Муртаг - Кристофер Паолини

Это был многозначный вопрос, и они оба это знали. Муртаг отметил, что капитан постарался не спрашивать, с кем. “В битве на Пылающих равнинах”, - тихо сказал он. “И я также был в Илирее, когда она пала”.

Рен кивнул, не отрывая взгляда от пергамента. Как и ожидал Муртаг, капитан не стал расспрашивать дальше. Большинство мужчин в армии Гальбаторикса были призывниками, вынужденными приносить клятвы верности королю на древнем языке. После смерти короля, и с тех пор, как Эрагон использовал Имя из Имен, чтобы нарушить эти клятвы, многие тысячи солдат были свободны выбирать свой собственный путь. Большинство вернулось в свои дома. Но значительная часть предпочла продолжить свою профессию в качестве воинов, а нынешний режим Насуады не был настолько прочно установлен, чтобы они могли позволить себе отказать такому количеству обученных мужчин.

Кроме того, во всем королевстве Насуады было много людей, которые все еще симпатизировали Империи и которые относились к варденам с немалой долей недоброжелательности. Вполне возможно, что так было и с капитаном.

В любом случае, со стороны Рена было бы невежливо настаивать на более подробной информации о прошлой службе Муртага. Зная это, Муртаг избегал упоминать о своем присутствии в битве при Тронжхейме, поскольку единственные заметные человеческие силы там были среди варденов, тогда как люди сражались с обеих сторон на Пылающих Равнинах и Илирее.

— Как вас обучали? — спросил капитан Рен.

— Как пехотинец, но я лучше обращаюсь с клинком, чем с копьем или пикой, и я более чем сносно владею луком.

Капитан кивнул, делая еще одну пометку. “ И почему ты хочешь снова служить, Таск? Да, ты хочешь быть полезным. Но почему сейчас? Я полагаю, ты не маршировал под знаменами со времен Илиреи.

“Нет, сэр"…Я хотел повидаться со своей семьей. Я из деревни под названием Кантос, на юге. Я не знаю, слышали ли вы об этом…”

Рен покачал головой. — Не могу сказать, что слышал.

“ Ну, это небольшое заведение, сэр. Или им и не было. Когда я добрался туда, от него мало что осталось. ”Песнями называлась деревня, которую Гальбаторикс приказал Муртагу сжечь, сравнять с землей и уничтожить с землей; он сбежал, прежде чем повиноваться, но он знал, что король все равно нашел бы кого-нибудь, кто совершил бы преступление.

“ Понимаю. Мне жаль это слышать, Таск.

Муртаг пожал плечами. — Это была тяжелая война, сэр.

При этих словах в глазах Рен промелькнула какая-то неопределимая эмоция. “ Так оно и было, Таск. Так оно и было. Капитан откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на Муртага. — У вас есть что-нибудь из вашего старого снаряжения?

Муртаг указал на свой спальный мешок. — Отличная кольчуга, сэр, но это все.

“Это лучше, чем большинство других, Таск. Есть некоторые необходимые предметы, которые тебе придется приобрести самостоятельно, но с твоей наградой за Гадость у тебя более чем достаточно средств. Остальное ваше оборудование может быть предоставлено, при условии…

Муртаг склонил голову набок. — Предполагая что, сэр?

Рен поставил локти на стол и положил одну узловатую руку поверх другой. “Если ты серьезно относишься к вступлению в мою роту, Таск, тебе придется поклясться в верности королеве, лорду Релгину и этому подразделению, со мной в качестве его командира. Ты понимаешь?”

В животе Муртага возникло неприятное ощущение, а по затылку пробежал холодок. Я должен был догадаться. Должно быть, что-то в его реакции проявилось, потому что выражение лица Рена посуровело. “ Для тебя это проблема, Таск? Он снова взялся за перо.

“ Это зависит от обстоятельств, сэр. Требует ли королева произносить клятву на этом языке или… или…

Выражение лица Рен прояснилось. “ А, я понимаю, что ты имеешь в виду. Нет, королева не верит в принудительную лояльность. В конце концов, слово мужчины должно быть нерушимой связью, на каком бы языке он ни говорил. Честь и репутация человека ценнее самого большого богатства, и я уверен, вы с этим согласитесь.

— Да, сэр. — Муртаг не мог не подумать о своей собственной репутации среди простых людей и подавил гримасу.

Уголок рта Рен приподнялся в слабой улыбке. “Конечно, реальность не всегда так чиста и сияюща, как идеал, но мы должны верить в доброту наших ближних. И мы должны позволить им совершать любые ошибки, какие они пожелают, не загоняя их в угол магическим принуждением ”.

Во что ты играешь? Муртаг задумался. Это звучало так, как будто Рен критиковал, пусть и косвенно, средства и методы Дю Врангр Гата. Или, возможно, он пытался оценить собственные симпатии Муртага. Это укрепило его впечатление о капитане как об осторожном, умном человеке.

“ В таком случае, сэр, я буду счастлив поклясться. Он не хотел этого делать и не собирался, но Муртаг не видел способа избежать этого.

“ Отлично, ” сказал Рен и начал перебирать листы пергамента на столе. “ Зарплата выдается двадцать первого числа каждого месяца. Для этого вам придется повидаться с Герт. Отпуск зависит от наших обязанностей, но обычно каждый пятый день вы будете предоставлены сами себе, а дни сбора урожая и празднования дня королевы распределяются между компанией. Кто-то должен нести вахту, но вам гарантирован отпуск по крайней мере на половину этих дней”.

— Да, сэр.

И снова Муртаг поймал себя на том, что его взгляд прикован к маскам на стене, как будто в их пустых глазах скрывались секреты, которые стоило узнать. В масках было что-то странное, что он не мог точно определить; смотреть на них было все равно что смотреть на предметы через слегка перекошенное зеркало.

Рен заметила его интерес. “ А. Вы находите мою скромную коллекцию интересной, не так ли?

“Я никогда раньше не видел ничего похожего на эти маски”, - признался Муртаг.

Капитан казался довольным. “ Действительно. Их нелегко найти в Алагейзии. Мне потребовалось больше десяти лет, чтобы приобрести эти несколько штук. Маски изготавливают кочевники, которые часто бывают на лугах. Их ремесленники изготавливают всевозможные таинственные предметы, которые неизвестны остальным из нас ”.

“Они кажутся довольно живыми, в некотором роде”, - сказал Муртаг.

Глаза Рен заблестели. “ О, дело не только в этом, Таск. Смотри. ” Он протянул руку и снял со стены маску, вырезанную в виде медведя. Рен надел ее на лицо, и в это мгновение его внешность изменилась и исказилась, и он, казалось, увеличился в размерах — плечи расширились, стали покатыми, тяжелыми и лохматыми — и маска двигалась вместе с его лицом, как будто оно было сделано из