"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

Они решили, что я спускаюсь в лифте на первый этаж, и ждут меня там. Прекрасно. Я стала подсчитывать, сколько у меня есть времени, потом решила, что это не важно: я должна вернуть свой портфель.

Подняться по четырем лестничным маршам было наказанием для моих натруженных ног. Я не могла позволить себе петь или производить какой-нибудь другой шум, чтобы отвлечься от усталости. «Вперед, из глубин к свету», – подумала я, вспоминая вечер, когда угодила в снежный буран. Мне было тогда лет восемь или девять.

В метельные вечера Габриэлла всегда зажигала в гостиной лампу для отца. Я знала, этот маяк будет светить и для меня. Снег засыпал меня, а я всматривалась в затемненную массу зданий в поисках света. Сейчас у меня в ногах было такое же ощущение, как тогда, когда ножки маленькой девочки в красных рейтузах, которые Габриэлла заставляла меня надевать зимой, делали шаг за шагом к этому крохотному маяку. Габриэлла, закутавшись в шаль, ждала меня на тротуаре перед домом. В девять лет ростом я уже доходила ей до плеча, но она подняла меня, как маленькую, и внесла в дом на руках. Уложила в кровать с угощением, припасенным для особых случаев: горячее какао с молоком; и еще она добавила туда чуточку крепкого итальянского кофе…

Я подошла к аварийной лампочке на четырнадцатом этаже и увидела свой портфель прямо над собой. Прежде чем начать путешествие вниз, немного передохнула, напряженно прислушиваясь. Тишина.

Неожиданно я открыла в себе запас сил, о котором не подозревала. Вероятно, это дух Габриэллы вселился в меня; оказалось, что я способна с космической скоростью сбежать по четырем лестницам вниз на одиннадцатый этаж. Возвратившись в лифт, я полностью повернула рычаг влево. В обычных условиях лифт остановился бы на первом этаже, но при ручном режиме управления он привез меня в служебный подвал. Не так уж далеко от туннелей, в конце концов.

Я вышла, держа в руке револьвер, но, если охранник и вызвал помощь, они ждали меня в вестибюле. В темноте я увидела красный светящийся знак выхода. Осторожно продвигаясь в кромешной тьме, я пробралась к двери, которая вела в гараж. Через пять минут была на Кэнел-стрит.

С безрассудным пренебрежением к своим финансам я взяла такси на углу с Вашингтон-стрит и доехала до дома. Я была так измучена, что даже не пыталась проверить, нет ли за мной слежки. Ради безопасности держала в руке «смит-и-вессон»: если бы Энтон или кто другой бросился на меня, застрелила бы его на месте.

Я без происшествий добралась до своей двери. Может быть, угроза Терри о полицейском наблюдении была не просто бравадой. Может быть, полицейские все же начнут помогать мне.

Запершись на все замки и заведя будильник, я погрузилась в горячую ванну и отмокала час, расслабляясь, массируя ноги. И одновременно я читала документы Гантнера.

В бумагах, которые я забрала, не упоминалось ни о каких Каймановых островах. Они содержали сводку состояния долга «Гант эдж» и «Гантохол» в банке, сроки выплаты долгов и ссылку на покупку «Гант эдж» обязательств «Сенчури бэнк».

Выбравшись из ванны, зевая и пошатываясь от усталости, я направилась в гостиную, чтобы позвонить Мюррею. Набрав наполовину его номер, я вспомнила о том, что Терри, возможно, дал указание прослушивать мой телефон. Нехотя натянув джинсы, пошла к своему «транс-аму». Некоторое время я ехала по Диверси, пока не нашла узкую безлюдную аллею с телефоном-автоматом.

Мне удалось застать Мюррея на месте.

– У меня есть гипотезы, но их нужно проверить. Ты можешь встретиться со мной сегодня на Норт-Сайд?

– Это касается молодой Мессенджер? – загремел Мюррей. – Пронесся слух, что она опять пропала, но полицейские, больница и ее отец хранят молчание. Несомненно, мой самый правдивый источник информации – ты.

– Полицейские и Фейбиан не были корректны со мной: вчера вечером они явились с ордером на обыск, чтобы проверить мою квартиру и квартиру моего соседа. Я удивляюсь, почему они оставили в покое тебя.

– Возможно, они знают, что ты не слишком благосклонна ко мне. Нет, нет, беру назад свои слова. Ты удивительная женщина. Что известно о девочке?

– Не знаю, где она. Я посоветовала Финчли проверить строительные площадки «Хоум фри», но он не обращает внимания на мои советы. Однако мои гипотезы связаны с Гантнером и Геккомбом и, вероятно, с убийством Дердри.

Он пришел в такое возбуждение от потенциальной возможности насолить Гантнеру, что не пытался больше выведать у меня местонахождение Эмили. До двух тридцати он занят, но в три пообещал приехать ко мне.

– Полицейские сидят у меня на хвосте. Я поеду в «Иллинойс-центр» – там можно поехать на Мичиган-стрит и выйти где угодно. Заберешь меня у подземного выхода в отеле «Фаирмонт»; ты знаешь служебный вход внизу на Уокер?

– Да, мадам. Пароль: «У Джона длинные усы».

Я была на расстоянии в полквартала от надземной железной дороги. Чтобы помучить команду Терри, я оставила свой «транс-ам» на стоянке в аллее, прошла полквартала пешком и по старинной лестнице поднялась к поезду. У Чикаго-авеню взяла такси до перекрестка Уокер и Мичиган.

«Иллинойс-центр» представлял собой комплекс примерно из дюжины зданий, в том числе трех отелей. Все здания были связаны сетью подземных переходов. Из-за наводнения переходы закрыли на несколько дней, но теперь их открыли снова. Длинные коридоры и крутые эскалаторы позволяли легко вычислить хвост. Ровно в три я вышла на поверхность из подземного выхода к отелю «Фаирмонт».

Сияющий Мюррей держал дверцу своей машины открытой.

– Геккомба нет, его не ожидают раньше пяти, я звонил ему в офис, пока ты ковыляла по лестницам. Что будем делать?

– Изображать игроков «Беларс» в годы их расцвета. Фенсик и Синглитэри бьют и высоко и низко. Если она не преступник, то расколется.

Марри отдал шуточный салют.

– Тебе в голову не вложили совесть при рождении, о та, которая никогда не слышала такого слова. И уже забыла его.

Когда мы ворвались к Тиш, она сидела, сгорбившись над своим компьютером, одетая все в тот же бесформенный свитер цвета хаки, в котором я видела ее в последний раз.

– Привет, – поздоровалась я самым сердечным тоном. – Это Мюррей Райерсон из «Геральд стар». Он делает статью о «Хоум фри» и хочет взять у вас интервью.

Ее землистая кожа приобрела цвет хорошо обработанного красного дерева.

– Это не кабак, чтобы врываться