Бог из Пустоты - Алексей Петрович Гапоненко
– «Откуда ты здесь взялся?! Тебя же не было, когда я входил! Нет, нет, нет…» – перебирая в мыслях очередной бред, уставился на лысеющего мужчину. Его маленькие глазки пуговки, опустились на меня. Где-то секунду мы тупо смотрели друг на друга, пока он не сказал:
– Вам чего?
– Мне? – честно не понял ваш покорный слуга.
– Ну да, вам. Ищите уборную? – предположил охранник.
– Эм… я… Да, точно! Хотел в туалет, а где он тут у вас? – откровенно переиграл я.
– Вон туда. Бело-розовая дверь по коридору на право, – указав в направлении широких двойных дверей, мужчина скучающе зевнул и перевёл взгляд обратно в зал. Я же, как робот, развернулся на пятках и побрёл к туалету. Не имея ни малейшего понятия, зачем мне туда, всё равно двигался, стараясь не привлекать внимания и казаться, как можно, ниже.
Двери распахнулись от лёгкого прикосновения. Розовый коридор, освещённый теми же флуоресцентными лампами, встретил прохладой и лёгким привкусом хлорки. Видимо, экономили на ароматизаторах, а, может, дело совсем в другом. В любом случае, оказавшись в пустой комнате, наконец-то смог выдохнуть спокойнее. Дойдя до конца коридора, я завернул на право, пройдя под неоновой вывеской в форме мужского торса, и вошёл в небольшой туалет на три кабинки. По левую руку стену занимало огромное зеркало со стойкой кранов для мытья рук. Чуть дальше находилась пара писсуаров, справа же непосредственно сами кабинки.
Увидев краны, почувствовал, что весь мокрый от пота. Решив ополоснуть лицо, чтобы быстрее прийти в себя от шока, подступил к зеркалу и вновь замер. Из зазеркалья на меня смотрел бледный, уставший худощавый мужчина лет тридцати, со сломанным носом и русыми волосами. Не веря собственным глазам, я медленно поднял руку, коснувшись подбородка. Маленькая ямочки, как раз под подушечку пальца, короткая светлая щетина и точка родинки у нижней губы.
Проведя пальцами по губам, прикоснулся к носу, щекам, бровям, пока не запустил руку в жиденькие волосы. Рот незнакомца медленно расползался в безумной улыбке. Показались слегка желтоватые зубы, а в глазах заплясали призраки безумия.
С искрящейся поверхности зеркала на меня смотрел незнакомец. Я не знал его, это был не я. Моё лицо исчезло, уступив место проходимцу. Мысли спутались, пустившись сумасшедшим вихрем психоза. Истеричный смех вырвался из глотки. Схватившись обеими руками за волосы, я хохотал что было сил. Медленно отступая от зеркала, упёрся в кабинку позади. В безумный смех постепенно вплетались всхлипы. Теряя опору, тяжело опустился на отполированный до блеска пол. Высоты чертового зеркала хватало, чтобы даже так я видел половину чужого лица.
Всё было решено за меня: мои мысли, опасения, планы. Пожухлая шелуха – вот что это. Чудовище давно обдумало всё и сделало нужные шаги. Я хотел знать, откуда на мне были джинсы? Где я взял майку? А, может, нужно было начать с другого? Вот мой новый вопрос, Боже:
– «У кого я забрал это лицо?!»
Глава XVIII – Другой взгляд
Вопрос повис в воздухе, и тишина не порождала ответ. Я остался один на один с безумием, разрывающим голову. Мир тускнел, время угасало, незримо растворялось, распадаясь пылью. Эти песчинки неспешно скользили мимо меня, не касаясь кожи. Храбрые вестники грядущего не могли проникнуть в волшебный пузырь безвременья. В моём новом мире существовало лишь лицо, отражённое в зеркале. Времени просто не осталось места.
Да, и не стоит скрывать, я уже догадывался, как именно получил новое лицо. Жуткие образы роились в тёмных закутках сознания. Я чувствовал их под кожей. Они ворошились, желая явиться миру, стоило этого лишь захотеть. Но я не хотел и, скрепя зубами, сдерживал собственные фантазии. В моём мире не было места чудовищной правде!
Мысли о смерти незнакомца ничуть не терзали меня. О нет! К собственному ужасу начал понимать логику монстра. У него тоже есть свой мир, и, не дай вам Бог, оказаться внутри. Этот мир не такой, как ваш, в нём нет ничего святого. Нет места доброте, сочувствию, жалости, так же как и страху, слабости, покорности. Лишь холодный расчёт и непоколебимое самолюбие. И знаете что? Теперь я обязан этому миру, такому чуждому, но весьма притягательному.
Извращённая логика монстра безупречна. Как ни крути, но на меня объявлена охота. Не знаю, кто и почему начал её, но прямо сейчас люди Жульена и СГК буквально роют землю носами лишь бы отыскать свою любимою подопытную крыску. Их силу, возможности и влияние невозможно оценить, они за пределами моего понимания. Кто стоит за Жульеном? Правительство или какая-то корпорация? А, может, что-то, о чём я даже не догадываюсь? Кто знает.
Тогда мне было известно лишь одно: невозможно сбежать от тех, кто контролирует каждый объектив в городе. А если знаю я, то знает и он. Его холодный разум не подвержен коррозии морали, не ведает запретов совести и отрицает само существование контроля. Он принял единственно верное решение.
Отстранённо размышляя о плюсах и минусах обновки, я разглядывал новые черты и морщинки. Словно это и не лицо вовсе, а новая красивая куртка по акции. Купи две и получи бонус! Три, и консультант покажет сиськи! Кто больше?!
Страшнее всего, что минусов было до боли мало. Кто-то умер, чтобы подарить мне новое лицо – это факт. Знал ли я его? Важен ли он для меня? Могу ли назвать его ближним своим? Моя ли вина, что кто-то лишился жизни? Ответ один – нет.
Я стал другим. Это было то самое мгновение, когда я отчётливо ощутил перемену. Слыша собственные ответы, не верил, что произношу их сам. Кто-то занял моё тело. Может, это и вовсе не я рассуждаю об этом, а тот самый незнакомец, что когда-то ходил в джинсах и рваной майке? Дурацкая идея. Мой разум больше не храм, а грязное общежитие. Стив Виндсикер не может отмахнуться от чужой жизни! Это невозможно, однако… Моё лицо больше не моё, и это работает в обе стороны.
Тяжело вздохнув, я закрыл глаза. Время всё ещё скользило мимо, а я существовал в тишине. Пока из тёмной низины мыслей не заструилась музыка, старый мотивчик Джона Денвера, заезженный до дыр, но всё ещё прекрасный.
– «Моя любимая