"Фантастика 2026-218". Компиляция. Книги 1-29 - Василий Груздев

— Наверное, так и поступим, — поднявшись на ноги, старик попрощался кивком и вышел.

— Тебя тоже смущают мои стремления? — спросил Бёрн у Квентина, решив и тут расставить точки над «i».

— Не, — не моргнув глазом ответил Барли. — Меня всё устраивает. Если ты наведешь здесь порядок, я буду только за.

И в этот момент на терминал гиперсвязи в ухе Алекса пришел сигнал вызова. Учитывая, что они находились за несколько миллиардов километров от ближайших абонентов, это могло означать только одно. Извинившись перед присутствующими, парень направился в кормовую часть корабля, где находился еще один панорамный иллюминатор.

Шлюзовые двери раскрылись, а на фоне бездны его встречала одетая в традиционный наряд энзаль. Если Лазурь была прекрасна, то сейчас перед ним был идеал. Не качественная калька, а безупречный оригинал. Азура.

Воспоминания «Тени» не передавали и сотой части её красоты, так же безбожно врал голографический проектор. Вживую всё было иначе. Тело невольно напряглось в её присутствии, желая… Она стала спиной, но как только он сделал шаг вперед, грациозно обернулась, одарив его улыбкой.

Сделав над собой усилие, Бёрн скрыл своё замешательство и сделал новый шаг.

— Приветствую, Высшая, — вежливо кивнул он.

— Просто Высшая? И просто приветствую? — звонко рассмеялась женщина. — Когда-то мы были намного ближе, Тенер.

Тенер… Это имя ударило по сознанию так, будто по нему в упор разрядили плазменный дробовик. Цепная реакция пробежала по нейронам его мозга, порождая воспоминания одно за другим, заставляя задохнуться. Тенер — его имя…

Воспоминания: звуки, запахи, смазанные картинки прошлого, о которых успел забыть даже их прежний носитель. Они хранились где-то в глубинах… Даже не памяти, а его энергетической оболочки, способной вместить то, что не в состоянии вместить человеческий мозг. Задвинутые в дальний угол за ненадобностью.

А как иначе, если ты живешь тысячи лет? От чего-то надо избавляться… Например, от неприятного и бесполезного: десятилетия страданий в школе артефакторов под патронажем жестокого лорда или времен, проведенных в боях за чужие идеалы. От потерянной любви, сгоревшей при атаке ксеносов вместе с родным городом.

Друзья, близкие, собственные дети умирают, а ты живешь… Вместе с этим стирается способность чувствовать чужую боль. Сначала ты еще морщишься, когда цена твоих приказов — гибель десятков людей, а потом привыкаешь и начинаешь считать смерть миллионов тактической необходимостью.

И это тебя меняет. Друзья — это непозволительная роскошь, а женщины — просто красивые вещицы наравне с автомобилем или коллекционным бластером. Их задача — удовлетворять твои потребности и служить витриной твоего могущества.

Исчезает страх. Когда-то полезный инструмент выживания, но, перерождаясь в очередной раз, ты осознаешь: логика справляется с этой задачей лучше, чем инстинкты.

Твой досуг — это игра в шахматы, только движешь ты флоты и направляешь армии. Жертвуешь не пешками, а звездными системами. Бесконечная партия, цель в которой — как минимум остаться при своих, но лучше, конечно, с прибылью. Сектор за сектором. Система за системой. На карте галактики — не звезды и планеты, а будущие цели. Миры ксеносов горят так же, как когда-то сгорела твоя любовь, которую ты уже не помнишь.

И война эта никогда не закончится. Потому что ты теперь и есть война. А войне не нужен мир. Ей нужны ресурсы и союзники. Желательно те, кто способен прожить хотя бы жалкую сотню лет!

И тут появляется она. Идеал во всех отношениях: красива, обворожительна, умна, могущественна, жестока и целеустремленна, а главное — бессмертна. Для такой можно выделить в своей памяти отдельную «полочку». Ну и что, что её просьбы иногда идут вразрез с твоей логикой? Приютить под своим крылом инопланетную расу, обменяв это на жизни своих воинов? Почему бы и нет? Тем только в радость отдать жизнь за своего господина…

Азура… Он помнил её мягкую кожу, нежное податливое тело и горячее томное дыхание. Она могла поддержать разговор на любую тему и разделяла его стремления. С ней было интересно и не скучно.

— Я скучала, Тенер, — звучит её голос.

Имя, данное ему при рождении, имя, которое помнила только она. Такая желанная… Хотелось сорваться с места и заключить её в объятия. Однако он подавил этот несвойственный ему порыв. Что-то было не так. В прежние времена он не позволял чувствам брать над собой верх.

Скользнув внутренним взором по своему энергетическому телу, он обнаружил тянущийся от энзаль «щуп» ментальной связи. Точно… Азура обладала таким даром. Усилием воли он резко оборвал это воздействие.

— Тенер? — с надеждой в голосе спросила Высшая.

— Меня зовут Алекс, — отрезал он. — Еще одна такая выходка — и я тебя прикончу.

Голос Владыки звучал беззлобно, просто констатация факта. Владыки, но не Тенера, не Темной Звезды. А Алекса Моркштерна, наследника Древнего Императора, а не новой его ипостаси.

— Жаль… Извини, но я должна была попытаться, — скорбно улыбнулась Азура. — Надеялась, что от него осталось больше. Это не станет для нас проблемой?

— Я обозначил красные линии, женщина, — ответил Алекс, проходя мимо.

Больше никакого пиетета перед ней. Скорее уж раздражение. В голове всё ещё роились тысячи вырвавшихся единовременно воспоминаний, но способность связно мыслить вернулась полностью. Нарочито идеальная теперь энзаль казалась ему не такой уж интересной — Лазурь с её детской непосредственностью могла дать ей фору. Пройдя мимо, Владыка встал напротив иллюминатора, заложив руки за спину.

— Что там с корсарами? — спросил он, не желая тратить время на политесы, и она приняла правила этой игры.

— Элис пытается заручиться их поддержкой, — ответила энзаль. — Сложно сказать наверняка…

— Ты можешь устроить с ними встречу? — не дослушав, задал он новый вопрос.

— Хочешь договориться с советом капитанов? — Азура кивнула. — Да, это возможно. Не уверена, что сработает, но я обеспечу свободный проход для твоего корабля.

— У меня нет времени на межзвездные перелеты, — отрезал Бёрн. — Я хочу, чтобы ты меня перенесла туда, используя свои способности.

— Так нельзя, это будет нарушением баланса. Система не позволит мне…

— Позволит. И возможно, даже без каких-либо санкций с её стороны. Ты преувеличиваешь важность этого события, — прозвучал