплата которого впоследствии относится на счет судебных издержек[128].

Постановление судьи о временном отстранении подозреваемого, обвиняемого от должности направляется по месту его работы либо в вышестоящую организацию и подлежит немедленному исполнению. Контроль над этим должен осуществлять следователь, в производстве которого находится уголовное дело. В свою очередь, администрация предприятия (учреждения, организации), куда направлено данное постановление, обязана письменно уведомить следователя об отстранении подозреваемого, обвиняемого от должности. Разумно, чтобы следователь, получив такое уведомление, не ограничивался одним лишь его приобщением к материалам уголовного дела. Он должен уведомить о состоявшемся отстранении от должности руководство тех предприятий (организаций) и финансовых учреждений, с которыми подозреваемый, обвиняемый был связан по роду своей работы.

Несмотря на то, что в УПК РФ подчеркивается временный характер отстранения от должности, предельный срок применения этой меры принуждения в нем не указан.

Временный характер означает только то, что решение об отстранении от должности не окончательное. Оно должно действовать в период предварительного расследования и судебного разбирательства, причем только до тех пор, пока в данной мере не отпала необходимость и не вынесено соответствующее постановление.

Такая тактика и технология отстранения от должности в принципе может быть распространена практически на всех лиц, подвергаемых уголовному преследованию за преступления, нацеленные на совершение незаконных корпоративных захватов. Исключением, пожалуй, может являться лишь случай привлечения в качестве обвиняемого, но не подозреваемого, высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) и предъявления ему обвинения в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. Однако, по имеющимся данным, таких прецедентов в российской следственной практике