"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

нужна тебе: чтобы защитить или чтобы мучить ее? Вспомни, такой же разговор был у нас восемь дней назад. Пока ты препирался со мной, Эмили была в ужасной беде. Сколько раз я говорила тебе: кто-то охотится за ней, она может представлять непосредственную угрозу для убийцы ее матери, этот человек может убить, похитить ее, – ты только ухмылялся, а теперь оскорбляешь меня и посягаешь на частное владение моего друга. Вспомни, кто нашел Эмили. Ты будешь выглядеть круглым дураком, если я сделаю это еще раз. Но молись, чтобы я нашла ее живой.

Финчли, прищурившись, посмотрел на меня.

– Спасибо за то, что оказала помощь перегруженной работой полиции. Я понимаю тебя, Виктория, это трудно. Кража ребенка могла казаться тебе благородным делом.

– Спасибо, Терри. Я горжусь, что ты такого высокого мнения обо мне. – Я отвесила ему насмешливый поклон и вернулась смотреть игру «Кабсов».

Наконец сообщили домашний номер Рути. Прежде чем Терри набрал его, я вызвалась сама поговорить с мистером Контрерасом.

– Он не пустит вас в квартиру без ордера, но может согласиться, если я поговорю с ним. Чем скорее вы поймете, что Эмили здесь нет, тем быстрее вы будете выяснять, где она на самом деле.

Фейбиан возражал, говоря, что я пытаюсь подать сигнал моему сообщнику. Я предложила ему послушать наш разговор по параллельному телефону в спальне. Терри, который хорошо знал моего соседа, согласился со мной. Фейбиан, с трудом сдерживая нетерпение, выслушал подробный отчет мистера Контрераса о жизни в пригороде, о физическом состоянии собак, которых прогуливали его внуки, поэтому не о чем беспокоиться, детка, о том, как он страдает от крысиных ран, но что это по сравнению с осколочным ранением, которое он получил в Анзайо, – поэтому, опять же, не нужно волноваться, – и затем огорчился по поводу исчезновения Эмили.

Фейбиан прервал его, но мистер Контрерас сразу же на него набросился.

– Как вы смеете подозревать Викторию вместо того, чтобы заботиться о них самому? Нам с Вик в понедельник пришлось спасать их вместо вас. Если бы вы прислушивались к ее совету, то установили бы охрану у палаты девочки. А теперь вы ведете себя чертовски нагло… извини меня, дорогая, я вышел из себя, но этого осла нужно научить хорошим манерам.

– Так могут они обыскать вашу квартиру? – спросила я. – Чем скорее они поймут, что Эмили у нас нет, тем быстрее объявят настоящий розыск.

После еще одного приступа красноречия мистер Контрерас согласился. И хотя я знала, что ему не терпелось вернуться домой, все-таки попросила его остаться у Рути до субботы. Он со вздохом принял отсрочку и тоскливо попрощался.

– Ты ведь не собираешься оставить меня здесь навсегда?

– Только до тех пор, когда достаточно успокоюсь и смогу водить машину без риска кого-нибудь переехать, – пообещала я.

Когда мистер Контрерас положил трубку, я разыскала его запасные ключи на дне ящика с инструментами и дала их офицеру Галати. Но всем и так было ясно, что Эмили в квартире нет, но Галати и Фейбиан все-таки осмотрели квартиру мистера Контрераса. Я сопровождала их, чтобы они ничего не попортили: Фейбиан был вне себя и мог поломать мебель, давая выход своему раздражению.

Терри даже не извинился за свои необоснованные подозрения.

– Вик, у меня улик против тебя как блох на собаке. Если ты все-таки где-то скрываешь девочку, мы найдем ее, и тебе не поздоровится. Запомни мои слова.

– Я все поняла, Финчли. Теперь уходи.

Как только их автомобиль отъехал, я понеслась в «Белмонт Дайнер» за ужином и телефоном. Мой, я знала, мог прослушиваться.

Ожидая заказанного жареного цыпленка, я позвонила Лотти.

– Мне очень жаль, но к тебе домой направляется полиция.

– Это не важно, Виктория! Что могло с Эмили случиться? Ты думаешь…

Я перебила ее:

– Не знаю, но мне почему-то кажется, что с ней все в порядке.

Лотти переварила мое сообщение и сказала:

– Надеюсь, ты не бросила ее где-нибудь одну, нет? Она с твоим соседом?

– Я ничего с ней не делала. Лотти, ты же знаешь: ты единственный в мире человек, которого я не могу обманывать.

– Понятно, – сказала Лотти своим самым сухим тоном. – С тобой самой все в порядке? Или ты хотела бы приехать ко мне на ночь?

– Думаю, для разнообразия стоит поспать в собственной постели. Но спасибо за приглашение, Лотти.

Когда подали цыпленка, я съела его с аппетитом, но без удовольствия. Мне не хватало Конрада. Но никто мне не был нужен настолько, чтобы смириться с тем, как обращались со мной мой любовник и его коллеги.

– Они могли хотя бы выслушать меня, – произнесла я вслух. – Это все потому, что они не верят рассказам женщин.

– Правильно говорите, милая. – Оказывается, официантка была совсем близко. – Этот проклятый мир станет лучше, если они хотя бы будут выслушивать нас.

Утром я набила портфель всякими шпионскими приспособлениями и отправилась на Кларк-стрит к идущему на Луп автобусу. Он доставил меня на Мэдисон, в полумиле от здания «Гейтвэя».

Некоторые офисы уже открылись, но даже там, где не отключали энергию, полиция не пускала никого на верхние этажи зданий, опасаясь за надежность фундаментов до тех пор, пока не осушат туннели. Городские власти перекрыли несколько улиц в центре города и бросили туда аварийные бригады для откачки воды. На тех же улицах, что оставались открытыми для движения, возникали заторы.

Пробки все увеличивались, дорожные светофоры не работали, а злые полицейские тщетно пытались навести порядок.

Некоторые здания на запад от реки уже ожили – в них светились окна и работали люди, но, к моему огорчению, здание «Гейтвэя» не входило в их число. Его темные окна чернели на фоне вечернего неба.

Я постучала в дверь, и охранник в вестибюле впустил меня. Я предъявила старый значок, который нашла в чулане прошлой ночью; в нем я была представлена в качестве официального сотрудника администрации округа Кук.

– Меня направили проверить, нет ли мышей и крыс на этажах, где располагается ресторан или бар. Не подскажете, откуда лучше начать? Или, быть может, хотите пойти со мной? Нам сообщили о крысах якобы размером с бобра в некоторых из этих зданий.

Охранник ответил, что у него нет никакой информации о крысах и что столовая для сотрудников находится на тридцать шестом этаже, а кафетерий – в подвале. Как я и надеялась, образ гигантской крысы отвлек его от слишком пристального изучения моего значка: он был подписан человеком, который уже три года не служил