Святейший Кровопийца. Том 3 - Демьян Копьёв

Драться с пьяным человеком дело нехитрое, но скучное. Бандит замахнулся широко, всей рукой, и я уклонился, и взмахнул секирой, отрубая ублюдку руку, в которой он держал оружие, а затем снёс голову.

— Эх, нужно было аккуратней, теперь придётся убираться, — проворчал сокрушённо, глядя на то, как кровь заливает пол.

Сглотнул слюну и подавив голод перевёл взгляд на остальных татей.

Остальные, увидев то, что произошло с их подельником, решили не вступать в драку, и кинулись кто куда.

Один бросился в коридор, двое побежали в сторону окон. Я не стал их догонять, Анна добьёт, не позволив уйти.

В это же время, снизу, из-под пола, донёсся сдавленный вскрик, такой издают, когда человеку зажимают рот.

Я быстро вышел из зала, ища глазами спуск в подвал.

— Ага, вот и он, — потер ладони в предвкушении, — Буду резать, буду бить… Кто не спрятался, я не виноват.

Из прихожей вниз вела узкая лестница, заставленная мешками так, что пройти можно было только боком.

Спустился, в нос тут же ударил запах холодного камня, сырости, немытых тела и страха, очень много страха.

В подвале горел один фонарь, и в его свете я увидел человек двенадцать, сидевших вдоль стены на соломе. Мужики, три бабы, две девчонки лет по четырнадцати, и все они смотрели на меня так, как смотрят на палача, пришедшего за очередной жертвой.

У двери стоял охранник с топором, который увидев меня, попятился, интуитивно почувствовав угрозу.

— Ты кто? — выдохнул он.

— Хозяин этого дома, — бросил раздражённо, и не дожидаясь, пока до него дойдёт смысл сказанного, добавил, — Положи топор.

Он не положил, наоборот, замахнулся, и это было его последнее осмысленное решение. Топор отлетел в дальний угол, а сам охранник отправился следом за ним.

Я шагнул вперёд, и придавив коленом, свернул шею.

— Кто ещё здесь есть? — спросил, оборачиваясь к пленникам.

Из темноты поднялся крепкий старик с окровавленным платком, повязанным вокруг головы. Держался он прямо, а вот голос у мужика подрагивал.

— Господин… вы кто будете?

— Ваш новый хозяин, барон Саянский, и по совместительству глава Саянского отделения инквизиторов, — произнёс в ответ, разрезая верёвки на ближней женщине, — Сколько всего бандитов, кто-нибудь в курсе?

— Восемнадцать, — сказал старик, не задумываясь, — Было девятнадцать, но одного они прошлой ночью сами в драке порешили, лежит в сарае.

Я недобро прищурился.

— Откуда знаешь? Ты же в подвале сидишь, ничего подобного видеть не должен, или ты заодно с ними…

Мужик понял в какую сторону подул ветер и тут же отрицательно замотал головой.

— Что вы, Ваше Благородие, как можно. Да я с этими мерзавцами в одном поле срать не сяду. Простите, — тут же спохватился он, а я хмыкнул, потому что знал, мужик говорит правду, — Эти мерзавцы, даже не пытались при нас придержать языки, говорили, что думают. Мы для них живые мертвецы, не в том смысле что…

— Я понял, — кивнул в ответ, — Они уже списали вас со счетов и не опасались, что вы что-то кому-то разболтаете.

— Угу, — согласился мужик

— Как звать?

— Игнат Михайлович, — представился он, — Староста Огнёвки. Приехал в усадьбу к управляющему, хотел поговорить о продаже пуховых платков. У нас в деревне такие мастерицы, нигде больше не сыскать. Вы бы видели, какие они узоры вплетают, да обережный контур выкраивают, загляденье… Ох, что это я, — опомнился старик, — Опять о своём, — он виновато улыбнулся.

Хм-м, интересно, значит в моей деревне есть одарённые, владеющие бытовой магией. Неплохо, очень неплохо.

— С управляющим знаешь, что приключилось?

— А как же не знать. Вздёрнули его бандиты на ближайшем суку, с неделю болтался, потом видимо им вонь надоела, так сняли и в ближайшую канаву выкинули.

Вздохнул. Жалко, надо будет потом найти тело и похоронить по-человечески.

— Давай руки, развяжу, — старик тут же вытянул вперёд спутанные верёвкой запястья.

Кинжал чиркнул, разрывая путы.

— Ох, хорошо-то как, — довольно протянул староста Огнёвки.

— Освободи остальных, — я передал ему один из ножей, — А я пока пойду, прогуляюсь по усадьбе.

Видимо что-то такое отразилось на моем лице, потому что пара женщин мстительно улыбнулась, а привалившийся к стене измождённый парень лет двадцати с небольшим, глумливо хмыкнул потрескавшимися губами:

— Вы уж там это… не жалейте их, Ваше Благородие. Пускай получат по заслугам.

— Не сомневайся, сполна расплатятся, а вы потерпите немного, я понимаю, что пить и есть хочется, да и лекарь многим не помешал бы. Всё будет, но немного позже.

Посидите пока тут. Игнат Михайлович, я смотрю ты человек не робкого десятка, возьми, — я подошёл к убитому охраннику, поднял его топор, обтёр кровь о кафтан убитого и передал старосте, — Встань у двери на случай, если кто-нибудь сунется. Надеюсь, объяснять, что нужно делать, не стоит?

— Нет, Ваше Благородие, не извольте беспокоиться. Пусть только кто попробует сюда ворваться, мигом зарублю.

— Вот это дело, — я хлопнул старика по плечу, — Ждите, скоро вернусь.

Я быстро взбежал вверх по ступенькам, прислушиваясь.

Из гостиной послышался грохот, а за ним последовал отборный мат, видимо кто-то нашел убитого мной бандита. Слал шаг вперёд, но потом остановился, и развернувшись, подошёл к лестнице, ведущей наверх.

Внизу Анна на подхвате, а мне пора навестить главу шайки разбойников.

Второй этаж встретил меня длинной галереей старых, обгаженных мухами портретов, рассматривать которые у меня не было времени.

Мой путь лежал к балкону, где совсем недавно сидел здоровенный детина.

Когда я разбирался с бандитами во дворе, он находился именно там, но ничего не предпринял, внимательно следя за моими действиями.

Балконная дверь оказалась приоткрыта. Я толкнул её носком сапога, и створка отворилась с тихим скрипом, в тот же миг в дверном проёме глухо щёлкнул арбалет.

Болт я поймал на лету. Просто выставил руку и перехватил его в нескольких сантиметрах от собственной груди, почувствовав, как древко обжигает ладонь сквозь кожаные перчатки.

Бородатый мужик, сидевший в кресле, вытаращился на меня так, будто увидел покойника, вставшего из могилы.

— Не попал, — сообщил я ему, разглядывая болт, — Бывает.

Он попытался сделать второй выстрел, но я уже был рядом. Секира описала короткую дугу, и в руках бородача