Зимняя габенская трилогия - Владимир Торин
Читателя, вероятно, интересует, чего еще ждать от Зои Гримм и от ее снеговиков, но мы (Бенни Трилби и Редакция) полагаем, что ничем Зои Гримм нас уже не удивит и уж тем более не поразит.
Возможно, мы продолжим освещать происшествия, связанные с этой пока-еще-не-злодейкой (если нам будет интересно). Ну а до тех пор нас всех ждут более существенные события и любопытные новости.
Напоминаем вам, что уже совсем скоро выйдет праздничная передовица. Вместе с остальными жителями Тремпл-Толл мы, затаив дыхание, ожидаем двух часов дня, когда станет известно имя счастливчика.
Традиция праздничной передовицы – вот новость, которая заслуживает вашего внимания.
Как бы там ни было мы вынуждены грустно констатировать, что имя Заи Бримм (или как там ее зовут) вряд ли снова окажется на этих страницах.
Следите за новостями и не ловите мух!
2 часа дня, 10 часов до Нового года
Канун Нового года в Габене, а особенно в привокзальном районе Тремпл-Толл, всегда полон сумбура и неразберихи.
Тремпл-Толл гудит, звенит, скрипит и фыркает. Все спешат, пока не закрылись лавки и не растащили самых жирных гусей (или самых жирных крыс – если вы живете рядом с каналом). Все торопятся купить елку и идут за ней к мистеру Макфи. К слову, у него можно найти все – от прекрасного разлапистого «Счастливого дерева» за целую сотню фунтов до похожего на вашу нетрезвую престарелую тетушку «Мусорного дерева» за двадцать пять фунтов и сорок пенсов.
Больше всего шума стоит, разумеется, на площади Неми-Дрё.
Гомонят прохожие, стучат двери лавок. Безостановочно дрожат трубы пневматической почты. Экипажи толкутся в заторах, и в заснеженный воздух вырывается нервное клаксонирование. Тут и там можно заметить велоциклы, груженные коробками с подарками…
Во всем этом ощущается, что праздник уже рядом, выглядывает из-за угла, и только какой-нибудь зануда проворчит: «Когда же это все закончится?» И добавит: «Терпеть не могу Новый год!»
– Когда же это все закончится? – проворчал господин Вирдпен, раздраженно выглядывая в окошко кеба.
Наблюдая затор, который образовался прямо посреди площади из-за того, что фургон, везший елочные игрушки, столкнулся с экипажем, груженным фейерверками, он раздраженно добавил:
– Терпеть не могу Новый год!
«Эх, не стоило ехать на обед в „Паулинн“, – подумал господин Вирдпен. – Сейчас я бы уже был на месте!»
Расстояние от ресторана до редакции «Сплетни», грубо говоря, составляло всего два шага, но это было на целых два шага больше, чем господин Вирдпен желал идти. И вот он сидит в салоне этого кеба, нервно похлопывает себя по карману пальто, в котором лежит очень важный конверт, и с досадой грызет третье обеденное блюдо – собственную губу.
Тем не менее праздничное чудо порой приходит даже к занудам, и в какой-то момент кебу господина Вирдпена наконец удалось выбраться из затора. Подъехав к тротуару, он выпустил облако пара и остановился.
К экипажу тут же подбежали два тощих газетчика в узких ношеных пальто и покрытых снегом шляпах. Отталкивая друг друга локтями и сложенными зонтами, они попытались открыть дверцу и помочь выбраться из экипажа важному пассажиру, но добились лишь того, что оба рухнули в снег.
В попытках встать они принялись хвататься друг за друга, и это привело к тому, что они снова упали. К шуму площади Неми-Дрё добавились совсем не праздничные брань и проклятия.
С самодовольной усмешкой мимо трепыхающихся в снегу незадачливых коллег прошел человек в клетчатом пальто и галстуке-бабочке. Подойдя к экипажу, он повернул ручку и, распахнув дверцу кеба, эффектным движением раскрыл зонт.
Господин Вирдпен не без труда протиснул наружу живот и выбрался из экипажа.
– Как пообедали, сэр? – спросил человек с зонтом.
– Отвратительно, – проворчал господин Вирдпен. – Этот треклятый праздник застрял у меня в горле. Терпеть не могу Новый год.
– Я знаю, шеф.
– Ничего ты не знаешь, Бенни…
Толстяк бросил раздраженный взгляд на по-прежнему борющихся в снегу газетчиков. Ни один не желал позволить другому подняться.
– Хатчинс, Уиггинс, может, прекратите безобразничать?! – прикрикнул на них господин Вирдпен.
Оба тут же поднялись и принялись отряхиваться.
– Да, шеф.
– Простите, шеф.
Шеф досадливо дернул щекой и двинулся к входу в редакцию газеты «Сплетня». За ним неотступно последовали трое его лучших (или худших – смотря с какой стороны посмотреть) подчиненных: Хатчинс, Уиггинс и Бенни Трилби, как и прежде, удерживающий зонтик над головой начальства.
– Он еще не прибыл? – спросил господин Вирдпен.
– Нет, сэр, – ответил Бенни. – Ожидаем с минуты на минуту.
Шеф бросил взгляд на круглые часы, расположенные над дверью редакции. Без пяти два.
– «С минуты на минуту», – пробурчал он. – Что за нелепое выражение?! Почему не сказать «Он должен появиться через пять минут» или «Мы не знаем, когда человек Моргрейва появится, потому что он всегда приходит, когда ему заблагорассудится». «С минуты на минуту», тоже мне…
– Вы правы, сэр, – поддакнул Хатчинс. – Трилби и сам не знает, что несет!
– Может, заткнешься? – огрызнулся Бенни Трилби.
– А может, ты?
– Я по почте вышлю тебе уведомление: «Отвечают тем же только идиоты». Жди в ближайшее время.
Перепалка подчиненных разозлила и без того пребывавшего не в духе шефа. Обычно ему доставляло удовольствие слушать, как эти олухи грызутся, и наблюдать, как они соперничают, пытаясь заполучить его внимание и расположение, но сейчас их мельтешение действовало на нервы. Еще бы: свежий выпуск должен отправиться в тираж всего через пять минут, а у них до сих пор нет праздничной передовицы! Помимо этого, в Габене появилась новая злодейка, и любые мало-мальски достоверные сведения о ней в редакции отсутствовали. Были лишь открытки, которые остались на местах ее преступлений, и несуразные, абсурдные заявления потерпевших о том, что на них, мол, напали снеговики.
– Что у нас есть по Зои Гримм? – спросил шеф.
Бенни Трилби сложил зонтик и поспешил открыть дверь перед господином главным редактором.
Все четверо вошли и направились к лестнице.
– Я как раз
Ознакомительная версия. Доступно 33 из 165 стр.