Муртаг - Кристофер Паолини

Ургал сказал: “Разве дракон-Колючка не может помочь человеку-Муртагу? Дракон и Всадник вместе? Драконы очень сильны”.

“…не…только…невэтот…раз”.

“Хммм. Я не знаю, что делать. Я шаман; Я разговариваю с духами. Ты разбираешься в духах, да?

Муртагу удалось кивнуть.

“ Я разговариваю с духами. Иногда они отвечают. Но сейчас они меня не слышат. Не в этом месте, не с ядом в желудке.

Собравшись с силами, Муртаг сказал: “… если бы я мог… использовать… магию… мог бы… освободить…” Усилий было слишком много; он не мог сохранять концентрацию внимания достаточно долго, чтобы продолжать говорить.

Увек поковырял толстую нижнюю губу похожим на когти ногтем. “Хммм. Смотри, человек-Муртаг. Увек достал из-за своего грубого кожаного пояса небольшой предмет: кусок резного черного камня, перевязанный тонкой полоской плетеного шнура. “Видишь? У меня здесь есть шарм. Безрогих не брал, потому что они думают, что просто рок. Hrr-hrr-hrr.” Муртагу потребовалось мгновение, чтобы понять, что ургал смеется. Затем Увек поднял камень так, чтобы на него упал свет фонаря. Поверхность блестела, как будто в нее были вкраплены золотые вкрапления. “Амулет для исцеления. Мог бы помочь с дыханием, но…”

“…но?”

“ Но в чарах нет силы, человек-Муртаг. Чары пусты. Раньше я лечил оленей со сломанной ногой. Я пытаюсь придать чарам силу, но, — Увек покачал головой, — чудачества не работают. Но, может быть, сработают у тебя. Ты — Райдер.

Слабейший проблеск надежды зародился в душе Муртага. — … может быть. — Он попытался сесть прямо.

Увек наклонился вперед, сжимая черный камень так, словно он был хрупким, как яйцо синей птицы. “ Если ты сбежишь, человек-Муртаг, ты освободишь меня? Ты освободишь Увека Говорящего с Ветром?”

“…да”.

“Хммм. У Угралгры много плохих отношений с безрогими. Хрр. А у безрогого много плохих дел с Угралгрой. Прежде чем я применю заклинание, мне нужно, чтобы Муртагман поклялся, что он никогда не нарушит слово, данное Угралгре.

“…не могу поклясться… Не буду…”

Выражение лица Увека оставалось каменным. — Тогда я не даю очарования.

Расстроенный, Муртаг откинул голову на прутья решетки. У него не было сил продолжать борьбу, и все же он не мог сдаться, как бы больно ни было продолжать. “… не могу… не могу поклясться… что вся раса… не будет… связана…” Он помолчал, пытаясь прогнать туман в голове. “… снова связанный… вот так”. В конце концов, вся причина, по которой он оказался в камере, заключалась в том, что они с Торном отказались дать слово Бэчел.

“Хммм”. Увек обхватил руками черный камень, сидя сгорбившись и размышляя. Затем он сказал: “Есть другой способ, если ты хочешь, человек-Муртаг, но…” Ургал пожал плечами. “Это делается не часто, и никогда с безрогим. Это обряд казхкарглы. Ты становишься кровным братом Увека. Тогда твое слово принадлежит мне, а мое — тебе, и мы разделяем нашу честь”.

Муртаг стиснул зубы, уставившись в темный потолок. У него был небольшой выбор, и если они с Торном не смогут освободиться от Бэчел…Торн. Он направил свой разум на поиски дракона и, собрав всю энергию, на которую был способен, попытался донести до Торна суть своей дилеммы.

В ответ он получил расплывчатый, расфокусированный ответ, окрашенный пониманием и смирением. Муртаг знал, что имел в виду Торн. Дракон принял бы любой выбор, который сделал Муртаг. Он доверял Муртагу, и Муртаг никогда, никогда не хотел нарушить это доверие. Он и так чувствовал себя достаточно виноватым из-за того, что привез Торна в Нал Горгот и не уехал раньше, когда Торн предложил….

— Что скажешь ты, человек-Муртаг?

Муртаг поморщился, выпрямляясь. “Мой" honor…is вопрос задавали… многие…. Ты… можешь… не хотеть этого.

Верхняя губа Увека сморщилась, обнажив клыки в гротескной улыбке. “ Я воспользуюсь шансом, приму бремя, человек-Муртаг. Ты сделаешь это?”

Прохладный подземный воздух смягчил горло Муртага, когда он наполнил легкие и попытался привести в порядок голову. Он не чувствовал себя достаточно умным, чтобы решить самую элементарную проблему, и независимо от того, как он смотрел на этот вопрос, он не мог придумать другого решения.

Стены, которые они с Торном возвели вокруг себя, не могли держаться. Больше нет.

“ Хорошо, ” прохрипел он. — Я… стану кровным братом.

— Это не так-то просто, человек-Муртаг.

“…никогда не бывает”.

Тогда Увек начал бормотать что-то на своем родном языке, раскачиваясь взад-вперед. Муртаг закрыл глаза и позволил грубым словам омывать его ритмичными волнами. Через минуту Увек хмыкнул. “Это тебе придется сказать, человек-Муртаг”. И он произнес несколько строк на ургалише, которые, по мнению Муртага, с таким же успехом могли быть замысловатым упражнением, специально разработанным для того, чтобы помешать ему завершить ритуал.

В течение, как мне показалось, большей части часа Увек обучал его правильному произношению слов. Муртагу приходилось часто отдыхать, и так же часто он забывал то, чему его уже научил Увек.

Наконец, Ургал разочарованно фыркнул и сказал: “Будет сделано. Боги поймут твои намерения”.

Запоздалое осознание пришло к Муртагу. “… подожди…. Ты не хочешь, чтобы я ругался на… древнем языке?”

Увек склонил голову набок. “ Ты имеешь в виду странные слова, человек-Муртаг? Нет. Они не принадлежат Urgralgra, так зачем же их использовать? Если человек или Угралгра не будут соблюдать клятву на одном языке, они не будут соблюдать и на другом”.

Облегчение и легкое чувство веселья заставили Муртага усмехнуться. “… предположим… что ты прав”. Он думал, что Увек попросит его использовать древний язык, и это было во многом причиной того, почему Муртаг так неохотно это делал.

“Хммм”. Затем Увек похлопал себя по предплечью и указал на Муртага. “Чтобы прикончить казхкарглу, нужно соединить кровь и произнести слова. Ты понимаешь?”

Муртаг устало кивнул. — Почему… почему всегда… кровь?

“ Кровь могущественна, человек-Муртаг. Кровь — это жизнь. Безрогий наверняка тоже это знает?

“… мы… знаем”. Муртаг закатал рукав на левой руке, а затем на мгновение тупо уставился на свою обнаженную кожу. “… проблема…У меня нет…ножа.

Увек нахмурил густую бровь. “ Зачем тебе нож, человек-Муртаг? Используй гвозди. Он поднял указательный палец левой руки, показывая толстый, похожий на лопату ноготь, растущий из кончика.

Муртаг поднял свой собственный палец. “…слишком слаб”.

— Гхра. Я забыл, какие они мягкие, безрогие. Что, если…

“ Подожди. ” Мурта расстегнул застежку, удерживавшую плащ у него на шее. На обратной стороне была булавка, и, хотя она была не особенно острой, он подумал, что она подойдет. “… воспользуйся этим”.

Увек хмыкнул. “Хорошо. Разрежь здесь”.