"Фантастика 2026-218". Компиляция. Книги 1-29 - Василий Груздев

Возмущенный гул прошел по рядам.

— Что это значит? — крикнул кто-то. — Перерождение оказалось обманом?

— Перерождение оказалось неполным, — поправил неизвестного Бёрн, голос его продолжал звучать ровно, без тени сомнения. — Владыка, который перерождался десятки раз, оказался уничтожен Хранителем. Остатки его памяти, знания, навыки и опыт перешли ко мне. Но я — не он.

Шум начал нарастать, превращаясь в ропот разочарования и гнева. Из зала послышался новый выкрик:

— Это… Это ложь! — голос был искажён плохо скрываемой болью. — Выдумка, провокация!

— Это правда! — тут же возразил Алекс и нашел взглядом Мердока. — Да, Старшоу. Как ни прискорбно это говорить, но такова жестокая реальность. Ваш император мертв.

— И почему мы должны в это верить? — голос представителя клана «Поступь Бездны» вибрировал от плохо скрываемой ярости.

Непонятно, на кого он злился — на Алекса или на жестокую реальность. Не этого он ожидал, когда соглашался привести его сюда. Бёрн рушил их надежды, но это было необходимо. Развалить остатки здания, чтобы на старом фундаменте выстроить новое.

— Не хотите верить мне — спросите Азуру. Ставите её слова под сомнение? Это ли не попытка сбежать от реальности? — Алекс обвел взглядом корсаров. — Боюсь, вам придется принять это. Или продолжать грезить, пока вера ваша не выродится до конца.

— Слышал, Старшоу? Твой император — пустышка! — заглушая поднявшийся гвалт, крикнул Уитман.

А Алекс тем временем прошелся вдоль сцены и поравнялся с седым корсаром, что составлявшем ему оппозицию.

— Вы думаете, ваша позиция лучше, Рон? — обратился к нему Алекс, как только шум немного стих. — Чего вы добивались? Хотели устроить бойню на рубежах? Пойти против имперской машины? Вы вообще понимаете, во что хотите ввязаться?

Бёрн смерил седого капитана взглядом, прежде чем продолжить.

— Да, ваш флот способен разорвать любого в открытом бою. Но Империя — это не один флот. Это сотни миров. Тысячи заводов. Миллиарды людей, которых можно бросить в топку войны. Как только они распознают в вас настоящую угрозу, правила поменяются.

Голос Владыки стал твёрже, теперь он обращался ко всем.

— Вас будут давить потихоньку. Пусть вы выиграете первую битву, вторую, третью… Но после пятой появится дефицит снарядов, потом топлива. Мелкие аварии начнут выводить корабли из строя не хуже имперских линкоров. Где вы возьмете резервы?

— Захватим, как это бывало не раз! Топливо, снаряды! Имперские корабли похуже наших будут, но тоже сойдут! — раздался голос, который поддержали дружным гулом.

— А людей вы тоже можете захватить? — тут же задал вопрос Бёрн. — Вы можете выиграть десять битв. Но войну в конце концов проиграете. Потому что за каждой их потерей — призывной пункт и штат инструкторов, а за каждой вашей — пустота. И никакие союзные лорды и альянсы вам не помогут. А когда ваше наступление захлебнётся, они продолжат набирать мощь.

— В чем ты хочешь нас убедить? — посмотрел на него с ненавистью Уитман.

— В том, что вы занимаетесь ерундой! — прорычал Бёрн и, оглянувшись на Старшоу, добавил: — Мир необратимо изменился! Нет больше Древнего Императора, и нет той Империи, которой вы поклоняетесь. Да и вы не те цепные псы, что шли за моим предшественником на смерть, не задумываясь.

Бёрн постучал себя по черепушке.

— Я это точно знаю. Посмотрите на себя: интриган на интригане! Может, пора выбраться из своей песочницы и оглянуться? Найти в себе силы признать, что пришло время перемен?

Тишина. Ни звука, разве что шум все той же вентиляции и отдаленный скрежет зубов. Рука Шермана снова сжимала бластер, Мэрдок закрыл глаза, беззвучно шевеля губами. А голос на удивление подал Уитман.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он, и Владыка, расправив плечи, оглянулся.

— Смотрю я на вас и не понимаю ваших разногласий. Все хотят вернуть Империю… Но и те и другие далеки от реалий этого мира. Сотни лет вашей задачей было сохранение флота, но куда его применить, вы не представляете. Однако я могу стать для вас проводником. Пусть я не тот Владыка, которого вы ждали, но я часть обоих миров, и мне не чужды ваши стремления…

Повисла долгая пауза. Бёрн ждал, когда сказанное уляжется в их головах. На отдельные выкрики особо скорых на выводы капитанов он не обращал внимания, ждал, когда заговорят представители кланов.

— Что же ты предлагаешь? — как ни странно, но первым снова подал голос Уитмен.

Остальные медлили, но и он не спешил, смотрел на Старшоу, Норисса, Нэя… Последний, очевидно приверженец Азуры и её пророчества, сорвался вторым.

— Говори, мы слушаем, — потребовал он, и Бёрн кивнул.

— Я могу сделать вас частью новой Империи, не той, что ныне управляется узурпатором, а той, что мы создадим вместе, — излагал Владыка. — Мы придём не как пришельцы, которые забирают чужое, не как корсары, а как освободители. Гипеспариты станут объединённой армией окраин. К тем мирам, что и так платят вам дань, прибавятся другие, те, что мы отобьем не у людей, а у ксеносов!

«Аура» его горела всё ярче, а голос проникал в подсознание собравшихся. Он не кормил их пустыми обещаниями, не намекал на отдаленное будущее. Нет! Он говорил им: встаньте сейчас и возьмите то, что вам принадлежит по праву, а я поведу вас за собой!

— Сейчас уже более сорока миров выжжены инопланетными тварями. Их народ уничтожен, а поклявшиеся защищать его аристократы мертвы или бежали. Империя бросила их… И они станут нашей законной добычей. Но мы не только отобьем их и присвоим, мы создадим условия для переселенцев и бизнеса, построим звёздные крепости и верфи… — Алекс снова указал на свою голову. — Поставим технологии Старой Империи нам на службу… А после вернем то, что было утеряно за три тысячелетия. Мы станем Новой Империей.

— Думаешь, нам позволят это сделать? — снова спросил Бастер, но теперь в его глазах горел огонь надежды. — Думаешь, лжеимператор будет на это смотреть сложа руки?

— Уверен, что не будет! Эта тварь будет цепляться за свою власть до конца, — ответил Алекс. — Но разве мы боимся драки? Разве не для того вы существуете? Следуя за мной, вы не только перестанете быть изгоями, но и получите мощную поддержку от союзных мне аристократов. Мы станем силой, с которой будут считаться все!

— Под