"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

– Придется переносить их по очереди, – сказала я мистеру Контрерасу. – Вы перенесите Джошуа и оставьте его на лестнице, а я побуду здесь с остальными. Если вы осилите два перехода, в последний заход мы сможем распределить оставшихся детей между собой.

Вид у мистера Контрераса был решительный, он кивнул.

– Приготовься, сынок, мы сейчас совершим бросок. Ты не должен плакать, потому что мы без промедления доставим к тебе сестру. Ты и глазом не успеешь моргнуть.

Его ласковый голос слился с тихими словами Джошуа, обращенными к сестре. Их голоса неоднократно повторялись эхом в туннеле уже после того, как свет от фонаря мистера Контрераса исчез за поворотом. Рядом со мной дрожала Эмили, слезы прокладывали светлые дорожки на ее грязном лице. Натан, прижавшись к ней, тихо, монотонно постанывал.

Два старших ребенка Хаукингс стояли в воде по пояс. Я расстегнула молнию на своем комбинезоне и заботливо спрятала младшего за пазуху. Девочка была такая маленькая от недоедания, что без труда уместилась внутри. Я подняла мальчика. Он повис на мне, как маленькая обезьянка, обхватив шею дрожащими от усталости ручонками.

Джесси так отчаянно хватала ртом воздух, что я боялась, как бы она не задохнулась. Я ничем не могла ей помочь: сама с трудом держалась на ногах.

Я взяла веревку и обвязала ее вокруг пояса Теймар Хаукингс, намереваясь связать ее с Эмили. Они отчаянно сопротивлялись, стараясь вернуться на сухую землю.

Изловчившись, Теймар вырвалась из моего захвата и упала в воду. Я рывком поставила ее на ноги, при этом из последних сил стараясь удержать на руках детей.

– Черт тебя побери! – выругалась я. – Ты что, хочешь утопить себя и своих детей? Перестань, слышишь!

Та, угрюмо глядя на меня, стояла, выплевывая изо рта зловонную темно-коричневую воду, и позволила мне обвязать вокруг нее конец веревки. Эмили, увидев, что Теймар перестала сопротивляться, тоже дала обвязать себя веревкой. Покончив с этим, я в изнеможении прислонилась к стене, чтобы отдышаться и удобнее перехватить руками вцепившегося в меня ребенка Теймар. В затылке болезненно пульсировало, треснутое ребро давило на легкие и причиняло ужасные страдания.

Пока я, тихо ругаясь, стояла, появился мистер Контрерас. Он шел по бурлящей воде, слегка пошатываясь и придерживаясь для опоры за стену.

– Надо сейчас выбираться всем сразу, – сказала я, – вода прибывает слишком быстро, и не думаю, что у вас хватит сил еще на два перехода.

Он кивнул, жадно хватая ртом вонючий воздух.

– Вода… теперь… уже доходит… до четвертой ступеньки нижнего марша. Я поднял, мальчика на площадку. Там он пока в безопасности: крысы не придут так быстро. Я видел только двух и дал ребенку палку на всякий случай.

Я привязывала один конец веревки к мистеру Контрерасу, другой к себе, пока у старика восстанавливалось дыхание. Через минуту он взял Джесси, чей захлебывающийся кашель перешел в жуткое сопение. Ее глаза вращались, ничего не видя.

Я вытащила малышку из-за пазухи и отдала матери. Мне было не под силу донести двоих детей. Наша группа медленно двинулась вниз по туннелю. Впереди шел Контрерас, за ним Теймар, потом Эмили с Натаном на руках, я замыкала шествие.

Это было медленное, трудное путешествие. Эмили пробыла под землей всего неделю, но уже ослабла от недоедания. Миссис Хаукингс, которая прожила здесь несколько месяцев, была так слаба, что едва передвигала в воде ноги. Она несколько раз падала. Падая в третий раз, она увлекла за собой Эмили. Стесненные детьми, мистер Контрерас и я едва удержали их. Я боялась потерять Джесси и обоих малышей.

Вода доходила уже почти до верха моих болотных сапог. Если она поднимется еще хоть немного, мне придется снять их, чтобы они не затрудняли ходьбу.

– Остановитесь на минутку, – шепнула я мистеру Контрерасу. – Я хочу привязать веревку к одной из этих скоб и подтащить миссис Хаукингс.

Как только старик понял мою идею, он взял у меня из рук мальчика. Я отвязала всех от веревок. Он держал один конец, пока я шлепала вниз по туннелю. Став на цыпочки, я привязала веревку к скобе и сильно потянула. Веревка выдержала. Мистер Контрерас быстро привязал веревку к Эмили и начал наматывать ее на локоть. Больших усилий это не потребовало. Как только я начала тянуть, Эмили потеряла опору. Это означало, что вода работала на меня.

Велев ей стоять на месте, я прошлепала обратно к старику с концом веревки. Мы привязали ее к Теймар, и я вернулась к скобе и потянула Теймар. Мистер Контрерас шел следом.

Мы трижды проделали эту процедуру. Мои болотные сапоги стали в тягость, я сбросила их, и мне стало легче идти. К тому времени, как мы добрались до лестничной площадки, Теймар была близка к обмороку. Я в полном изнеможении. Мучительно пульсирующий затылок, больные руки были так же далеки от меня, как сама поверхность земли. Громкое хриплое дыхание мистера Контрераса вернуло меня к жизни, к необходимости продолжать движение. Я взглянула на Эмили: казалось, она не была столь измученной. Когда мы добрались до лестничной площадки, она тихонько окликнула брата, спотыкаясь, поднялась по лестнице и обняла его.

Я не помню, как мы преодолели четыре лестничных марша до подвала «Палтинея» – какая-то бесконечно меняющаяся комбинация из плачущих детей, спотыкающихся детей, поднимающихся детей, изводящее сопротивление Теймар и Эмили, – это было нашим бытием, порядком, который мне казался уже постоянным образом жизни. Я забыла солнце и воздух – они были несбыточной мечтой, пришедшей сюда из древних легенд. Нас упорно гнало вверх не стремление к свету, а этот глупый установившийся порядок движения. Когда слабое свечение моего фонаря высветило проломанное в фундаменте отверстие, я долго и тупо смотрела на него, стараясь осмыслить, что это такое.

Оказавшись внутри подвала, едва нашла силы послать мистера Контрераса за помощью, а остальных мимо бойлера к ящикам, где хранила свой электроинструмент. Последним усилием расставила полукругом несколько ящиков и прислонилась к одному из них. Убаюкала двух самых маленьких детей; Джошуа, уцепившийся за Эмили, лег у моего левого бока. Рядом слышалось хриплое, затрудненное дыхание Джесси. Вокруг сновали крысы, но я была слишком измучена, чтобы хоть как-то реагировать на них. Когда мистер Контрерас вернулся с полицейским, я спала.

Джесси не пережила ночь. Персонал педиатрического отделения «Нортвестерна», куда нас всех отправили, работал самоотверженно, но ужасное истощение от постоянного недоедания и сырость слишком сильно повредили легкие девочки. Это ужасное известие принесла мне Лотти, когда